Страница 23 из 45
— У нее нет времени на бродяг. Поезжай-ка обратной дорогой.
— Даже без чашки кофе? Я угощал ее лучше, когда она останавливалась у нас на ранчо.
Он в нерешительности помолчал, потом я услышал голос внутри дома. Но мужчина все-таки колебался.
— Ты на коне Шелби.
— Да, у меня на холме табун его лошадей и раненый пастух, которому нужна помощь. В него стреляли.
— Кто стрелял? — заинтересовался он.
— Незнакомые всадники. Нездешние. Они напали на лагерь, где выгуливались лошади Щелби, рассеяли их и ранили Пабло. Он не так уж плох, но ему нужна помощь.
У нас на Западе не принято отказывать человеку в помощи. Мужчина знал это и тем не менее беспокоился.
Неожиданно в дверях показалась Энн. Она была еще красивее, чем я помнил ее.
— О! Майло, извини. Я и представить себе не могла, что ты приедешь. У нас случились неприятности, поэтому мы осторожны.
— Неприятности?
— Скотокрады. Вернулись мексиканские бандиты, которые здесь когда-то прятались. Ты наверняка слышал эту историю. Ими верховодит некто Маэс.
— Да, слышал.
— Ты хотел кофе? Слезай с коня и входи в дом. — Она повернулась к мужчине. — Все в порядке, Сэм. Я его знаю.
В очаге горел огонь. Комната выглядела очень аккуратной — занавески на окнах, квадратный стол, покрытый скатертью в красную клетку, на которой были расставлены тарелки. Около очага в кресле-качалке сидел еще один мужчина в костюме со стоячим воротничком, купленном в магазине. На его заостренном хитром лице сверкали жесткие маленькие глазки, которые ничего не пропускали.
Хозяйством, видимо, занималась женщина — крупная и по виду сильнее, чем Сэм.
— Глэдис! Налейте мистеру Тэлону кофе. И поджарьте для. него несколько яиц. — Энн посмотрела на меня. — Ты, наверное, давно не ел?
— Со вчерашнего дня, — ответил я. — Когда распугали лошадей Шелби, я как раз въехал в лагерь Пабло, надеясь с ним поужинать. С тех пор и не ел.
Еда оказалась отменной, а кофе — самым вкусным, какой я когда-нибудь пробовал. Однако обстановка в доме показалась мне необычной. Энн и раньше вела себя немного странно в некоторых отношениях, но я полагал, что от городской девушки в непривычных условиях такое можно ожидать. Однако сейчас ее окружение показалось мне каким-то неестественным. Мне показалось, что они ссорились и я попал в самый разгар перепалки, поэтому чувствовал себя неловко и немного смущенно. Как бы там ни было, здесь не место для Пабло.
— Мэм? Не хочу беспокоить вас, но Пабло ранен. Если бы вы дали мне немного еды и каких-нибудь лекарств для ран, я бы отправился обратно.
— Конечно. Ты пока доедай, Майло, а мы тебе кое-что соберем.
Бровастый Сэм с ружьем в руках подошел к двери и выглянул наружу. Он следил за тропой. Похоже, они ждали нападения. Я понял, что с меня довольно. В любом случае, при всех этих посторонних у меня нет шанса поговорить с Энн.
Наполнив свою чашку второй раз, я наблюдал, как женщины торопливо собирали еду, искали, во что ее завернуть, затем принесли ее в джутовом мешке, чтобы я смог закинуть его на седло.
— Извини, Майло, — улыбнулась Энн, — мы все немного не в себе после вчерашней передряги. В следующий раз, когда будешь в наших краях, приезжай меня навестить.
Допив кофе, я встал, и в этот момент в соседней комнате что-то упало. Крупная женщина вздрогнула, а Сэм приподнял ружье.
— Спасибо, Энн. Спасибо вам всем.
Я нахлобучил шляпу, спустился с крыльца и подошел к своему коню. Отвязав поводья, сел в седло и не оглядывался, хотя и спиной чувствовал, как Бровастый, стоя на крыльце, провожал меня взглядом.
Отъехав подальше, я повернулся и помахал ему, но он не ответил.
Удивляться же начал, только когда добрался до леса. Кто был в соседней комнате? Чего они боялись? Или ждали?
Не мое дело. У меня достаточно своих проблем.
Глава 14
Было уже поздно, когда я добрался до луга, где оставил Пабло. Он спал, выглядел осунувшимся и очень усталым. Лошади Шелби мирно паслись. Заарканив одну для Пабло и своего коня, я привел их в лагерь, а коня, на котором ездил, расседлал и отпустил пастись. Потом стреножил приведенных лошадей, чтобы они оказались под рукой — на всякий случай.
От костра осталось несколько угольков, поэтому я добавил немного коры, веточек и раздул небольшой огонь. В вещах, которые собрала Энн, оказался старый побитый кофейник и пара кружек. Я приготовил кофе, поджарил немного ветчины и отрезал хлеба.
— Кофе хорошо пахнет.
Я оглянулся. Пабло проснулся и сидел. Подцепив несколько кусочков ветчины, я положил их на бумагу, в которую завернули еду.
— Ешь, — сказал я. — Кофе подоспеет через минуту. — Потом добавил: — Я ездил в Фишерс-Хоул. Ты знаешь это место?
— Si, мы зовем его Маэс-Хоул по имени мексиканца, который там жил. Вообще-то он бандит, но, если приезжали к нему домой, вел себя по-дружески. Я видел его, будучи ребенком.
— Там что-то случилось, — сообщил я. — Обитатели дома напуганы.
— Они замешаны в твоих делах?
— Они? Нет. Конечно нет. Откуда? Здесь нет никакой связи. Они живут так одиноко, что, вполне вероятно, остерегаются незнакомцев.
— Ты знал эту Энн?
— Ну, вроде как… Ее семья приезжала к нам на ранчо, остановилась отдохнуть. Энн — симпатичная девушка. Очень славная. Чего я ожидал? Черт, я разговаривал-то с ней всего пару раз. Вроде она мне понравилась… ну, ты понимаешь, как такое бывает?
— Si, понимаю.
— Она относилась ко мне приветливо. Как воспитанная молодая леди. Но это было давно. Я даже ни разу не держал ее за руку.
— Может, в том все и дело, амиго. Ты даже не пытался?
— По правде говоря, я немного ее побаивался. Она с Востока, во всяком случае, выглядит, как с Востока, а я что — простой ковбой…
Пабло развеселился:
— Ковбой, как же! У твоей матери лучшее ранчо в округе. Ты далеко не простой ковбой, амиго.
Разморенный теплом костра, за кружкой кофе я рассказал ему все, что случилось у Энн. И произнеся свой монолог, понял, что обитатели дома меня беспокоят. Я сел и добавил веток в костер, размышляя. Пламя вспыхнуло, заплясало, как бы требуя хоть пары веток потолще. Если как следует подумать, то они спешили избавиться от меня, а когда в соседней комнате что-то упало, аж подпрыгнули, будто в них стреляли. Что же все-таки происходило? «Ну уж это меня не касается, — остановил я себя. — У меня хватает своих неприятностей».
— Поспи, — предложил я Пабло, — и я вздремну. Завтра, если повезет, отвезу тебя вниз, в город.
Положив голову на седло и укрывшись попоной, я растянулся на листьях. Глядя вверх, сквозь кроны деревьев, я видел возвышавшийся над нами пик Сент-Чарльз. Кто-то говорил, что высота его почти двенадцать тысяч футов.
Странно, что Энн живет в Фишерс-Хоул. Это последнее место на земле, где можно рассчитывать найти такую девушку. А вот мистер Бровастый мне очень не понравился. Он бы в меня выстрелил так же легко, как в консервную банку.
Что же там не так?
Посреди ночи я проснулся, добавил дров в костер, затем опять лег, вслушиваясь в тишину, но ничего не услышал. Совсем ничего. И тем не менее что-то меня беспокоило.
Стряхнув свою тревогу, я перебрал в уме, что знал и что мне предстояло сделать.
В бездонной глубине сияли яркие звезды. Нежный ветерок шептался с соснами. Выше по склону горы чернели поредевшие батальоны елей. Я опять безуспешно пытался решить свои проблемы. Наверное, взялся за слишком трудную для себя задачу. Похоже, разобраться в лабиринте деталей и найти девушку — выше моих сил. Где-то посередине своих рассуждений я заснул и проснулся утром, убежденный, что надо продолжать поиски. В конце концов, зачем мне горы улик? Мне надо найти одну девушку — и делу конец. А девушек в то время и в том месте было не так уж много.
«Брось беспокоиться о деталях и просто найди ее, — сказал я себе. — Какая разница, какими мотивами руководствуются Хенри, Топп, люди, убившие Тата, и все остальные».