Страница 57 из 80
Едва он начал спускаться, как заметил следы горного льва. Похоже, совсем недавно здесь проходило крупное животное. Хотя местность казалась на редкость пустынной. Вокруг царила тишина, лишь изредка нарушаемая шорохом листьев, — это деревья вдруг принимались нашептывать друг другу свои тайны. А Майк спускался все ниже, стараясь ступать как можно осторожнее.
Наскальные рисунки индейцев… Кое-где краска стерлась, местами отвалилась, и те истории, коим надлежало, вероятно, быть увековеченными здесь, оказались безвозвратно потерянными. А древняя тропа уходила все дальше вниз. Если в таком месте имелась вода и спасительная тень, то можно было не сомневаться: здесь когда-то жили индейцы. Вот только деревья эти вовсе не казались древними — они росли здесь лет сорок, не более. Значит, в то время тут росли другие деревья? Может, они сгорели? Или их вырубили индейцы для строительства хижин или в качестве топлива? И повсюду виднелись песчаные холмики. Что скрывалось под ними?
Парильни навахо… От них остались лишь покосившиеся кедровые столбы. А те, другие хижины — их, вероятно, построили другие люди — во всяком случае, не индейцы-навахо. Возможно, пиуты? Майк не был в этом уверен, к тому же выглядели хижины немного странно…
Вот там он в прошлый раз увидел воинов Варанелей. Но что они здесь делали? Преследовали кого-то? Или что-то? Он остановился и, прислонившись спиной к отвесной стене, осмотрелся. Где-то здесь, совсем рядом, должен находиться ход, ведущий на Обратную Сторону.
Следы! Ведь Варанели должны были оставить следы…
Прижавшись спиной к отвесной скале, Майк принялся разглядывать дно каньона, пытаясь отыскать среди камней некий признак, хоть что-нибудь, что указывало бы… Он и на сей раз ничего не заметил… Майк ощупал рукоятку пистолета, и это придало ему некоторую уверенность в себе. Он снова принялся изучать дно каньона. Затем спустился еще ниже и вошел в заросли. Вон там, в той стороне он в прошлый раз видел отряд стражников Варанелей, и воздух там как бы подрагивал. Майк почувствовал, как тяжело забилось сердце у него у груди.
Он пошел вперед, пробираясь сквозь заросли. Через какое-то время остановился и, прижавшись спиной к стволу дерева, снова осмотрелся.
Он здесь не один. Интуиция подсказывала, что рядом находился еще кто-то. Шаг в сторону — и он уже у другого дерева. И снова прижимается спиной к стволу. Он настороженно смотрел по сторонам. Если за ним следят — то откуда? Где они могут находиться? Глядя прямо перед собой, он напряженно ждал.
Где? И кто? Или, может быть, что? Если уж в нашем мире обитает немало загадочных существ, то чего же ожидать от другого измерения? Какие монстры могут населять их мир?
А что, если они невидимы? Ведь есть же звуки, которых не улавливает человеческое ухо. Такие звуки могут слышать собаки, возможно, и насекомые… А что, если существуют и подобные цвета, то есть недоступные для восприятия человеческим зрением? И очень может быть, что эти невидимые существа сейчас подкрадываются к нему…
Если люди могут переходить из одного мира в другой, то почему этого не могут животные? Ведь Шефу удалось совершить путешествие в обоих направлениях. А их животные? Возможно, там обитают какие-нибудь диковинные звери, о существовании которых никто даже не подозревает?
Осторожно ступая, Майк скользнул к другому стволу. Потом к следующему. И затаился, выжидая, напряженно прислушиваясь.
Из его укрытия хорошо просматривалась лужайка, где он видел Варанелей. Теперь лужайка была пуста. И вокруг — ни души. Майк облизал пересохшие губы. Ему очень не хотелось покидать спасительные заросли. Ведь, покинув их, он станет уязвим. Он зябко поежился. А ведь день выдался довольно теплый… Необходимо срочно выбираться из зарослей, вернуться в хижину, возвратиться все равно куда, лишь бы оказаться в безопасности, там, где ему все знакомо. Но ведь он так ничего и не нашел. Значит, еще один день потерян. А времени и так в обрез.
А Эрик? Чем занимается? Может, лежит, связанный по рукам и ногам. Может, его бросили в темницу? Или умирает в одном из «каменных мешков»? Или ему удалось их уговорить, убедить в том, что он будет им полезнее, если его оставят в живых?
Майк продвигался вдоль зарослей. Ему так и не удалось ничего найти. Он видел лишь сухие бесплодные земли, красноватые скалы да невысокие гребни песчаника.
Откуда тогда вышли Варанели? И куда ушли?
Тут он снова увидел одинокого сарыча, по-прежнему кружившего в высоком небе. И вот — новая мысль… И он похолодел от ужаса. А вдруг это не настоящий сарыч? Или специально обученная птица? обученная, чтобы следить за ним?
Какая чушь! Какие глупости лезут в голову! Он перешел к дереву, росшему у самого края песчаного «пятачка», и снова остановился, снова прислушался.
Что это? Он действительно что-то слышит или ему это только кажется? Какие-то песнопения? Псалмы? Если пели, то где-то неподалеку. Он снова осмотрелся.
Все, пора уходить. Ведь уже темнеет, а ему нужно вернуться в хижину, прежде чем он сломает ногу или свернет себе шею, карабкаясь в темноте по скалам.
Он снова услышал загадочное пение — словно многоголосый хор монотонно, раз за разом повторял одни и те же слова — всего несколько слов. Он отчетливо слышал эту песнь. Но откуда она могла доноситься?
Напряженно прислушиваясь, Майк еще плотнее прижался к стволу. Откуда доносится пение? Похоже, пели где-то рядом, где-то впереди, прямо перед ним. А если его сейчас убьют? Возможно, его труп пролежит здесь долгие годы, прежде чем его обнаружат. Если вообще когда-нибудь обнаружат… потому что кому еще придет в голову отправиться в пустынное, Богом забытое место? Стоя среди деревьев и глядя вверх, на залитые ярким солнцем стены каньона, Майк особенно остро ощущал свое одиночество. Такого одиночества он еще не знал. Ни разу в жизни ему не приходилось оказываться в подобной ситуации — когда помощи ждать не от кого, когда можно рассчитывать только на себя.
А как же Волкмейер? Чью сторону он возьмет? Сторону человека, когда-то протянувшего ему в беде руку помощи? Или выступит за тех, кто дал ему богатство?
В зарослях у него за спиной что-то зашуршало. Резко обернувшись, Майк схватился за пистолет.
Глава 30
Перед ним стояла Каваси.
Стояла под деревьями, наблюдая за ним. Майк окинул взглядом заросли кустарника у нее за спиной, но не заметил ничего подозрительного.
— Каваси, мне тебя очень не хватало.
Вообще-то он не собирался говорить об этом вслух, хотя сказал чистейшую правду. Ему действительно очень не хватало ее.
— Я не могу отлучаться надолго. Они ждут моего слова. — Она сделала широкий жест. — Вот это место, где мы стоим. Это священное место. Священное для моего народа. Говорят, что именно здесь мы впервые вошли в ваш мир, но я не знаю точно, правда это или нет.
Майк подошел к ней поближе:
— Что с Эриком?
— Я ничего о нем не знаю. Наверное, он у «них».
— Я должен найти его и освободить.
— Это невозможно. Никому не дано бежать из Запретной Крепости.
— Никогда не поверю, чтобы твой народ…
— Это не мой народ. Его захватили Властители Шибальбы, силы зла. Скрыться от них невозможно.
— А как же твой народ? Последователи Того-Кто-Обладал-Волшебством?
— Это было очень давно. И в темноте все было иначе. А когда стало светло, никого не осталось. Нас пытались разыскать, но мы закрыли все пути, и они не могли идти дальше. И была большая война, но в конце концов они ушли и оставили нас в покое.
— Давай поднимемся в хижину. Ты должна подробнее об этом рассказать.
Они пустились в обратный путь. Каваси шла впереди, уверенно пробираясь сквозь заросли.
— Вот это, — сказала она, полуобернувшись и делая широкий жест, — это очень ненадежное место.
Она вышла из зарослей и стала взбираться на узкий карниз, опоясывавший скалу.
— Нам не дано понять, но все здесь, — снова тот же жест, словно она хотела заключить в объятия Яму, и Ничейную гору, и гору, на вершине которой стояла хижина, — и все здесь как бы перепутано. У вас есть такое слово? Ненадежное место. Иногда здесь все, как есть, — деревья, вода, скалы… а в другое время нет ничего надежного, прочного, и тогда нельзя быть ни в чем уверенной. Иногда переход здесь, в другое время — там. Это… как колеблющаяся пелена, как стена водопада. И на Обратной Стороне…