Страница 67 из 92
— Видел золото, — сказал Даффилд. — Да он и не похож на старателя. — Маркус оглянулся через плечо. — Подожди немного, пусть закончат игру. У него на руках четыре одинаковые карты.
Спек приподнял стакан, Даффилд ответил тем же. Они выпили, Том отошел к концу стойки и остановился там в ожидании. По его внешнему виду нельзя было сказать, чтобы он нервничал.
Флорен, благодаря четырем дамам на руках, взял банк и принялся собирать со стола деньги, но, подняв глаза, увидел Спека. Начал было подниматься с места, однако передумал. Взгляд его остановился, лицо стало болезненно желтым.
Один из карточных партнеров заметил эту перемену во Флорене, глянул на Спека и осторожно отодвинулся от стола. Остальные тут же последовали его примеру.
— Все это ты выиграл на мои деньги, Флорен, — спокойно произнес Спек. — Поэтому оставь их там, где лежат.
Флорен быстро осмотрелся. Его большие руки упирались на подлокотники кресла, всего в нескольких дюймах от револьвера. Один из игроков попытался было вмешаться, но прямой взгляд черных глаз Даффилда пригвоздил его к месту.
— Это его дело, — бросил Даффилд. — А тот тип — вор.
Флорен облизнул губы кончиком языка.
— Послушай, — забормотал он, — мы…
— Не собираюсь убивать ни тебя, ни Росса, — так же спокойно объяснил Спек. — Вы украли все мое добро, оставили меня подыхать, но все, что я хочу, — это вернуть мои деньги и вещи. Не дергайся и выворачивай карманы.
Флорен посмотрел на деньги, потом на Спека. Лицо его исказилось, в глазах вспыхнул гнев. Он начал подниматься.
— Да будь я дважды проклят! — И схватился за револьвер.
Никто не заметил, как в дверь вошел Росс. Он мгновенно оценил ситуацию, выхватил револьвер и выстрелил. Спек только успел взвести курок, как его что-то ударило в спину. Он споткнулся и рухнул ничком.
Флорен стоял с револьвером в руке и смотрел вниз, на Спека. Росс держал под прицелом всех в комнате. Флорен начал поднимать дуло револьвера, направляя его на лежащего перед ним человека.
— Не делай этого, — остановил его Даффилд. — Или тебе придется убить всех в этой комнате.
Флорен взглянул на него и заколебался.
— Не будь дураком! — крикнул Росс. — Забирай деньги и уходим!
Прошло две недели, прежде чем Спек встал с кровати, благодаря заботе Семига, венского врача, служившего в армии. И только через месяц смог ездить верхом.
Даффилд наблюдал, как он садился на лошадь.
— В следующий раз, — посоветовал, — не разговаривай. Стреляй!
Том Спек отыскал следы Флорена и Росса в Хассаямпе и ехал за ними до Кэмп-Дейт-Крик. Капитан Дуайер из пятого кавалерийского полка выслушал его и кивнул:
— Да, они были здесь. Я приказал им убираться. Стало известно, что Росс продавал апачам спиртное у Кэмп-Гранта. Нам такие люди не нужны.
Сменив свою усталую лошаденку на мустанга, Спек отправился дальше.
У Дриппинг-Спрингс слез с коня. К нему навстречу с улыбкой вышел из хижины чероки Таунсенд. Они как-то вместе путешествовали по штату Нью-Мексико. Выслушав вопрос Тома, Таунсенд кивнул.
— Проезжали две недели назад. Большой парень — на гнедой лошади с белыми чулочками на трех ногах. Другой — на серой с белой отметиной на правом плече. Направились в Прескотт. — И предупредил: — Остерегайся апачей, они тут повсюду. Я похоронил двадцать семь человек прямо здесь.
Спек поехал дальше. Он берег коня, но иногда переходил на рысь. И повсюду видел множество следов от прохода индейцев.
Оказалось, в Прескотте эти двое пробыли больше недели. Уехали из города в западном направлении. Повсюду Тома предупреждали об индейцах. Вышли апачи, а вместе с ними уалапам и мохаве. Прошли слухи об угрозе, нависшей над Дейт-Криком, туда поехал генерал Крук.
Ни Флорен, ни Росс не имели большого опыта жизни на Западе. Он увидел это сразу, когда они появились у него в лагере. Говорили, что приехали из Болд-Ноба, штата Миссури. Крутые парни, ничего не скажешь, очень опасные, но не приспособленные к жизни в прериях.
На второй день пути от Прескотта Спек нашел двух истощенных пони. Скорее всего, их бросили индейцы, а сами ушли на свежих, более сильных лошадях. Том поймал обоих пони, повел их с собой, у него зародилась интересная идея.
На третий день он увидел Флоренса и Росса впереди и умышленно поднял вокруг себя побольше пыли. А ночью со всеми своими лошадьми объехал вокруг их лагеря, сделал четыре разных следа, которые должны были отсечь им завтрашний путь.
Затем, двигаясь бесшумно, как кошка, подкрался к ним поближе. На стоянке горел маленький костер. Флорен спал, Росс сидел рядом. Прождав с чисто индейским терпением больше часа, Спек, изловчившись, подцепил дулом винтовки лямку фляги и осторожно подтянул ее к себе. Мог вытащить и вторую флягу, но не стал. Тихонько отошел, нарочно поддев ногой мелкий гравий. Оглянувшись, увидел, что Росс вскочил на ноги и отпрыгнул от огня.
Это было началом его плана. Утром он наблюдал, как они доехали до следов, которые ночью оставили неподкованные пони. Для любого такой знак означал присутствие индейцев. Индейцы ездят на подкованных лошадях, украденных у белых поселенцев, но белые почти никогда не ездят на неподкованных. Следы вели на юг и на запад. Желая избегнуть опасных встреч, Флорен и Росс направились на север. Спек был удовлетворен, потому что знал, какая местность лежит перед ними.
В последующие четыре ночи он добился больших успехов, тревожа бандитов таинственными шумами. И опять рассчитанно оставлял следы пони, заставляя воров отклоняться к северу. Те так и поступали, стараясь избавиться от невидимых индейцев.
Они нервничали, думая, что их преследуют индейцы. У них оставалась лишь одна фляга на двоих. Спали беспокойно, если им вообще удавалось уснуть. Спек вел с ними расчетливую войну нервов. Два раза подбирался совсем близко и, лежа за скалой, слышал, как парни зло переругивались между собой.
Как-то утром он зажег неподалеку от них огонь, использовав для этого одеяло, чтобы было похоже на индейский сигнал. Потом, отъехав на несколько миль к югу, сделал второй такой же. С наступлением сумерек устроил еще две дымовые завесы ближе к лагерю.
Теперь они находились на порядочном расстоянии от Эренберга к северу, направляясь к Хардвиллу.
За минувшие дни Флорен заметно похудел, лицо стало изможденным, глаза ввалились. Росс был посильнее, более умелый и хитрый.
В ту ночь Спек выждал, когда они разведут небольшой огонь, чтобы сварить кофе. Как только Росс приблизился к котелку, быстро выстрелил три раза.
Первая пуля попала в костер, вышибла из него сноп искр, вторая — пробила котелок, вызвав клуб пара и дыма от попавшей на угли воды, третья вошла в бревно, на котором сидел Флорен.
Затем воцарилась тишина. Стрельба застала обоих, когда под руками у них не было винтовок. Спек немного отодвинулся в сторону и наблюдал. Он настрадался от этих людей. Теперь хотел получить обратно свое золото, по возможности никого не убивая, несмотря на то, что они не задумываясь пристрелили бы его. Тогда только присутствие Даффилда да других мужчин в салуне и спасло его от смерти. Томом руководила вовсе не жалость, а полное безразличие к судьбе этих двоих. Он получит обратно свое золото! Заберет и то, что Флорен выиграл на его деньги, пусть это будет платой за столь долгое путешествие.
Наступил хмурый день с низкими облаками, предвещающими дождь. Спек видел, как медленно двигались те двое, знал, что они провели беспокойную ночь, не ложась под одеяла. Еще дважды он обстреливал их из-за кустов, не стараясь попасть в кого-нибудь. Кроме того, они чуть не подрались из-за фляги с водой. И тогда ему в голову пришла новая идея.
Он знал, что золото они держат на себе, добраться до него, не убив кого-либо из них, едва ли возможно, зато не так уж трудно сделать кое-что другое.
В следующую ночь увел одну из их лошадей.
После спокойного сна Том Спек поднялся на заре. Собрал четырех лошадей, поставил их под укрытие скалы, а сам придвинулся поближе к лагерю, чтобы видеть все своими глазами. Не торопясь свернул цигарку. Теперь он знал — у него все получилось, представлял, что сейчас произойдет.