Страница 17 из 76
А работали местные знатно…Прям пахали! Дом на зиму укрепляли. Мужички местные доски пилили, крышу покрывали. Бабы траву на огороде дергали. Гном между ними, как знатный прораб, указания давал… Да на крыса, что лениво на крылечке развалился, поглядывал. Как только в доверие втерся? Сидит, с Валари разговаривает, ни на кого внимания не оборачивает. Сорока вон, на березе прячется. Дом дырок новых боится, а Маргартка вообще – скуксилась. Одним словом, ревнует.
Орчиха и вправду задумалась над словами хвостатого. Много раз в войне участвовала и не по теории ведала, что укрепления для городищ – первое дело. Но тут, в захудалом селишке? Кому в голову взбредет такие работы проводить? Да еще до зимы…
– Серьезно чё ли про городище городил? – Валари от нечего делать жевала поданые Маргариткой сырники с киселем. Ведь успела ж девка. С утра, значит, встала, пошла за творогом, яйко где-то раздыбала… Не, хоть и дурочка, а хозяюшка. – Зачем оно деревне этой?
– Не понимаете вы, Валари, что при всяком изменении пространственно-временного континуума следует предвосхищать возможные последствия.
– А чего не понимать? Понимаю… Но, сдается мне, ты хитришь. Коли бы дело меня касалось, то ужо погоню б организовали или там ловушек понаставили.
– Не всем открывается истина, – упрямо заявил крыс. – Вот вы тоже не можете поверить в то, что вам ваши друзья уже два дня говорят. Но фактически, если смотреть с научной точки зрения, признаки изменений на лицо…
– На мое лицо? И чем сие изменение грозит?
– Всякими коллапсами и войнами, я так думаю. Ни князь, ни государи черные не станут вас защищать. А стратегии воина тут маловато. Один, как говорится в известной поговорке, в поле не садись, рыцарей проезжих берегись.
– Ладно, Лейзирет, подумаю, – Валари тяжело так вздохнула, в дом вошла, а тот словно ее и ждал: половицами заскрипел, ковриками плетеными зашевелился. Отмыли, отчистили, дырки все залатали. Благодать.
– Не слухай крыса, не слухай… Он тебя плохому научит, – зашептал возбужденно. – Все они, грызуны проклятые, одним миром мазанные. Неужто не знаешь старую легенду. Ее каждый домашний защитник из уст в уста передает… Для сохранения миропорядка.
– Ну-у-у-у, – протянула Валари, за стол садясь. Маргаритку подбежавшую по головке погладила. Не, надо ей все же сказать мягко, чтобы жениха в ней не видела. А то девчонки всегда так – влюбляются во все, что в штанах.
– Много-много веков назад, когда еще только мир только появился, огромная серая стая во главе с крысиным королем вошла в первый город, которым правил первый повелитель Тьмы. Был повелитель молод и очень обрадовался новым слугам. Те с большой радостью грабили человеческие селения, разносили заразу и смерть… Повелитель Тьмы считал их послушным серым стадом, но все было до поры до времени… Однажды самый главный крыс проник в запретные покои и украл оттуда камень власти, сок которого делает обладателя величайшим правителем. Жадно выпил его прямо в тронном зале, а потом скомандовал, чтобы вся стая набросилась на повелителя. С тех пор, крысы расселились по всему миру. Они только и ждут, чтобы уничтожить всех королей и государей. Они сами хотят править. Чтобы мы стали их покорными рабами.
– Вы это сейчас придумали? – неожиданно вспрыгнувший на стол Лейзирет премило улыбался. – Если данная история случилась так давно, то почему же до сих пор мы не у власти?
– А хто поймет ваши планы… Вы ж без планов не бываете… – усмехнулся дом нервно. – Вот и тепереча появился такой крыс в самом нужном месте и в самое нужное время!
Валари промолчала. Она с трудом понимала, почему все так грызуться да отношения выясняют. Ведь делить нечего… Старый дом, деревня на границе, беднота да полный развал. Вот и поле местное явно для разживания и захвата не годится. А у соседей, кроме как посуды и тряпок, вообще брать нечего. Разве что немалочисленный скот увесть.
Но чувства внутри были в смятении, а тошнота так и не проходила. Скрывать ее орчиха умело смогла, но подозрения все полнились и полнились.
Чем же ей грозит сия оказия, если правдой окажется? Ах, ежи колючие! Именоо что коллапсом.
А тут еще и гном войти пожаловали. Важно! С коробкой большущей.
– Гроза там намечается. Мы крышу-то закончили, теперь спокойно переждем. – усищами шевелит, явно продолжение драки ощущает. Аккуратненько шапочку снял, начал распаковываться. – Чего, все ругаетесь? А я вот решил к вам переселиться… Скучно мне в своих хоромах ведунских. А тут – вроде компания.
Вытащил Кроха посуду всякую, искусно расписанную, Маргаритке вручил. Та на кастрюльки да сковородки залюбовалась, покраснела от удовольствия. Ну, хоть кто-то игрушку получил и радуется!
-А у меня склад устроим. Еще там надыть притащить мебеля да одежу…А чего? Чего вы все на меня уставились?
– Ды, и вы говорите мне о логике, – закачал Лейзирет. – Это только у нас из хорошего дома в плохой преселяются…
– Я плохой? Ах, ты… – взъерепенился домашний дух.
Остальную словесную схватку заглушили раскаты грома. Внезапно за окнами почернело, сильный порыв ветра воем отозвался в стенах. И крупные капли дождя заквакали по крыше.
Бабах, вспышка, бабах! Дверь распахнулась, впуская стихию внутрь, а вместе с ней внутрь ворвалась испуганная Белобока, которая до сих пор предпочитала не вступать в перепалки.
– Кошмар! Кошмар! – орала она, летая кругами. – Буря черная надвигается с темных территорий. Страшная буря…
– Я предупреждал, я говорил, – розовый нос Лейзирета покраснел, глазки лихорадочно заблестели. – Все так быстро случилось… Надо было раньше мне… надо было…
– Что нааааааадо? – это Кроха пытался закрыть злополучную дверь, но силенок явно не хватало, и потому он практически висел на ручке, смешно болтая ножками и строя смешные рожицы, которые принято делать у гномов. Кривил губы, сводил и разводил брови, выпучивал глаза, шевелил ушами. Все вместе это могло, с одной стороны, вызвать смех, а с другой – служило для устрашения врага.
Валари сразу же кинулась на помощь, но опоздала – в дом с радостным шипением ворвался огненный шар и прямиком помчался к орчихе. Сверкающий, электрический, с сотнями разноцветных змей внутри, он нес в себе верную смерть. И знал, на кого напасть.
Все произошло так быстро, что орчиха не успела и шевельнуться. Зато Ленивый Крыс метеором сорвался места, вспрыгнул на два своих роста и буквально полетел в боевом броске наперерез. При этом он выхватил из кармана модного пиджачка сверкающий красный камень.
Камень ярко вспыхнул, озаряя дом синим пламенем, который так часто возникает в самой глубокой пропасти, где живут темные демоны. Пламя преображало все вокруг, открывая тайное, заставляя каждого и всякого открыться. Так, с потолка вниз смотрело круглое и добродушное лицо домашнего духа. Волосы его напоминали зеленый мох, а глаза округлились от испуга, что обитель вот-вот сгорит. Ярким алым цветком билось в груди влюбленное сердце Маргаритки. Алчно горели глаза Белобоки, увидевшей сокровище в лапах длиннохвостого. Гном зиял черной дырой одиночества и надеждой на дружбу и родство ну хоть с кем-то в этом мире. А прямо посерединке Валари маленьким лохматым комочком шевелилась жизнь – такая крохотная и беззащитная, что все присутствующие ахнули.
В этот самый миг шар погас и распался на небольшой фейерверк. А Крыс упал обессиленный прямо у ног изумленной орчихи. Впервые в жизни ее кто-то защитил сам и впервые в жизни в глазах огромной орчихи появились настоящие, крупные слезы. Такие же, как капли дождя за окном.
– Ленивый Крыс, – огромной лапищей она подняла хвостатого и прижала к груди. – Ты живой? Очнись, Крыся.
Горячим дыханием Валари дула на Лейзирета, который впал в состояние прострации, и роняла на него соленые потоки, в которых так часто захлебываются мужчины.
– Водички, водички дай ему выпить, – Маргаритка с красными от увиденного щеками поднесла к мордочке крыса носик чайника. – Пей, пей, хороший! Бедный… Маленький… Такой славный…