Страница 125 из 211
Подняться удалось без труда.
Нет, капитан – это, прямо скажем, не кадет!
Осетр усмехнулся: мысль была глупа до невозможности.
Бажанов расценил его усмешку по-своему.
– Ну вот и хорошо, – сказал он. – Посидите все-таки самую малость, и отправимся назад.
По-прежнему не наблюдалось никаких признаков того, что «доктор» узнал «пациента».
– Долго я был без памяти?
– Нет, капитан, минут пять, не больше.
Осетр глянул на браслет.
В режиме часов эта штука действовала и на Крестах.
Судя по дисплею, Баженов не соврал.
Разве что браслет тоже отрубался, и его бессознательное состояние длилось на пять минут меньше, чем у хозяина…
Осетр чуть не расхохотался – такой дикой показалась ему эта мысль!
– А что со мной случилось?
Доктор пожал плечами:
– Здешние леса иногда странно воздействуют на приезжих. Если хотите, по возвращении в Етоев проведем обследование вашего организма. Сдадите анализы.
«Ага! – подумал Осетр. – Сейчас! Держи карман шире!»
– Да ладно! – Он легкомысленно махнул рукой.
И едва не спросил: «Неужели вы не узнали меня, Костромин?»
Однако такое поведение было бы уже преступно-легкомысленным.
Если тебя не узнают, так и должно быть. А ты, может, и не должен узнавать господина Костромина. Тебе, может, подобное поведение было внушено еще при прошлом посещении домика с кошачье-собачьим крыльцом. Ты, может, просто его не помнишь…
Интересно, а каковы результаты нынешней работы доктора…
«Магеллановы Облака – достойные спутники нашей Галактики!» – скомандовал сам себе Осетр.
И сдержал облегченный вздох.
Все снова было в полном порядке.
На месте доктора немедленно возникла туманная фигура с черной полоской в районе головы.
Ментальный блок, куда ж без него в делах наших скорбных?…
«А не устроить ли господину доктору допрос с пристрастием?» – подумал Осетр.
Эта мысль была сама по себе не дика и не глупа. Но… Но что он тут сможет узнать? Выслушать то, что давно известно от Деда? К тому же постоянно борясь с последствиями кодирования и не давая Бажанову-Костромину удрать в небытие…
Нет уж, болт вам всем ржавый в котловину!!! Теперь, господа, я буду поумнее. Сдается мне, что действие этих особых способностей небезгранично, что процесс этот смахивает на работу прибора с аккумулятором. Пока хватает заряда, прибор работает. А потом требуется немедленно нестись на Кресты – подзаряжаться!
И ради чепухи я больше «заряд» тратить не стану. Только в особых случаях – к примеру, когда грозит смерть.
Он отключил свое необычное зрение.
«Серость» исчезла, перед ним снова стоял розовощекий, уверенный в себе доктор Бажанов-Костромин.
– Можете идти, капитан? – спросил он.
– Могу, – сказал Осетр.
– Тогда пойдемте?
– Пойдемте!
Они вышли из домика и добрались до глайдера.
Поднимаясь на борт, Осетр оглянулся.
Похоже, бывать здесь станет для него привычкой. Изобразить перед Дедом потерю внушаемости, и пожалуйте на восстановление…
Через двадцать минут капитан и доктор оказались возле родной гостиницы.
Господину имперскому правозащитнику в его предстоящем вояже в лес ничто не угрожало.
Что и было доказано в этот же день, когда статский советник тоже слетал в гости к кошкам-собачкам.
Оставшаяся часть командировки оказалась совершенно неинтересной.
Чиновничьи хлопоты…
Пантюхин еще пяток дней помотался по окрестностям. В Чертков он так и не заглянул.
Осетр сопровождал господина статского советника во всех оставшихся вояжах.
У него пару раз появлялось желание слетать на берега речки Данилы. Поздороваться с Макарычем, обняться с Маруськой, посмотреть на ее пунцовое от смущения личико… Если она покраснеет, конечно… И на кладбище непременно побывать, на могиле Чинганчгука.
В конце концов, Матвею Спицыну он, Осетр, обязан своей жизнью прежде всего! Так почему бы и не…
Но нет, именно потому и не… Ибо в этом случае смерть Чинганчгука может оказаться совершенно бессмысленной. Смысл этой смерти в его, Осетра, жизни, в его, Осетра, безопасности, в его, Осетра, работе. И во имя этой самой безопасности придется выглядеть в собственных глазах беспамятной сволочью… Ничего не поделаешь, слишком многое поставлено на карту.
Глава пятьдесят шестая
Из крестовской командировки Осетр возвращался уже не на Новый Санкт-Петербург. И тем более не на Иркут.
Ему было предписано лететь на Дивноморье и поселиться в уже знакомом пансионате «Ласточкино гнездо». С видами на голубое небо, голубой океан и пляжи из голубого песка.
Видимо, Дед решил воссоздать обстановку, которая окружала Осетра при начальном внушении, которое на самом деле, без ведома полковника, стало инициацией. Рассчитывает, наверное, что тут от капитана будет легче добиться нужного уровня послушания.
Лететь на курортную планету пришлось транссистемником «Величие Галактики».
Конечно, это, скорее всего, было случайностью – вряд ли полковник Засекин-Сонцев рассчитал ситуацию до такой степени совпадений. А впрочем, уж лучше «Величие Галактики», чем опять «Дорадо» – оказавшись там в третий раз, Осетр почувствовал бы себя, как куриное яйцо на сковородке.
Подобные совпадения – это уже явный перебор!
Еще на борту шаттла, по дороге к транссистемнику, Осетра охватило предчувствие и нетерпение.
А может, Дед уже нашел похитителей и вытащил Яну из их лап? И решил устроить своему подопечному романтическое свидание с возлюбленной?
Почему бы и нет? С него станется! Он ведь неплохой психолог, наш Всеволод Андреич! С поправкой на государственные интересы, разумеется.
Вот-вот… И все предчувствие сразу идет к дьяволу. Такого свидания просто не может быть, потому что не может быть никогда. Государственные интересы такой романтики не предполагают. Как говорится, за счет казны свой карман не подлатаешь… Если эту казну собственным седалищем не массируешь.
И Осетр успокоился.
Прыжковый сон опять был не похож на предыдущие. Осетр уже привык, оказавшись на релаксаторе и приняв таблетку, отключаться. А тут снова посусон-полуявь. Будто хочешь заснуть, а тебе не дают. То ли судьба, то ли состояние собственного организма…
Но теперь ему пришло в голову, что по форме прыжкового сна он сможет следить за уровнем своих необычных способностей.
Если вокруг полусон-полуявь, способности находятся в полном порядке. Если же голубая таблетка отправляет тебя в полную бесчувственность, держи ухо востро: заряд аккумуляторов на исходе!
Прилетев на Дивноморье, Осетр не удержался и отыскал в космопорту триконку «Терминал Глобального Имперского Информатория». Снова загоревшись надеждой, проверил списки пассажиров… вернее, пассажирок, пожаловавших за последнее время на курортную планету. Повторялась история, происходившая в первый прилет сюда, и повторение это еще больше зажгло душу Осетра надеждой. Слишком уж все совпадало, чтобы быть случайностью. За такими совпадениями кроется провидение, даже если эти совпадения большей частью рукотворны… Ощущение дежавю…
Увы, надежда пылала в его душе тщетно – Татьяны Чернятинской среди пассажирок не оказалось.
Только тут Осетр окончательно остудил голову.
Черт возьми, ржавый болт тебе в котловину! Да Татьяны в списках и быть не должно. Прилети она на Дивноморье, имела бы совсем другую фамилию!.. Элементарные законы конспирации, примитивная осторожность того требуют. Тебе ли не знать, «росомаха»?!
Осетр едва не принялся изучать информацию на всех Татьян, но вовремя спохватился.
Ну дал стране угля! Это ж совсем крыша поехала – заняться подобной ерундой! Ну-ка, гвардеец! Немедленно взять себя в руки и отправляться к Деду. Там сразу все станет ясно. Так что в колонну по одному!
В «Ласточкином гнезде» совпадения вроде бы завершились, поскольку поселили его совсем на другом этаже. Но полковник Засекин-Сонцев квартировался на прежнем месте, занимая номер двенадцать двадцать девять. И вновь у Осетра возникло ощущение дежавю…