Страница 70 из 103
Степанов внимательно наблюдал за наиболее сильными спортсменами своей весовой категории. Вот высокий тайванец, заставив своего противника сместиться в сторону, быстро бросил вперед свое тренированное тело и, зацепив ногу соперника, произвел свой коронный прием о-сото-гари – заднюю подножку. Стремительно-взрывной дзюдоист из Бельгии, демонстрируя великолепную технику, обыгрывал одного соперника за другим. А вот и японский дзюдоист Накатани. Словно вычерчивая на татами замысловатый рисунок, он эффектно обыгрывал своих соперников, не оставляя им надежды на победу.
Олег увлекся завораживающим театром на татами и вдруг как во сне услышал свое имя. Он вскинул голову и увидел дзюдоиста из Южной Кореи, который уже подходил к краю татами, причем признаков страшной травмы не было и в помине. Значит, даже на олимпийском турнире дзюдоистов разыгрывались спектакли, ставившие целью расслабить опытного соперника, заставить его растеряться, не дать времени сконцентрировать свои волевые усилия.
Степанов быстро вышел на помост и встал напротив своего хитроумного соперника. Команда хаджиме бросила дзюдоистов к центру татами, и они закружили по нему, выбирая удобный захват, высматривая момент для броска. Схватка носила тактический характер, ошибка могла стоить дорого, но Олег все-таки допустил ее. Привычка бороться по правилам борьбы самбо – национального достояния Страны Советов – приучила его плотно захватывать куртку соперника на спине или выбирать ткань, пока рука накрепко не схватит пояс куртки. И вот в момент, когда Степанов взялся правой рукой за кимоно соперника на спине, кореец быстро провернулся на больной ноге и, прихватив правую руку Степанова, произвел сильный бросок через спину – иппон-соэ-наге! Но иппона, то есть чистой победы, не было. Олег успел несколько развернуться в воздухе, уходя от падения на спину, и судьи остановились на оценке вазари – полпобеды. Это было уже очень серьезной заявкой на победу и выход в следующий круг.
Кореец стал уходить от борьбы, имитируя активность, пугал попытками проведения приемов – время работало сейчас на него, и с каждой секундой все более приближая корейца к победе. Степанов собрался, каждое движение своего соперника он блокировал, гасил, переводил в контрприем, но оценку получить пока не удавалось. Олег не слышал, что подсказывали ему товарищи и тренеры, – сейчас только он мог знать, а скорее чувствовать, как исправить положение.
Пот градом катился по лицу – напряжение давало себя знать, – но смахнуть его времени нет. В этот момент кореец, тесня Степанова, несколько подался вперед, и Олег, быстро подсев под него, уперся своей ногой в живот соперника – мгновение, и кореец, описав дугу в воздухе, упал на спину.
Но не успел еще судья жестом и голосом объявить оценку, как Степанов крепко зажал руку соперника между коленями и коротким быстрым движением провел болевой прием. Кореец на мгновение замер, стараясь удержать руку в удобном положении, но уйти от поражения ему не удалось. Степанов резко отжал голову соперника и быстро вывел руку назад и чуть в сторону. Кореец вскрикнул и, схватившись за локоть, что-то злобно процедил сквозь зубы. Иппон!
Только сойдя с татами, советский борец почувствовал, сколько энергии отняла эта незапланированная схватка. Степанов вышел в следующий круг. Схватки продолжались по олимпийской системе.
Определился следующий соперник Олега – это был тот высокий и мускулистый тайванец. К Степанову подошел представитель руководства команды:
– Будь внимателен, Олег. Помни, что дипломатических отношений с Тайванем нет, и во время схватки могут быть любые выпады, любые неожиданности.
Сколько раз подобные неожиданности встречались в практике наших борцов на соревнованиях нового времени и в глубокой древности…
Около 6887 г. от с. м. (1378 г. от Р. Х.)
«Рус, рус», – понеслось по рядам в пестрых халатах. Шапки, отороченные мехом, поворачивались во все стороны, и возглас принимал оттенки удивления, злобы, восторга, недоумения. Увидеть русича на соревновании богатырей в Орде можно было не часто. Победа на празднике борцов ценилась высоко и хорошо вознаграждалась ханом, кто бы ни выиграл, кроме русов. Их за дерзновенную победу на празднике силы во славу хана награждали свободой и полной золотой чашей вина, на дне которой быстро растворялась маленькая горошина, делающая чашу свободы – чашей смерти.
Русоволосый богатырь в белой холщовой рубахе, синих шароварах, заправленных в красные княжеские сапоги, вышел в центр круглой площадки навстречу огромному борцу-ордынцу. Рус поклонился хану и, засучив рукава и поправив пояс, приблизился к сопернику. Ордынец усмехнулся, измерив взглядом представителя этого завоеванного, но не покоренного Ордой народа.
Тагай-мурза, как звали любимца хана, помнил этот взгляд, когда он вместе со множеством других воинов десятков, сотен и туменов хана штурмовал русские города, со стен которых на него неизменно смотрели из-под чуть сдвинутых бровей такие же глаза. В них читались не злоба, сжигающая в пепел сердце и душу, не страх, отнимающий последние силы и волю. В этих глазах были решимость и упорство завершить начатое дело, какими бы трудным оно ни было.
Тагай шагнул к противнику и схватил его за шею своей огромной рукой, один удар которой валил на землю быка или здорового жеребца. Второй рукой ордынец поймал пояс руса и притянул соперника к себе, чтобы скрутить, смять, сломать и с силой швырнуть оземь. Рус как бы послушно подался вперед, но вдруг резко ушел в сторону, схватив Тагая за халат под локтями. Мыс красного сапога уперся в голенище украшенной орнаментом обуви ордынца, рус резко выдохнул, вкладывая в руки всю свою силу, и огромный Тагай, перевернувшись через голову, грузно рухнул на землю. Соперник мигом оказался сверху, выкрутил руку, переворачивая ордынца со спины на грудь, ногой завернул к спине вторую руку Тагая. Одним движением рус сбросил свой ремень и накрепко скрутил руки ордынского богатыря за спиной. Затем встал, поклонился хану и выпрямился, гордо вскинув голову.
– Эх, матушка-Москва бьет, родимая, с мыска! – услышали все радостный крик какого-то русского купца, ставшего свидетелем победы своего соотечественника. Резкий свист нагайки со стальной оплеткой оборвал радостный крик, и купец с располосованным лицом упал ничком, орошая траву алой кровью.
Хан со злорадной улыбкой посмотрел на несдержанного русского купца, которого уносили его сотоварищи, и перевел надменно-самоуверенный взгляд на этого русоволосого богатыря. На победителя…
7473 г. от с. м. (1964 г. от Р. Х.)
Степанов и тайванец почти одновременно двинулись навстречу друг другу. Схватка продолжалась уже несколько минут, но ни один из соперников пока не мог добиться ощутимого превосходства. Длинные руки тайваньского дзюдоиста останавливали любое движение Олега, а виртуозное владение техникой Степанова не позволяло его сопернику добиться преимущества. Наконец тайванец подтянул к себе Степанова, прихватив его правую руку и отворот кимоно, резко бросил влево свое сильное тело и правой ногой зацепил голень правой ноги советского борца. Еще миг – и тайванец опрокинет соперника своим коронным приемом. Но не зря советская школа борьбы вбирала все лучшее изо всех известных национальных единоборств, соединяя все это в комплексе специальной борьбы в одежде – самбо.
Степанов чуть присел, останавливая порыв тайваньца, крепко обхватил его правую ногу, поддернув руками, выпрямляя ноги и переворачивая соперника через бок, словно в замедленном кино, опустил тайваньца спиной на татами. Но это только казалось – бросок был сильным и мощным. Помост мелодично запел, озвучивая падение тел, но его звук потонул в шуме оваций зала. Третья чистая победа!