Страница 99 из 111
Его вопросы были ранее завуалированы.
Что ты хочешь?
Тебе что-нибудь нужно?
Есть ли что-то, что я могу дать тебе?
Все ответы на эти вопросы были ли бы одинаковы:
Верни мне моего мужчину.
Понятное дело, что он ничего бы не предпринял. Я бы лишь заслужила его взгляд полный разочарования. Я стала бы в его глазах очевидной, предсказуемой, абсолютно неинтересной. Потому я молчала.
- Что ж, согласен. - Его голос звучал на удивление живо. Странно было все это наблюдать, если учесть, каким он был, когда я его только начала узнавать. Он был уставшим ото всего, безразличным ко всему стариком. Теперь? Мне стало казаться, что его жизнь - батарейка, которая пополняется чужой обреченностью, бессилием и гневом. И что сейчас его переполняет жизнь, потому что батарейка заряжена на сто процентов. - Еще не время. Возможно, я позволю ему увидеть тебя, но лишь затем, чтобы он не забывал смысл своей никчемной жизни. Чтобы он постоянно помнил, чтобы постоянно думал об этом.
Все это мне напоминало историю, рассказанную Владыкой. Эту легенду о Драконе.
Она позволила им видеться. И это лишь продлевало их агонию. Невозможно забыть друг друга, невозможно дотянуться. И так будет вечно.
***
- Все будет так. Как я. Хочу. - Конечно, у меня получается ужасно: с оперной певицей Марией Каллас, мне не сравнится при всем желании. К тому же, если бы я это желание прилагала, то все живое в радиусе мили умерло бы. Либо, при лучшем стечении обстоятельств, они бы лишились слуха
Потому я просто тихо шепчу эти слова, кружа с эйки по комнате. Мой Владыка отличается не только мудростью, но и великим снисхождением ко мне. К тому же он тоже не очень был доволен что мой рояль "случайно" и "чисто неожиданно" испортился.
- Такое бывает. - Говорила я неловко. - Это... износились струны. Парочка порвалась. И... он занимал слишком много места. И...
Я заикалась, понимая, что хожу по той тонкой грани, разделяющую ложь и правду. Что сказать, но там действительно были порваны (и далеко не парочка) струны. В общем-то, он ведь действительно был безвозвратно утрачен. А каким путем, уже не столь важно теперь.
Конечно, второго рояля здесь было не найти. Но в этой небольшой лавочке, можно было найти что-то ценное. Потому я отправилась туда день назад и нашла среди завалов старых книг и карт виниловую пластинку с голосом Марии Каласс. А еще композициями Шопена. В общем-то, эти были единственными целыми. И естественно никто не знал, что с ними делать. Так же как с этим дряхлым патефоном.
Если честно, я не совсем понимала, почему в этом магазинчике находятся настолько старые вещи. Там не было ничего выпущенного людьми за последние полвека.
Райт заходил сюда за последний час уже раз десять. И каждый раз просто бросал на меня взгляд, мы перебрасывались парочкой фраз, после чего мужчина снова исчезал. Если бы я знала его чуть меньше и если бы он был более человечным, я бы даже сказала, что он волнуется, точнее, что он находиться в предвкушении.
Что он хочет сделать все по высшему разряду, что вот-вот, должно произойти какое-то важное действо, акт, и он хочет подготовить с достойной его спектакля тщательностью все декорации, костюмы, сценарий и актеров.
В итоге, когда я медленно танцевала в духе балов восемнадцатого века с кошечкой на руках, когда тишину прерывал лишь Моцарт со своей арией Царицы ночи, Райт зашел в эту комнату с твердым решением. Он явно что-то задумал, глаза подростка лет пятнадцати светились озорством. Хулиган определился окончательно с тем, что хочет получить от этого дня. От меня в частности.
- Девочка, ты еще не устала от меня? - Он начал разговор издалека, проходя к окну и запрыгивая на подоконник. Меня порой поражало и обескураживало его умение перевоплощаться. Например, сейчас он был самой безбашенной молодостью и подростковой непокорностью. Он был чуть нагловат, чуть развязан, чуть задирист и абсолютно беспечен.
- Устать от тебя? О нет, Властелин, от тебя нельзя устать. Так же как от света солнца... Дракона. - Улыбнулась я печально, убирая иглу патефона с пластинки.
- Женщина, ты говоришь поразительные вещи. - Пробормотал Владыка, так если бы его действительно удивляли мои слова, которые каждый раз приходятся ему по вкусу. - И все же, малышка Шерри, тебе придется ненадолго отдохнуть от меня и моего дома.
Мое сердце просто рухнуло вниз. Я готова была упасть в обморок, смотря на него расширенными глазами, в которых зажглась догадка.
Он собрался отдать меня кому-то? Выкинуть меня на улицу? Потому он заявляет об этом вот так?
- Отдохнуть? Я... не хочу отдыхать. - Прозвучал мой дрожащий голос.
Проказник рассмеялся, видя мою реакцию.
- О, маленькая женщина, не бойся. Скорее Дракон снова спуститься на землю, чем я отдам тебя грязным улицам моей земли.
Что ж, это меня значительно успокоило. Но не до конца. В конце концов, зная его воображение, он мог придумать что-то похуже, чем мое изгнание из его дома.
- Мой слуга должен прийти сюда сегодня. Хочу увидеть его мучения воочию.
Он смотрел мимо меня со слабой улыбкой извращенного убийцы. Боже, я еще никогда не видела человека (да и не только), который бы получал такое удовольствие от чужих страданий. Теперь я понимала, что имел в виду Аарон, говоря о его изощренной жестокости. Прежде чем убить, он низводил тебя до положения червя. Он протаскивал тебя сквозь кровь, огонь и железо. И избавляет от себя, только когда ад покажется тебе милым местечком, куда бы ты с удовольствием отправился передохнуть. Он превращал убийство в искусство, он старался с тщательностью мастера. Например, так, как сейчас.
- Да, малышка Шерри, твой мужчина прибудет сегодня в мой дом. Все же он мой паладин, иногда он должен отчитываться передо мной лично. Но так уж вышло, что ты живешь в моем доме. А я не хочу, чтобы вы встречались пока. Пока слишком рано. - Он соскочил с подоконника, начиная расхаживать по комнате, воодушевленно рассказывая мне о своих планах. - Но зная моего непокорного раба, он точно попытается тебя найти. Возможно, я запечатлею этот миг борьбы на его лице. Еще бы, он не видел тебя вечность, хотя и прошло всего ничего с вашей последней встречи. Потому он наверняка не захочет просто так уходить отсюда. И дабы не давать ему лишнего искушения, и дабы родить в его голове еще больше вопросов, а в душе страх, я хочу, чтобы ты пожила пару дней в доме, что я уже обустроил для тебя.
Безумец. Он заигрался. Этот ребенок, расхаживающий по комнате, был упоен своей игрой, придумывая все новые и новые повороты в своем жестоком сюжете. Кто бы знал, как я устала быть игрушкой в его руках.
- Он не почувствует тебя здесь. Представляю степень его смятения. Я даже закрою глаза, позволяя ему обойти свой дом полностью. Пусть залезет в подвал. Во все кладовки. Винный погреб. Да даже на смотровые башни. О да, я хочу увидеть этот ужас в его глазах. - На его лице расплылась мечтательная улыбка. Он посмотрел на меня. - Всего три дня, маленькая Шерри. Я заберу тебя оттуда уже через три дня. Просто мне любопытно как выглядит со стороны мужчина, думающий что его женщина мертва, или же и того хуже. Ну, ты понимаешь.
Да я понимала, что он имел в виду. Бывшие наложницы Владыки отправляются в дом удовольствий.
Однако было кое-что, чего я не понимала абсолютно. Какого черта он посвящает меня в детали? Зачем он делиться со мной своими планами? Зачем раскрывает каждую из своих диких задумок?
Свободного времени для размышлений у меня было полно. И я предположила, что ему просто не интересно участвовать в этом одному. Вполне возможно, он хотел найти, если уж не в моем лице, то в лице моей мести, товарища, согласного со всеми опытами, который он проводит над Блэквудом.
А возможно, он просто относился ко мне по-настоящему хорошо, настолько хорошо, что не хотел так открыто издеваться, как это делает с Аароном. Может быть, я вызывала в нем теплые, светлые чувства, и он, открывая передо мной свой замысел, без слов говорил: "потерпи, я просто хочу достойно наказать его, а для этого мне нужна ты".