Страница 42 из 103
Руки схватили Ауру за плечи и стали изо всех сил трясти её. Тяжелая сонливость начала исчезать и чувства, отвечающие за восприятие действительности, стали постепенно возвращаться к жизни. Ей хотелось одного: лежать, затерявшись в лабиринте прелестных черт незнакомого лица.
— Аура!
Голос вихрем ворвался в её голову, и спустя несколько секунд она узнала свое имя. Аура тут же почувствовала, что мужчина говорит каким-то странным тоном. Не нежно, не дружески, скорее нетерпеливо и при этом шепотом.
— Что… происходит? — заикаясь, пролепетала она.
В тот же миг она узнала его. Прежде чем она смогла закричать, его рука сжала ей рот, подавив любой звук.
— Аура, — прошептал он еще раз, и сейчас это прозвучало почти умоляюще, — тебе нельзя кричать, тебе нельзя ничего говорить: они могут в любой момент прийти сюда. Тебя напичкали какими-то наркотиками, чтобы ты не сопротивлялась, но сейчас нужно взять себя в руки!
В огне охватившей её паники Аура вспомнила, что лежит совершенно нагой на серой подстилке. Неужели осы проникли в её тело? Может быть, поэтому она утратила способность видеть?
Но нет, это ей снится. Галлюцинация!
— Я сейчас уберу руку, — прошептал мужчина, — и ты будешь молчать, поняла?
Она резко кивнула, не будучи уверенной, что сдержит обещание. Мужчина убрал руку, и ей сразу же стало легче дышать. Аура лежала, уставившись на него широко раскрытыми глазами, в то время как его лицо казалось ей еще красивее, еще безупречней. И это после того, что он с ней сделал! Нет, не с ней! С её отцом. А может, он его не убивал? Ведь за последние четыре месяца она не получила никаких известий из дому, если не считать пары коротких писем, вышедших из-под детского пера Сильветты. Никаких известий о смерти Нестора и, уж точно, ничего об его убийстве.
— У нас нет времени на какие-либо объяснения, — настойчиво прошептал ей Джиллиан. Приказав ей молчать, он, казалось, был немного удивлен, что она ему повинуется. Никаких воплей, никаких криков о помощи. Искорка восхищения зажглась в его взгляде. — Ты очень храбрая, Аура, но тебе придется стать намного храбрее, если мы хотим незамеченными выбраться отсюда.
Воспоминания захлестнули Ауру: интернат, директриса, старик в горной хижине, убитая девушка и, наконец, её заключение.
— Вот, надень это! — Джиллиан бросил кучу одежды на её голый живот. — Поторопись! Женщина, которая рассказала мне, где ты находишься, может в любой момент прийти в себя. Я не думал, что привести тебя в чувство займет так много времени.
— Вы пришли, чтобы убить меня? — тихо спросила Аура, сомнамбулически натягивая одежду, в которой она была во время побега из монастыря; даже накидка Козимы была здесь.
— Конечно, — коротко ответил он. Он стоял у закрытой двери и прислушивался к звукам в коридоре. — Ты думаешь, что я не смог бы убить тебя голой?
Краска ударила ей в лицо, и это еще сильнее смутило её. Аура почувствовала, что в её поведении что-то не так: она должна его бояться, и неважно, как он ведет себя по отношению к ней. Он гнался за ней тогда в поезде, и у него было задание убить её и отца.
«Но он не сделал этого, — напомнил ей внутренний голос. — Он отпустил тебя и подкинул тебе то письмо».
«Какой-то нелепый тип наемного убийцы!» — подумала она и все же решила довериться ему. Как будто у неё был иной выбор!
Он слегка приоткрыл дверь и посмотрел в щель. Аура увидела, что замок был сломан.
— Пошли, — шепнул он, в то время как она всё ещё пыталась непослушными пальцами завязать шнурки.
Когда Джиллиан осторожно вышел в коридор, Аура уже была позади него. Каждый звук, кроме его голоса, доносился до неё, словно через вату, кружилась голова, в животе урчало, хорошо еще, что последствия яда не сделали из неё бормочущую сумасшедшую.
В её комнате — её тюрьме! — занавески были закрыты; снаружи, за окнами коридора царила тьма. Аура спрашивала себя, как долго она находилась без сознания. Один день? Неделю?
Джиллиан легко шагал впереди, ведя её за руку. Его шаги не производили на каменном полу ни единого звука, но её собственные шаги гулким эхом отзывались внутри. Газовые лампы на стенах тускло горели, а из прилегающих комнат не раздавалось ни малейшего звука. Наверное, была глубокая ночь.
Они дошли до двери в вестибюль. Джиллиан первым проскочил в дверь, Аура словно лунатик плелась позади. Они беспрепятственно пересекли холл, пройдя мимо лестницы в подземные покои директрисы. Когда Джиллиан открыл главную дверь и вытащил Ауру наружу, в лицо им ударил холодный ночной воздух.
Между столбами крытого входа неподвижно лежала черная собака со свернутой шеей.
— Твоя работа? — тихо спросила она. «Ты», «Вы», совершенно неважно — формальности уже давно были ни к чему.
Джиллиан коротко кивнул, и они направились по темной дороге, ведущей через парк.
— У ворот лежит еще одна.
— Раньше здесь не было собак, — дыхание Аура срывалось, она чувствовала жуткую слабость, и холодный воздух казалось, застывал в её легких.
— Наверное, кто-то извлек урок, — сухо заметил Джиллиан и ускорил шаги, Аура едва поспевала за ним.
«Собак здесь завели из-за меня, — подумала она со странной ясностью. — Завели на всякий случай, чтобы больше никому не взбрело в голову прогуливаться по ночному парку».
Аура не удивилась бы, узнай она, что здесь в темноте происходит нечто большее, чем об этом следует думать. На минуту она вспомнила о своей подружке Козиме, и на душе заскребли кошки. Что же будет с ней, если её оставить одну? Но опять-таки у неё не было другого выбора, да и Джиллиан вряд ли бы одобрил её затею.
У решетчатых ворот парка лежала вторая легавая собака. На её клыках выступила кровавая пена.
— Тебя укусила собака, — заключила Аура. Сейчас она обостренно воспринимала любую мелочь. Подобные наблюдения казались ей в данный момент необычайно важными, а в следующий миг, после того, как она высказывала их, они сразу же исчезали из её памяти.
Рука об руку они выбежали через открытые ворота, когда из восьмиугольной башни монастыря святого Иакова раздался пронзительный звук колокола. В интернате заметили исчезновение Ауры.
— Что вы собираетесь делать? — спросила она, задыхаясь. Джиллиан углубился в сосновый лес, подальше от дороги. Они спускались вниз по направлению к долине, то и дело спотыкаясь о лежащие на земле ветки.
— Нас вряд ли будут преследовать. — Дыхание Джиллиана при этом было абсолютно ровным. — Да и кто? Учительницы или старый слуга? — Он, вероятно, некоторое время наблюдал за интернатом, если с такой уверенностью говорит о его обитателях.
Ветви хлестали её по лицу, но Аура не обращала на это внимания. Сейчас побег в тысячу раз важнее.
— Здесь ведь нет телефона, или есть? — спросил он. — Что-то здесь не видно ни столбов, ни кабелей.
— Вряд ли. — Едва переводя дух от стремительного шага, Аура спросила: — Куда мы идем?
— В Цюрих.
— А потом?
— Об этом мы поговорим, когда окажемся в городе.
— К Лисандру?
Он повернулся к ней на бегу и бросил ей взгляд, значение которого она не смогла определить.
— Почему к Лисандру?
— Он твой заказчик.
— Тогда зачем бы я оставил тебе письмо?
Аура внезапно остановилась. В голове у неё постепенно прояснялось, действие наркотиков слабело. Она устремила на него свои вспыхнувшие от гнева глаза.
— Может, ты и спас меня, — фыркнула она. — И может быть, что я у тебя в долгу, но только не думай, что я какая-нибудь деревенская дуреха, которая слепо бежит за тобой.
Даже в темноте она увидела улыбку, которая промелькнула по совершенству его губ.
— Тогда зачем, по-твоему, я здесь?
— Не знаю зачем.
— Я понятия не имел, что задумали сделать с тобой эти люди в интернате, и до сих пор этого не знаю. Я всего лишь хотел навестить тебя и поговорить немного, совершенно пристойно, и без всех этих… неприятностей.
Она недоверчиво обратила на него свой взгляд и убрала двумя руками пряди волос со вспотевшего лица.