Седна

– Отец Эдвард, смотрите, впереди!

Епископ вгляделся вперёд и ахнул – всего в нескольких минутах интенсивного бега стояла самая настоящая белокаменная церковь Единой Церкви. Небольшая, но и немалая, с возвышающейся над всем строением конусообразной часовней, увенчанной огромным золотым крестом. Высокие окна церкви были выполнены разноцветной мозаикой, и Седна, сама не зная, как именно, поняла, что бесам через них не пробиться. Никак.

Добежав до здания и встав у его массивных дубовых дверей, команда обернулась: за ними всё ещё гналась целая армия чертей. Но вход в церковь был закрыт на несколько железных засовов, и пробиться сквозь них даже при помощи имеющегося у команды оружия было совершенно нереально.

– И что теперь?! – истерично воскликнула Седна. – Через окна?! Чёрт!

– Я же говорил, не упоминай имя…

– Да причём тут имя! – оборвала девушка. – Чёрт с мортирой, ещё один!

Над их головами действительно пролетел ещё один здоровяк, на этот раз даже крупнее предыдущего. Он громогласно захохотал, словно гиена, прицеливаясь из своей пушки. И епископу хватило лишь секунду, чтобы продумать план проникновения в церковь.

– Стой на месте, – скомандовал он.

– Вы с дуба рухнули? Он же…

– Стой на месте! – повысил голос святой отец.

Бес, в последний раз хохотнув, выстрелил. Епископ резко прыгнул вбок, толкая на землю девушку с раненым пилотом на руках, и в этот же момент ядро с треском врезалось в двери церкви, разметав их на мелкие ошмётки.

– Гениально, – буркнула Седна, моментально поднимаясь и затаскивая Ника в здание.

Отец Эдвард, сбив демона-мортирщика выстрелом из карабина, забежал внутрь следом.

Убранство церкви было стандартным: два ряда длинных лавочек, тянущихся к небольшому постаменту в конце зала, красная ковровая дорожка, старая декоративная люстра под потолком огромных размеров. Седна не успела рассмотреть изображения на мозаичных окнах, она сразу же бросилась помогать своему капитану.

– Живи, милый, живи…

Опустив Ника на пол и подложив под его голову свою заплечную сумку, девушка приступила к оказанию экстренной помощи. Она сорвала с него рукав куртки, и, добравшись до глубокой раны, тихонько ойкнула – выглядело всё очень плохо: плоть в месте разреза была словно вывернута наизнанку, и сейчас сочилась ручьями алой крови. Единственное, что Седна смогла сделать в данный момент, это перетянуть плечо чуть выше раны и, залив сам порез спиртом из маленького флакончика, перевязать его оторванным от куртки рукавом. Прокушенная ключица подверглась лишь спиртовой обработке и наклеивания целой дюжины бактерицидных пластырей.

– Ему срочно нужна медицинская помощь, – отчаянно вымолвила девушка. – Я… я не знаю, что мне делать, святой отец!

– Здесь мы в безопасности, – задумчиво произнёс епископ, глядя на бесполезные попытки чертей перешагнуть через порог. Бесы столпились у входа, яростно рыча и брызжа слюной, но ни на сантиметр не пересекая невидимую границу. – Сделай всё, что сможешь, и не торопись.

– Знаете, я не уверена, что дело в религии или вере, но… как? Почему здесь безопасно?

– Полагаю, что это лишь догма моего подсознания, – пожал плечами отец Эдвард, усаживаясь на ближайшую скамью и переводя дух. – О, боже, давно же я не скакал по огненным пустошам…

* * *

Ник стоял на обрыве скалы, обдуваемый холодным морским ветром, взирая на протянувшуюся до самого горизонта бирюзовую водную гладь. Он просто стоял и смотрел вперёд, не понимая, зачем он здесь и почему до сих пор жив. Он просто стоял и думал о том, что, возможно, уже умер, и попал в некое место, куда и отправляются все души после смерти.

Может, рай? Или наоборот?..

Спустя некоторое время пилот решил уйти из этого места. Оно ему нравилось, манило своим спокойствием и безмятежностью, но чтобы понять, что происходит, ему нужно было двигаться дальше. Обернувшись, он испуганно закричал и попятился, едва не свалившись с обрыва.

– Прочь! – заревел он, пытаясь вспомнить, где находится его лук. Но оружия, как и колчана, не было.

Маленькая бледная девочка смотрела на него, не моргая и не произнося ни слова. Лишь лёгкий ветерок развевал её волосы, которые всё сказали без слов: "Мы пришли за тобой".

– Прочь! – Ник обернулся и всерьёз подумал о том, чтобы прыгнуть, лишь бы не стать вместилищем для всей той тьмы, что стояла перед ним. Девочка не шевелилась, будто знала, что пилот не рискнёт совершить столь отчаянный шаг. – Что тебе нужно?!

– Ты знаешь, – без эмоций в голосе, но вызвав животный страх, ответила девочка. – Ты знаешь.

Ник закрыл глаза и медленно досчитал до десяти, надеясь, что видение исчезнет и он вновь окажется в том Аду среди сотен чертей и под прикрытием своих товарищей. Или, на крайний случай, в кабине своего корабля перед тем, как в него попали те две роковые термоторпеды, фатально изменив его жизнь.

Но видение не исчезло.

– И чего ты ждёшь?! Ну? Давай! Раз уж пришла, то действуй, не заставляй меня страдать!

– Страдать… заставить страдать всех, или заставить страдать тебя одного. Выбор… выбор – удел человека…

– Хватит нести чушь! – Ник чуть не оглох от собственного крика. – Давай, сделай это, или я прыгну вниз!

– Седна, – тихонько прошипела девочка.

– Что? – изумлённо спросил пилот. – Причём тут она? Эй, отвечай, не вздумай молчать!

"Люблю, – подумал Ник. – Люблю робота. Бред, но факт! Я ведь влюблён в эту по сути бездушную машину! Или, может, не такую уж и бездушную?..".

– Седна, – повторила девочка, прежде чем раствориться в воздухе. После неё осталась лишь маленькая сущность, почти незаметное тёмное облачко, пулей врезавшись в капитана, покачнув его и подкосив колени. Внезапно таких облачков вокруг обнаружилось великое множество, и все они быстро стекались в пилота, который уже не чувствовал ног, и лишь благодаря своему духу держась на ногах с открытым от изумления ртом.

И в этот же момент кристально чистое небо сокрылась в пелене грозовых туч. Молнии стали бить со всех сторон, врезаясь в землю и вырывая из неё целые клоки, засыпая пилота мелкими осколками. В конце концов один из таких мощнейших зарядов электричество пронзил Ника насквозь, заставив биться в конвульсиях, чувствуя неимоверную боль в груди. Сердце забилось во много раз быстрее обычного, а вздох был настолько резок, что чуть не разорвал лёгкие.

– Ник… – прозвучал чей-то голос в голове. – Ник…

* * *

– Ник! – вновь заорал епископ. – Очнись, господи, очнись!

И пилот очнулся.

– Что… где я?.. Седна!

Девушка лежала рядом. Куртка на ней была расстёгнута, а футболка задрана до самой груди. Из небольшой дыры в её животе шёл толстый провод с оголённым и искрящимся наконечником, который держал в руках святой отец. Сама же Седна не подавала никаких признаков бодрствования.

– Она сама пошла на этот шаг, – поспешил объяснить отец Эдвард. – Не волнуйся за неё, она обесточена, но сейчас я это исправлю. Зато при помощи такого вот "разряда" тебя и удалось вернуть к жизни…

Ник встал и размял руки, словно не чувствуя боли. Или не понимая, что он смертельно ранен.

– Сейчас, сейчас, секунду.

Епископ засунул провод обратно, несколько минут копошась во внутренностях робота. В конце концов глаза Седны вновь налились живым светом, и девушка, дёрнувшись от поступившего в неё заряда, медленно поднялась.

– Ник…

– Седна…

Святой отец молча отвернулся, не став наблюдать за страстными объятьями. Он просто вновь уселся на скамью, проверяя боезапас своих револьверов. А за невидимой гранью всё ещё бесновались адские черти, ревя во всю глотку и навевая чувство обречённости.