Страница 34 из 45
Крис упал и снова поднялся на ноги. Винтовка осталась где-то у бревна. И конь там же. Небось достался проклятым ренегатам!
Юноша пробежал несколько шагов, с размаху налетел на дерево и судорожно вцепился в ствол, чтобы не упасть. Повернулся и поглядел назад. Ничего; только листва да кустарник. Крис снова бросился вперед, мечтая только об одном: затаиться в какой-нибудь дыре. Откуда-то донесся крик, затем канонада выстрелов, но ни один не задел беглеца.
Крис мчался со всех ног. Вдруг юноша заметил, что впереди расщелина резко сужается, а под ногами — камень. Беглец подбежал к отверстию в скалах, и каменистое плато словно бы оборвалось: Крис стоял на краю отвесного утеса. Пересохший водопад!
Юноша сделал попытку замедлить бег, остановиться, но силой инерции его влекло вперед. Он перекатился через край, пальцы отчаянно вцепились в камень. Ирландец ухватился за какой-то выступ и уже подумал было, что спасен, но камень обвалился, и юноша рухнул вниз. В полете задел за куст: затрещали ветви, но падение не замедлилось. Последнее, что запомнил Крис, — это бледный кружок света над головой; а затем сомкнулась тьма.
В полумиле от оврага Бреннан с тридцатью всадниками въехал на гребень невысокого холма. Разглядеть ничего не удавалось. Где-то в тени холмов звучали выстрелы охотников.
— Ну, — фыркнул владелец салуна, — они еще…
В этот момент из оврага вырвались люди Парли: стремительная атака началась слишком поспешно и слишком далеко от намеченной цели.
— За ними, друзья! — Бреннан пришпорил коня и поскакал вперед. И открыл огонь.
Неожиданный удар во фланг смешал бандитам все карты. Люди Парли, не отличавшиеся дисциплинированностью и в лучшие времена, дрогнули и отступили. Доблестные всадники Бреннана, по большей части — ветераны Гражданской войны и бесчисленных сражений с индейцами, порадовались возможности снова показать себя в деле. Паля из ружей, они бросились вдогонку ренегатам.
Мгновение — и все было кончено. На земле валялось с полдюжины трупов. Кое-кто, с трудом удерживаясь в седле, умудрился ускакать прочь. Серебряный Дик, повинуясь необдуманному приказу Парли, поднялся по склону одним из последних, при первом же выстреле резко развернул коня и ускакал назад, к реке. Дел Робб держался рядом с ним.
Затрещали кусты, и на прогалину выскочил Мюррей. Глаза бандита налились злостью.
— Куда он подался? — заорал он. — Вы видели Мика?
— Да плюнь ты на него, Мюррей! Хватай коня и уноси ноги! Мы проиграли… разбиты наголову!
Поворотив коней в пятидесяти ярдах от пересохшего водопада, с которого свалился Мэйо, ренегаты поскакали вверх по ущелью, под прикрытие деревьев. По пути они подобрали Уоткинса и еще двоих. Со временем подоспели и другие, пока не набралась целая дюжина.
Но Джастин Парли так и не объявился.
Глава 15
Холли Барнс опасливо поглядел в ту сторону, откуда раздавались выстрелы. Что случилось с Парли? Он, Холли, подвел охотников к самой реке, ближе уже не заманишь — опасно проявлять излишнюю настойчивость. Но тут подошло новое стадо бизонов и отвлекло генералов от намеченного маршрута. А теперь еще выстрелы… что же не сработало?
Вдруг Холли захотелось оказаться за много миль отсюда. Захотелось ускакать прочь, и ускакать быстро, однако оправдать свой уход ему вряд ли удастся. Он нанялся проводником, и ежели нападение все-таки состоится, а он, Барнс, попробует слинять…
Повесят, как пить дать повесят! Грант, конечно, очень милый человек, и Шеридан тоже, но вот Шерман суров и вопросы задавать любит.
Подъехал полковник Сеймур в сопровождении Маклина.
— Барнс, что это еще за перестрелка?
— Не знаю, полковник. Может быть, ковбои дурачатся, пытаются напугать вас, надо думать. Знаете, как это бывает: потом, когда вы уедете из здешних краев, ребята станут врать с три короба да хвастаться, что якобы распугали генералов.
Сеймур досадливо поморщился.
— Пользуясь вашими же словами, Барнс, никто нас не распугал. Еще чего! Вперед!
Барнс облизнул губы.
— Полковник, мне кажется…
— Барнс, мы на охоту приехали. Так давайте охотиться.
Барнс оглядел мирную, непритязательную равнину, на которой тут и там поднимались скалы, а в низинах темнел лес. Но недоумение проводника так и не рассеялось. Вдали заклубилось облако пыли — или это ему показалось?
«Что же там происходит? Что случилось с Парли?»
Барнс повел охотников прямо к бизонам, а затем, когда генералы занялись отстрелом, немного поотстал. Очень хотелось удрать, но проклятого Маклина почему-то интересовала не столько охота, сколько проводник. Уж не узнал ли он Барнса? Но как? Пока Маклин сидел связанным в лагере, Холли находился в Ларами, разнюхивая обстановку.
Барнс изрядно нервничал и боялся, что это отразится на его лице. Маклин — далеко не дурак, а ведь Маклин глаз с него не спускает! И почему-то в руках у него все время винтовка, и смотрит эта самая винтовка в его, Холли, сторону.
Вдруг подскакала Барда Маклин.
— Отец! Смотри!
Маклин обернулся. Вдали появился отряд всадников. Многие лошади показались знакомыми: полковник уже видел их в городе и форте, а уж в том, что касалось лошадей, Маклин отличался памятью поистине ковбойской! Полковник поднес к глазам бинокль и подкрутил окуляры. Бреннан, владелец салуна! Что он тут делает? Синглтон, Куни, лавочник Клайд Диксон… это еще что такое? -
— Давай туда, Сеймур. Происходит что-то странное.
Развернув лошадей, они поскакали во весь опор навстречу отряду. Барда держалась рядом.
Изрядно отстав, Холли Барнс окинул взглядом прерию. Из шайки — никого. На расстоянии примерно сотни ярдов темнела неглубокая лощина. Проводник поскакал в ту сторону под углом, затем резко свернул и исчез в лощине. Ловкий маневр!
Что за безумная идея — перебить генералов. И на черта он, Холли, ввязался в это дело? По глупости, не иначе!
Холли Барнс великим умом не отличался, зато обладал практической сметкой, и в трудную минуту жизни сметка его не подводила. Вот и сейчас внутренний голос подсказал Барнсу, что Невада — край дивный и прекрасный, там и только там воздадут должное талантам Холли Барнса… край этот с нетерпением ждет приезда Холли Барнса… а он все не едет и не едет.
— Ежели ты поскачешь во весь опор, Холли, — сказал себе бандит, — ты встанешь лагерем в тридцати милях отсюда, и чем скорее ты доберешься до этого места, тем лучше!
Криспин Мэйо из графства Корк, человек из Скибберина, Клонакилти и Росскарбери, открыл глаза. Первое, что он увидел, была звезда. Одинокая звезда сияла прямо у него над головой; других почему-то не наблюдалось. Несколько минут юноша полежал неподвижно, надеясь, что звезда не погаснет. Звезда все горела, и наконец он повернул голову.
Шея поворачивалась с трудом, голова словно бы свинцом налилась. Юноша перекатился на живот и с трудом поднялся на четвереньки. Все тело — огромный сгусток боли. Медленно возвращалась память. В него стреляли — стреляли почти в упор, и, в первый раз в жизни, он обратился в паническое бегство. Упал и здорово ударился. Произошло это все, должно быть, несколько часов назад.
Пальцы его нащупали песок… русло реки, надо полагать… Тут Крис вспомнил, что свалился с пересохшего водопада, и подумал было, что приземлился в кусты. Должно быть, куст он миновал в полете и рухнул на песок.
Стояла ночь; что бы там ни происходило на равнине, когда он отключился, — теперь это все уже в прошлом. Тогда время шло к полудню. А теперь темно, или почти темно: темно-синее небо отливало кобальтом, словно сапфир.
Конь потерян, винтовка — тоже.
Бок совсем закоченел; Крис ощупал больное место пальцами и обнаружил запекшуюся кровь и песок. Рубашка прилипла к телу. Крис поднялся на ноги и постоял неуверенно, проверяя, что еще не так.
Выходит, его и впрямь ранили перед тем, как он свалился с обрыва. Рана в боку — явно от пули. Похоже, не очень-то глубокая; побаливает немного, и мускулы онемели. После падения со скалы все тело было в синяках, Крис нетвердо стоял на ногах и качался из стороны в сторону, словно лист под ветром. Но хуже всего дело обстояло с головой.