Страница 71 из 80
Дверь тотчас отворилась. Однако Майк не торопился переступить порог. Он достал фонарик и, стоя в дверях, направил в темноту луч света. На полу камеры лежал Эрик Хокарт. Судя по всему, он был без сознания. Майк переступил порог. У самых ног его начинался небольшой скат. А дверь у него за спиной уже начала медленно закрываться…
Глава 38
Раглан быстро отступил назад. Но перед тем, как тяжелая дверь захлопнулась, Эрик открыл глаза, и их взгляды на мгновение встретились.
Раглан снова стоял посреди пустынного коридора. И тут за спиной у него послышался топот. Быстро обернувшись, Майк выхватил пистолет. Ближайший из преследователей находился всего в десяти футах от него. Раглан поднял левую руку, словно защищаясь от удара, и выстрелил из-под локтя. Звук выстрела прокатился по каменному коридору оглушительным эхом — точно стреляли из пушки. Пуля угодила стражнику в грудь. Какую бы броню ни носили Варанели под одеждой, она не могла спасти от пули, выпущенной из пистолета 357-го калибра.
Раглан выстрелил еще раз. И еще один стражник рухнул на каменный пол.
Потрясенные этим зрелищем, остальные остановились и попятились. Затем обратились в бегство, напуганные столь неожиданным отпором. Они были уверены в собственной неуязвимости — и вот двоим из них пришлось расстаться с жизнью, причем в течение каких-то нескольких секунд. Однако Раглан прекрасно знал: они еще обязательно вернутся, как только…
Он наклонился и ухватил мертвеца за шиворот. Затем, подтащив его к камере, снова открыл массивную дверь и швырнул Варанеля на нары так, чтобы дверь не закрылась. Переступив через труп, Раглан бросился к Эрику. Схватив друга за руку, он потащил его к выходу. И вдруг заметил, что кто-то пытается оттащить мертвеца от двери. Выпустив руку Эрика, Майк рванулся к выходу и, прежде чем стражник, стоявший в коридоре, успел выхватить оружие, ударил его по лицу рукояткой пистолета.
Варанель отшатнулся и бросился наутек. Раглан вернулся к Эрику и вытащил его в коридор.
— Идти можешь?
Эрик кивнул, хотя было очевидно, что он едва стоит на ногах. Лицо его было мертвенно-бледным, и на нем темнели синяки от побоев. Майк осмотрелся. Слева от него находился вход в лабиринт, из которого он только что вышел — смертельно опасный путь для того, кто поспешно уходит от погони. К тому же его противники ориентировались в этих переходах гораздо лучше, чем он. Направо же открывалось продолжение туннеля, коридор протянулся еще на пятьдесят футов — затем поворот, а что там, за поворотом, оставалось лишь догадываться. И наконец, прямо перед ними находилась наглухо закрытая дверь, ведущая, по расчетам Майка, в покои Руки. Держа пистолет наготове, он надавил на деревянный брусок в стене рядом с дверью. Тяжелая дверь тотчас распахнулась. В открывшемся перед ними помещении было довольно светло; казалось, что белая ширма, установленная напротив двери, излучает этот свет. Собравшись с духом, Раглан переступил порог. Эрик последовал за ним. Дверь за ними закрылась сама собой. И в то же мгновение послышался чей-то властный голос — по-видимому, кто-то отдавал распоряжения. Скрывшись за ширмой, беглецы оказались посреди своего рода фойе с четырьмя узкими высокими дверьми. А прямо перед ними высилась гигантская статуя: застывший в прыжке ягуар, вытесанный из черного базальта. Каменный хищник скалил клыки и очень походил на настоящего. Раглан как зачарованный смотрел на это произведение искусства — подобного ему еще не приходилось встречать.
И снова загремел тот же повелительный голос: очевидно, им приказывали убираться отсюда.
Раглан взглянул на Эрика:
— Ты в порядке? Сам сможешь идти?
— Иди. Я постараюсь.
Итак, четыре двери… Майк попытался восстановить в памяти план Крепости, но ничего подобного на карте не было. Скорее всего эти двери тоже ведут в западню. Майк опустился на корточки и принялся разглядывать двери и пол перед ними, в одну из дверей, похоже, входили чаще, чем в остальные. Дверь же, ведущая в ловушку, наверняка открывалась реже всего. Наконец Раглан выпрямился и нажал на деревянный брусок у одной из дверей — у той, которой пользовались чаще; дверь начала медленно открываться. За дверью было светло. Они вошли. Майк по-прежнему держал пистолет наготове. И снова загремел все тот же гневный голос, только на сей раз в нем уже звучали истерические нотки.
— Что это? — прошептал Эрик. — Неужели человеческий голос?
— Наверное, он говорит в какую-то трубку, — предположил Раглан. — Вероятно, до сих пор никто еще не осмеливался ослушаться его приказаний.
И тут Раглан в изумлении уставился на Эрика:
— Неужто и ты его не видел? А я-то думал, что Рука сам станет тебя допрашивать.
— Мной занимался Зипакна, Судя по тому, что мне здесь довелось услышать, Рука никому не показывается на глаза.
Они находились в просторной комнате с высоким сводчатым потолком. У дальней стены стоял какой-то идол с огромной головой, выпученными глазами, округлыми щеками и разинутым ртом. Изо рта торчал подвешенный на шарнирах язык.
— Похож на Ваала — божество, которому поклонялись карфагеняне. Они приносили ему в жертву детей — иногда до пяти сотен за раз. В разверстом чреве монстра пылал огонь. Жертв бросали на язык, который тут же задвигался, переворачивался, и дети падали в огонь.
Справа и слева от идола находились две двери, и друзья, не теряя времени, подошли к левой из них. Дверь выходила в какой-то коридор, Майк шел впереди: он надеялся, что, следуя этой дорогой, они все же выйдут из Крепости. Наконец они добрались до поворота. Теперь Майк шел гораздо медленнее — вконец обессилевшему Эрику каждый шаг давался с великим трудом.
Наконец Эрик остановился и, привалившись спиной к стене, замотал головой.
— Брось меня, уходи сам, — выдохнул он. — Я больше не могу.
— Отдохни. Мы скоро выберемся отсюда. И выйдем только вместе.
Откуда-то из недр Крепости послышался глухой рокот. И снова раздался властный голос, но теперь уже говорили по-английски:
— Вы умрете! Вам не уйти!
Однако Варанели их вроде бы уже не преследовали. Не посмели ослушаться? Не посмели войти в заветную дверь? Стало быть, эта территория находилась в ведении Властителей Шибальбы?
— Они не давали мне есть, — пробормотал Эрик. — Морили голодом…
Раглан решительно взял друга за руку:
— Пошли. Нужно выбираться отсюда.
Дважды Майк пытался открыть попадавшиеся на их пути двери, но сколько ни нажимал на деревянные бруски, его усилия ни к чему не привели.
Может, эти двери вообще не открывались? Или у преследователей была возможность заблокировать сразу все двери, воспользовавшись каким-нибудь централизованным пультом? Последняя мысль больше всего беспокоила Майка. Он по-прежнему шел впереди, временами ненадолго останавливаясь, чтобы Эрик мог перевести дыхание. А что, если он, сам того не зная, вошел в другой лабиринт? Или вернулся назад, в один из тех, откуда ему удалось совсем недавно выбраться? Слева от них — он был абсолютно уверен — находились покои Руки, но его это уже нисколько не занимало. Теперь главное — выбраться из Крепости. И чем быстрее они ее покинут, тем лучше.
Еще одна дверь по правую руку. И он снова надавил на деревянный брусок в стене. Дверь медленно открылась. Лестница, состоявшая всего из трех ступенек, вела вниз — там открывался еще один туннель. Майк остановился в нерешительности. Может, попытать счастья?..
— Идем! — сказал он, включая фонарик.
Тяжелая дверь захлопнулась за ними. Стены и потолок туннеля были частично вырублены в скале, а местами сложены из хорошо подогнанных друг к другу камней. В застоявшемся воздухе пахло сыростью и плесенью. На полу толстым слоем лежала пыль. С потолка свисали клочья паутины. Было совершенно очевидно, что сюда уже много лет никто не заходил. По спине у Майка пробежали мурашки. Он остановился, стараясь взять себя в руки. А что, если отсюда вообще нет выхода? Что, если это западня? Отогнав от себя эти мысли, он пошел вперед. В туннеле стояла невыносимая духота. Пот ручьями струился по лицу и шее. Туннель как будто шел в гору. И дышать становилось все труднее. Ужасно болела голова.