Страница 114 из 284
а) Организация лагерей
Все лагери, существовавшие и существующие на территории Советского Союза, в соответствии с законодательством, можно разделить на две группы: на лагеря особого назначения (с 1918 по 1929 гг.) и исправительно-трудовые (с 1929 по 1950 гг).
Первый лагерь особого назначения и предназначался для содержания в нем активных врагов советского государства. Никакого трудиспользования заключенных до 1926 года в нем не производилось; лагерь служил лишь местом строгой изоляции саботажников и других контрреволюционных элементов.
Первая группа исправительных-трудовых лагерей была создана на Севере для освоения природных богатств Северного края, в особенности каменного угля в районах бассейна рек Печоры и Воркуты, нефти на Ухте, строительства железных дорог и грунтовых путей. Деятельностью этих лагерей руководило Управление северных лагерей особого назначения ОГПУ [Приказ ОГПУ № 136/68 от 28 июня 1929 г.].
25 апреля 1930 года ОГПУ издало приказ № 131, в котором обратилось с призывом к чекистским кадрам о записи добровольцев на руководящую работу во вновь организовывавшиеся лагери. В приказе говорилось, что «Постановлением СНК СССР от 11.VII-29 г. на ОГПУ возложена задача развития хозяйственной жизни наименее доступных, наиболее трудно освояемых и вместе с тем обладающих огромными естественными богатствами окраин нашего Союза, путем использования труда изолируемых социально-опасных элементов, колонизации ими малонаселенных мест». Ставилась задача организации новых лагерей в Сибири, на Севере, на Дальнем Востоке и в Средней Азии [Приказ ОГПУ № 131 от 25 апреля 1930 г.].
Осуществляя постановление Правительства, ОГПУ в последующие 1930–1932 гг. в различных районах страны создало следующие исправительно-трудовые лагери: Нижегородский, Казахстанский, Сызранский, Кунгурский, Ухто-Печорский, Свирский, Бишерский, Темниковский, Сибирский, Карагандинский (совхоз «Гигант»). Особо должна быть отмечена организация 16 ноября 1931 года специального Беломорско-Балтийского исправительно-трудового лагеря ОГПУ для строительства Беломорско-Балтийского канала, постройка которого явилась честью всего коллектива ОГПУ. Именно на строительстве Беломорско-Балтийского канала со всей убедительностью была доказана правильность основных принципов советской исправительно-трудовой политики. Здесь удалось наиболее правильно и полно осуществить известное диалектическое указание Ленина о сочетании принуждения с убеждением, что как раз и составляет сущность исправительно-трудовой политики советской власти.
Только «на основе правильного проведения исправительно-трудовой политики советской власти, — говорилось в постановлении СНК СССР от 2.VIII—1932 г. "Об открытии Беломорско-Балтийского канала имени Сталина", — Главное управление исправительно-трудовыми лагерями ОГПУ провело большую политико-воспитательную работу среди заключенных, получивших трудовые навыки и квалификации и в целом ряде случаев хорошо проявивших себя в работе на строительстве»
В 1932 году организуются новые лагери ОГПУ, в том числе: Северо-Восточный — для освоения Дальнего Севера и добычи цветных металлов, в Казахстане — Порвинский — рыболовецкий, Дмитровский — в Московской области для строительства канала Москва — Волга, на ДВК Байкало-Амурский — для строительства железной дороги.
В 1935 году в далекой Арктике, в Норильске, для строительства никелевого комбината и освоения района расположения комбината был создан Норильлаг [Приказ НКВД СССР № 00239 от 25.VI-35 г.].
Для развития и освоения природных богатств Дальнего Севера в 1937 году были организованы следующие ИТЛ: Воркутинский (С. Уса) для строительства шахт и добычи угля, а также строительства ж. д. магистрали Воркута — Кожва; Ухтинский — добыча нефти, газа, асфальтитов, радия; Усть-Вымский — строительства железной дороги Чибью — Котлас и лесозаготовок в Усть-Вымском лесном массиве; Печорский — баржестроения и лесозаготовок в Троицко-Печорском и Кожвинском леспромхозах [Приказ НКВД СССР № 00765-37 г.]. К 1937 году относится также и организация восьми лесозаготовительных лагерей: Тайшетского, Томск-Асинского, Куломского, Усть-Вымского, Ивдельского, Каргопольского, Локчимского [Приказ НКВД СССР № 078 от 16.VIII-1937 г].
До 1930 года трудовое использование, а также права и обязанности заключенных в ИТЛ частично определялись Исправительно-трудовым кодексом РСФСР 1927 г. Однако режим содержания заключенных в ИТЛ Исправительно-трудовым кодексом РСФСР 1924 г. не регулировался, и даже упоминания об ИТЛ в этом кодексе не было. По этой причине режим содержания заключенных в ИТЛ в значительной степени устанавливался приказами и инструкциями ОГПУ.
Обязательными для лагерей, как и для всех мест заключения, оставались общие принципы исправительно-трудовой политики, изложенные в кодексе. Важнейшими из этих принципов являются — наказание не должно преследовать цели причинения физических страданий или унижения человеческого достоинства осужденных. Приспособление правонарушителей к условиям трудового общежития.
Первым документом, регулирующим деятельность исправительно-трудовых лагерей, было «Положение об исправительно-трудовых лагерях», утвержденное СНК СССР 2 апреля 1930 года.
Положение состояло из четырех разделов: общие положения, управление лагерями, их структура и предметы их ведения, основные положения о порядке содержания заключенных, прокурорский надзор за лагерями.
Основной задачей лагерей, по Положению, являлась охрана общества от особо социально-опасных правонарушителей путем их изоляции, соединенной с общественно-полезным трудом.
Структура лагеря состояла из частей: производственно-эксплуатационной, культурно-воспитательной и санитарной, а также аттестационной комиссии. Возглавлял работу в лагере начальник лагеря.
С целью более последовательного и целесообразного выполнения задач исправительно-трудовой политики заключенные делились на три категории.
К первой категории относились заключенные из трудящихся (рабочие, крестьяне и служащие), пользовавшиеся до вынесения приговора избирательными правами, осужденные впервые на сроки не свыше пяти лет и не за контрреволюционные преступления.
Ко второй категории относились те же заключенные, но осужденные на сроки свыше пяти лет.
К третьей — относились все нетрудовые элементы и лица, осужденные за контрреволюционные преступления.
Режим содержания единым не был: применительно к категориям он подразделялся на три вида: на первоначальный, облегченный и льготный.
Первоначальный режим применялся ко всем вновь поступающим в лагерь заключенным и продолжался для заключенных 1-й категории не менее шести месяцев; для 2-й категории — не менее года и для 3-й категории — не менее 2-х лет.
Содержащиеся на первоначальном режиме могли использоваться только на общих работах, проживать в пределах лагеря и не выходить без разрешения из общежития лагеря.
Заключенные, находившиеся на облегченном режиме, использовались на постоянной работе в учреждениях, предприятиях и на промыслах. Проживали в общежитиях, прикрепленных к предприятиям, имели право отлучки (отлучка свыше 6 часов после вечерней поверки рассматривалась как побег). Направлялись на работы по рабочим книжкам, могли быть премированы.
Сверх условий, установленных для облегченного режима, заключенные, находившиеся на льготном режиме, имели право на выход за пределы лагеря и занимать административно-хозяйственные должности в управлении лагеря и по производству работ.
Нетрудовые элементы и лица, осужденные за контрреволюционные преступления, не могли занимать административно-хозяйственные должности.
Меры поощрения к хорошо работающим почти совпадали с мерами поощрения, установленными инструкцией по режиму содержания заключенных в ИТЛ и НТК МВД, утвержденной приказом МВД СССР № 0190–1947 года.
Для оказания материальной помощи лицам, отбывшим сроки наказания, учреждался особый фонд, составлявшийся из частичных отчислений от премиальных вознаграждений, отчислений от заработной платы заключенных и прочих поступлений.