Страница 68 из 95
— По-моему, не имеет смысла, — покачал головой Тэпли. — Но земля-то твоя, тебе и карты в руки.
Тревэллион пожал плечами.
— За свою жизнь я уже наделал достаточно глупостей. Считай, что это предчувствие.
— Ну что ж, сынок, деньги-то твои. Решай сам. Только смотри не пропаши всю гору насквозь.
Тревэллион улыбнулся.
— А что, хорошая идея.
Он помылся, тщательно побрился и, надев черный костюм, отправился в город. В кармане у него лежали бумаги, о которых он хотел поговорить с Маргритой.
По дороге Тревэллион бросил взгляд на кондитерскую — не заглядывал туда с тех пор, как уехала Мелисса. Вестей от нее не поступало, если не считать открытки из Сан-Франциско, которую она прислала Эйли Бауэрс.
Тревэллион посмотрел на часы. Спектакль уже подходил к концу, поэтому он направился прямо к театру. На улице, как всегда, толпился народ.
Нагруженный рудой фургон, запряженный шестью мулами, громыхая, катился по проезжей части. Вэл собирался перейти на другую сторону, как вдруг, глянув под колеса фургона, обнаружил за ними чьи-то ноги в сапогах. Он бросился вперед, обогнал фургон и забежал вперед упряжки.
Посреди улицы с револьвером в руках стоял неизвестный и озирался по сторонам.
— Эй, не меня ли ищешь?
Прохожие с любопытством смотрели на человека, который, подняв оружие, прорычал:
— Тебя, черт побери!
Прошло несколько секунд, которые показались Вэлу часами. С невозмутимым спокойствием он следил за тем, как его противник поднимал ствол, в толпе раздался пронзительный крик, и она тут же пришла в движение — одни бросились посмотреть, что случилось, другие, напротив, предусмотрительно поспешили унести ноги.
Лицо незнакомца оставалось в тени, свет от фонаря падал ему на спину. Он поднял пушку, и тогда Тревэллион выстрелил. Револьвер выпал из рук незнакомца, пуля ударилась о землю в нескольких дюймах от сапог Вэла. Он без тени страха приблизился к лежавшему, так как знал, куда угодила выпущенная им пуля.
Сразу же вокруг собралась толпа. Пил вразвалку подошел к распростертому на земле телу, посмотрел на убитого, потом, странно улыбнувшись, на Тревэллиона.
— Нарываешься? — безразличным тоном спросил он:
— Да нет, Фермер, по-моему, он сам нарвался.
Кто-то перевернул тело, и все увидели, что это Кип Хозер.
— Вот тебе раз! — удивленно протянул Пил. — Никогда бы не подумал, что Хозер может промазать.
— Он тоже так не думал, — негромко заключил Тревэллион, перешел на противоположную сторону улицы и направился к служебному входу в театр, где его тут же остановили.
— Мне нужно увидеться с мисс Редэвей, — сказал Тревэллион.
— Да таких, как ты, тут знаешь сколько? — усмехнулся швейцар. — Прошу прощения, но…
— Впусти его, — раздался из темноты голос Джекоба Тиэйла. — И впредь пускай, когда он пожелает.
Швейцар пожал плечами и отступил.
— Вроде стреляли. — Тиэйл с любопытством глянул на Вэла. — Что там случилось? Пьяные, что ли?
— Едва ли он был пьян, — ответил Тревэллион. — Скорее всего, ему заплатили.
— Подождешь здесь? — спросил Тиэйл. — Она подойдет через несколько минут. Хочешь, постой за кулисами.
Элберт Хескет узнал новости вечером, за ужином в «Интернэшнл». Он сидел за столом один, когда на улице раздались выстрелы. На мгновение он перестал жевать, потом продолжил трапезу.
В зале появился Джон Сэнтли и подошел к столику Хескета.
— Мистер Хескет, у меня есть интересующая вас информация, — начал он. — Сандаски…
— Пожалуйста, не сейчас! — оборвал его Хескет. — Не в моих правилах говорить о деле во время еды. Оставьте, я потом посмотрю. — Хескет поднял глаза. — А вы опоздали, мистер Сэнтли.
— Извините, сэр. Там на улице настоящее столпотворение. Опять убийство, сэр.
— Да?
Почувствовав в его голосе любопытство, Джон Сэнтли пояснил:
— Убили Кипа Хозера, сэр. Он из шайки Сэма Брауна.
— А он убил кого-нибудь?
— Нет, нет, сэр! Его убили. Два выстрела подряд, а прозвучали, как один. Все об этом только и говорят. Две пули — одна в сердце, другая в горло.
— Понятно. А того, другого, арестовали?
— Конечно нет, сэр! Ведь он только защищался. Сразу же нашлось с десяток очевидцев, которые подтвердили, что Хозер вытащил свою пушку первым.
— Вот как? Понятно.
Лицо его оставалось безучастным, но внутри все кипело. Ну что за идиоты! Неужели никто из них не способен справиться с таким пустяковым делом!
— А тот, другой, вел себя чрезвычайно спокойно, сэр. Застрелив Хозера, перешел улицу и вошел в театр.
В театр? Черт возьми! Он пошел в театр!
Занавес опустился, и зал разразился шквалом аплодисментов. В Вирджиния-Сити обожали зрелища, но особенно публике нравилась игра труппы мисс Редэвей, их необычные, доселе невиданные в городе костюмы и декорации.
Сияющая и довольная, Маргрита вошла за кулисы и, увидев Тревэллиона, остановилась как вкопанная. Потом с распростертыми объятиями бросилась ему навстречу.
— Вэл! Как хорошо, что вы пришли!
— По-моему, вам лучше вернуться на сцену — зал рукоплещет.
— Вы подождете? Я буду через минуту.
Она повернулась лицом к залу, и занавес поднялся. Еще четыре раза публика вызывала Гриту, и только после этого она вернулась за кулисы.
— Вэл, вы поужинаете со мной? Нам с мистером Манфредом и мистером Клайдом нужно обсудить одно дело, они посидят с нами несколько минут, а потом оставят нас и мы сможем поговорить. Идет?
— Конечно. Только, боюсь, мой разговор будет тоже о деле. По крайней мере, отчасти.
— А нельзя нам как-то обойти эту часть? Мне не терпится узнать, как вы жили все эти годы!
Грита удалилась в гримерную, а Вэл повернулся и наткнулся на Тиэйла.
— Собираешься поужинать с нею? — спросил тот.
— Да. Во всяком случае, я приглашен.
— Вот и отлично. Мне нужно отлучиться на некоторое время, а с тобой она будет в безопасности. — Тиэйл помолчал в нерешительности, а потом все же задал вертевшийся у него на языке вопрос: — А кого это убили там сегодня?
— Кипа Хозера.
— Туда ему и дорога. Давно пора. Странно, он такой осторожный, никогда не нарывался.
— Думаю, ему заплатили. Я собирался перейти улицу, когда увидел его на другой стороне, и не стал раздумывать, а забежал вперед упряжки. Ты же знаешь, дорога там идет под уклон, и фургоны еле плетутся. Хозер уже нацелился и, кажется, страшно растерялся, когда я исчез из виду. Он-то хотел напасть неожиданно, а получилось наоборот — я первым окликнул его.
— Представляю. Он из шайки Сэма Брауна. Пока тот был жив, они творили что хотели. Теперь кончилось их времечко. А она знает?
— Нет. Это может ее напугать, ведь она воспитывалась не так, как мы, Джекоб.
— Конечно, не так. Господа и теперь стреляются, но все как положено — вызывают на дуэль, приглашают секундантов… — Тиэйл отвернулся. — Надеюсь, это ее не очень расстроит. Женщины иногда сильно огорчаются, хотя она, похоже, не из таких. И весьма здравомыслящая. — Он снова посмотрел на Тревэллиона. — Я бы даже сказал — проницательная. Вот, к примеру, как она наняла меня. Ей одного взгляда хватило. Просто ума не приложу, как ей так удается.
— Ничего удивительного, Джекоб. Она видит людей насквозь и сразу определила, что ты надежный парень и тебе можно доверять. — Вэл помолчал. — Знаешь, друг, у меня нехорошее предчувствие. Говорят, кто-то пытался ограбить ее во Фриско и еще потом по дороге сюда. Кому-то от нее что-то очень нужно.
— Вот и я так думаю.
— Ты ехал на том дилижансе, Джекоб. А не помнишь, кто еще там был?
— Да многие. Хескет и еще двое. Никогда не встречал их раньше, должно быть, нездешние. Слушай, Тревэллион, я никому не стал бы говорить этого, а тебе скажу. Ехал в дилижансе один человек, которого кое-кто хотел убрать. Меня попросили, даже цену назначили. Теперь-то я докопался до истины, только виду не подаю, а работу эту исполнять не стал, не по душе она мне. Если человек заслуживает, чтобы его убили, я артачиться не стану, но об этом мистере Хескете я понятия не имел, зато очень хорошо знал того, кто заказал убийство. Парень из Сан-Франциско. Уже по дороге я почуял неладное и приготовился. Потом мы встретили засаду. Я не хотел никого убивать, только решил их напугать. Они убрались, а позже там нашли мертвое тело, но клянусь тебе, это сделал не я. Этот парень, как выяснилось, из Сан-Франциско, какой-то мелкий воришка. Кто-то застрелил его в спину.