Страница 36 из 109
— Пока не знаю, — Костя остановился рядом и тоже принялся следить глазами за лыжницами. — Вот возьму и просто никуда их не отпущу в пятницу.
— Думаешь, удастся? — с сомнением покачал головой друг.
— Не удастся, значит, сам туда полечу, — спокойно ответил он и мощным щелчком послал шайбу к воротам. — Вопрос времени.
Виктор с улыбкой посмотрел на друга: уж кто-кто, а он знал, что решениям Крылова противостоять невозможно.
— Ну, что ж. В таком случае, поздравляю. Сделав большой круг вокруг поселка и выбившисьиз сил, женщины решили сделать небольшую остановку.
— Ань, а ты не думала вернуться сюда насовсем? — Лена оперлась на лыжную палку и, улыбаясь, посмотрела ей прямо в глаза.
— Это не от меня зависит… Давай не будем заострять на этом внимание, хорошо? Ты себе не представляешь, как я ценю каждое мгновение в последние дни. Как любит повторять Роберт: «Жизнь измеряется не количеством вдохов и выдохов, а количеством мгновений, когда перехватывает дыхание. От счастья». Вот я и коплю эти мгновения и не хочу тратить драгоценные минуты ни на что, что могло бы мне помешать ими наслаждаться, понимаешь, дорогая? — Анна улыбнулась, поправила солнцезащитные очки и задорно предложила: — Догоняй!
Проскочив мимо теннисного корта, на котором уже никого не было, они подъехали к дому, а спустя полчаса с удовольствием парились в бане.
Поздно вечером на полу у зажженного камина взрослые долго пели песни под гитару, а затем, глядя на огонь, неожиданно умолкли.
— Есть замечательная восточная мудрость, — прислонившись спиной к обнявшему ее Косте, нарушила молчание Анна. — Хорошо бы найти человека, с которым можно помолчать обо всем…
— Аня, ты обещала почитать стихи, — напомнила ей Лена.
— Хорошо. Только предупреждаю, они у меня в основном грустные. Ностальгия, и все такое прочее… А учитывая дефицит русскоязычного общения, писать стала намного меньше. Зато как пронзит… Особенно тяжело осенью бывает… Слушайте.
— А еще? — Виктор лежал на спине и тихо перебирал струны гитары. — У тебя удивительные стихи, но вот мелодию к ним подобрать никак не удается.
— А зачем? — Лена уложила голову на груди мужа. — Они в этом не нуждаются, у них своя музыка. Продолжай.
— А ручка далеко? — неожиданно встрепенулась Анна. — И листок бумаги.
— И что, прямо сейчас получится написать? — не поверил Виктор.
Костя принес ручку и записную книжку. Хорин долил вино в бокалы, и все, как завороженные, принялись наблюдать за Анной, что-то черкающей на чистом листике.
— Ну, вот, — закусив губу, в последний раз пробежала она глазами по строкам. — Чистой воды экспромт, над ним еще надо поработать…
— Неважно, читай, — не утерпела Лена.
Анна сделала паузу, не решаясь прочитать вслух последние четыре строки.
— Все!
— Здорово! — восхищенно прошептала Лена. — И что, прямо сейчас родилось?
— В процессе, — загадочно улыбнулась Анна. — Виктор предложил Косте: «Зажги камин», ты добавила: «Мы свет погасим». А я за эти строчки зацепилась. Вот и начало. А дальше, как получится.
Анна захлопнула блокнот и передала Косте.
— Дарю, на память. Перечитаешь как-нибудь на досуге. Ребята, который час?
— Скоро три, — взглянула Лена на каминные часы. — Пораспать. Завтра нам в цирк на дневное представление, ты не забыла?
— Сто лет не была в цирке, а ведь ребенком ни одной новой программы не пропускала. Спокойной ночи… Спокойной ночи, — повторила она Косте, прощаясь у дверей комнаты, где спала Катя.
Предоставив свою спальню семейству Хориных, Костя собирался переночевать с сыном.
— Спокойной ночи, — нежно поцеловал он ее в губы. — Завтра нас ждет важный день…
— Уже сегодня, — медленно закрывая дверь, поправила его она. Возлагая на него пока еще смутные надежды, ни он, ни она не могли предположить, насколько этот день окажется непредсказуемым…
Высадив Анну с детьми возле цирка, Костя выключил аварийку и поехал в сторону Сурганова. Внутренне он был абсолютно спокоен. Договорился с Виктором и Леной, что после представления он заберет только Анну и оставит детей на их попечение. В квартире, где она выросла, все было приготовлено к вечеру, оставалось лишь купить свежие цветы и зажечь свечи.
Неожиданно зазвонил телефон. Бросив взгляд на дисплей, он недовольно поморщился.
— Константин Петрович! — услышал он взволнованный голос Алины. — Мне надо с вами срочно увидеться! Это касается той девушки, из Штатов, — она перевела дыхание и выдала фразу, от второй у Крылова похолодело в груди: — Ее ищут!
— Говори!
Выслушав сбивчивый рассказ Алины о том, что Кругловой интересовался ее отец и другие, не знакомые ей люди. Костя тут же позвонил Савицкому и договорился о встрече.
— Сверни на Захарова, а дальше на Броневой, — спустя двадцать минут снова услышал он голос Славы. — Затем поворачивай в первый же двор слева и сразу пересаживайся ко мне. Я еду следом на серебристом «Лексусе».
На двигавшийся в одном направлении с ним автомобиль с российскими номерами Крылов успел обратить внимание.
Едва он пересел в «Лексус», машина тут же выехала со двора.
— Анна сегодня же должна покинуть пределы страны, сообщил сидевший на заднем сиденье встревоженный Савицкая.
— Как? — не понял Костя.
— Это люди Романова, познакомься на всякий случай, — кивнул он в сторону сидящих на переднем сиденье мужчин. — Транзитом Минск проезжали, я как раз с ними встречался, когда ты позвонил. Семен Иванович не забыл о долге и сразу развернул их обратно на Москву. Отвезут в Шереметьево и отправят во Франкфурт. К самолету в Штаты она успевает, время выбрано с запасом. Прав оказался Артюхин, чутье даже за океаном не потерял! Еще неделю назад потребовал забронировать билеты.
— Какая Москва? Зачем? — никак не мог взять в толк Крылов.
— Так надо, — твердо ответил Савицкий. — Скорее всего, кто-то вычислил, что Романова в тот вечер увезла она. Учитывая ее знакомство с Владимиром Анатольевичем, вполне вероятно, что на ней захотят отыграться.
— Почему ты так решил? — не унимался Костя.
— Ее надо срочно убрать из города, пока не уляжется весь шум, — категорично заявил Слава. — Я за нее здесь отвечаю, и, на мой взгляд, это единственный выход. Сейчас едем к тебе, собираем вещи, а через три часа она должна быть за кольцевой. Ты извини, не знаю, какие у тебя там были планы, но она впуталась в эту историю благодаря тебе.