Страница 233 из 300
К тому времени как Дианора была готова, вернулся Шелто. На его лице было странное выражение.
— Они бегут, — сообщил он. — А Камену не казнят на колесе.
— Что с ним случилось? — спросила она, испытывая инстинктивный ужас.
Шелто заколебался.
— Пустили слух, что ему уже дарована милосердная смерть. Потому что подлинные заговорщики сидят в Играте, а Камена — всего лишь жертва, орудие.
Она кивнула.
— А что произошло в действительности?
Лицо Шелто помрачнело.
— Может быть, вам этого лучше не знать, госпожа.
Возможно, он прав, подумала Дианора. Но она уже зашла слишком далеко этой ночью, и ей предстоит еще более долгий путь. Это утро не допускало возможности спрятаться под чью-то защиту.
— Возможно, — только и сказала она. — Но я бы предпочла, чтобы ты мне рассказал, Шелто.
Он несколько секунд помолчал.
— Мне сказали, что его собираются изменить. Рун стареет, а у короля должен быть шут. Необходимо подготовить замену, а на это может уйти много времени, в зависимости от обстоятельств.
Обстоятельства, подумала Дианора, и ее затошнило. Например, является ли запасной шут здоровым, талантливым, нормальным молодым человеком, любящим свою родину.
Даже понимая, чем шуты Играта были для его королей, даже сознавая, что Камена пожертвовал своей жизнью, совершая вчерашний поступок, она все равно не могла удержать тошноту, думая о значении слов Шелто. Вспомнила, как Рун рубил вчера тело Изолы. Вспомнила лицо Брандина. И заставила себя не думать об этом. Она не могла себе позволить думать о Брандине в это утро. Собственно говоря, лучше вообще ни о чем не думать.
— Меня еще не вызывали? — напряженным голосом спросила она.
— Пока нет. Позовут. — Его голос тоже звучал напряженно, новости о Камене, очевидно, его тоже взволновали.
— Я знаю, — сказала она. — Но не думаю, что мы можем ждать. Если я выйду вместе с остальными, то уже не смогу ускользнуть. Что произойдет, как ты думаешь, если мы вдвоем попытаемся уйти сейчас?
Ее голос был спокойным и ровным. Лицо Шелто стало задумчивым.
— Можем попробовать, — ответил он, помолчав.
Ее страх объяснялся просто: если она будет ждать слишком долго или думать слишком много, ее парализуют сомнения. Главное — действовать, продолжать действовать, пока она не доберется до определенного места.
Что случится потом, если вообще что-нибудь случится, она оставит на милость богов Триады.
С сильно бьющимся сердцем Дианора вслед за Шелто вышла из своих комнат в главный коридор сейшана. Первые тонкие лучи света уже проникали в окна восточного крыла. Они вдвоем направились в другую сторону и по дороге встретили двух молодых кастратов, идущих в сторону апартаментов Венчеля. Дианора посмотрела на них в упор. И впервые испытала удовольствие, увидев промелькнувший в глазах обоих мальчиков страх. Сегодня страх был оружием, а ей понадобится все оружие, какое только она сможет отыскать.
Шелто повел ее дальше, не спеша, вниз по широкой лестнице к двойным дверям, выходящим наружу. Она догнала его как раз в тот момент, когда он постучал. Когда стражник снаружи открыл их, она шагнула через порог, не дожидаясь его вопроса или объявления Шелто. Проходя мимо, она бросила на него спокойный взгляд, и увидела, как он широко раскрыл глаза, узнав ее. Дианора пошла дальше по широкому коридору. Проходя мимо второго стражника, она увидела, что он — тот самый юноша, которому вчера улыбнулась. Сегодня она не стала улыбаться.
Дианора услышала, как Шелто за ее спиной произнес быструю, неразборчивую фразу, а потом вторую, в ответ на вопрос. Потом услышала его шаги в коридоре. Через секунду дверь за ними закрылась. Шелто догнал ее.
— Мне кажется, нужно быть очень большим храбрецом, чтобы остановить вас сегодня, — тихо сказал он. — Они все знают, что произошло вчера. Удачное утро для подобной попытки.
Единственное утро для подобной попытки, подумала Дианора.
— Что ты им сказал? — спросила она на ходу.
— То, что смог придумать. Вы идете на встречу с д'Эймоном, чтобы обсудить вчерашнее происшествие.
Дианора замедлила шаги, обдумывая эту мысль, и в ее мозгу забрезжил план, подобно первым слабым лучам солнца, встающего на востоке над горами.
— Хорошо, — сказала она, кивая. — Очень хорошо, Шелто. Это именно то, что я собираюсь сделать. — Еще два стражника прошли мимо, не обратив на них никакого внимания. — Шелто, — сказала она, когда они снова остались одни, — мне нужно, чтобы ты нашел д'Эймона. Скажи ему, что я хочу поговорить с ним наедине до того, как мы все пойдем сегодня днем наблюдать за финишем бега. Скажи ему, что я буду ждать в Королевском саду через два часа.
Двух часов может хватить, а может и не хватить, она этого не знала. Но знала, что где-то на обширном пространстве Королевского сада, с северной стороны от дворца, имеется калитка, выходящая в луга, а оттуда идет тропа к склонам Сангариоса.
Шелто остановился, и она тоже вынуждена была остановиться.
— Вы собираетесь пойти туда без меня, да? — спросил он.
Она не хотела ему лгать.
— Да. Я собираюсь успеть на эту встречу вовремя. После того как передашь ему мою просьбу, возвращайся в сейшан. Он не знает, что мы уже вышли из дворца, поэтому пошлет за мной. Проследи, чтобы его послание попало прямо к тебе, мне все равно как.
— Обычно они и так попадают ко мне, — тихо ответил он, явно недовольный.
— Я знаю. Когда он пришлет за мной, у нас будет оправдание для выхода из дворца. Через два часа спускайся вниз. Я должна быть в саду вместе с ним. Ищи нас там.
— А если вас там не будет?
Дианора пожала плечами.
— Тяни время. Надейся. Я должна это сделать, Шелто, как я тебе уже говорила.
Он еще мгновение смотрел на нее, затем согласно кивнул. Они пошли дальше. Перед самым поворотом влево, на парадную лестницу, Шелто повернул направо, и они спустились вниз по меньшей лестнице на первый этаж. Она привела их в еще один коридор, тянущийся с востока на запад. Там никого не было. Дворец еще только просыпался.
Дианора взглянула на Шелто. Их взгляды встретились. На неуловимое мгновение она испытала острое желание признаться ему во всем, сделать из друга союзника. Но что она могла сказать? Как объяснить посреди коридора, на рассвете, темную ночь и череду лет, которые привели ее сюда?
Она положила руку ему на плечо и сжала его.
— Теперь иди, — сказала она. — Со мной все будет в порядке.
Не оглядываясь, Дианора прошла немного по коридору, толкнула двойные стеклянные двери, ведущие в лабиринт Королевского сада, и одна вышла в серый, холодный предрассветный сумрак.
Его не всегда называли Королевским садом, и не всегда он был таким диким, как сейчас. Великие герцоги Кьяры в течение многих поколений создавали это место для собственного удовольствия, и оно менялось с годами вместе со вкусами и модой Островного двора.
Когда Брандин Игратский впервые приехал сюда, сад представлял собой блестящий образец регулярной парковой архитектуры: живые изгороди искусно подстрижены в форме птиц и животных, деревья расположены на точно отмеренном расстоянии друг от друга по всему огромному пространству огороженного стенами сада, широкие аллеи с фигурными скамейками, стоящими недалеко друг от друга под благоухающими, тенистыми деревьями седжойи. Там был один опрятный квадратный лабиринт со скамьей влюбленных в центре и многочисленные клумбы цветов, старательно подобранных по оттенкам.
Банальным и скучным назвал его король Играта, когда впервые прошелся по саду.
За два года сад изменился. И очень сильно. Дорожки стали уже, усыпанные листьями с нестриженых кустов летом и осенью. Казалось, они произвольно вьются сквозь густые рощи деревьев, с большими трудами привезенных со склонов гор и из лесов на севере острова. Некоторые из фигурных скамеек сохранились, и пышные, ароматные клумбы тоже, но живые изгороди в виде птиц и кусты в виде животных исчезли в первую очередь. Прежде аккуратным, симметрично подстриженным кустарникам и кустам серрано позволили разрастаться, и они стали высокими и мрачными, как деревья. Лабиринт исчез — теперь весь сад превратился в лабиринт.