Страница 120 из 201
Рождалась империя United Mankind, но это было всего лишь промежуточной стадией. Конечная цель хозяев оставалась неведомой большинству обитателей купленнойими Третьей планеты системы Жёлтой звезды, и выражение «власть ради власти» куда больше скрывало, чем объясняло.
В просторной гостиной за дубовым столом, помнившим ещё чопорных лордов времён колониальных войн с Испанией, Голландией и Францией, сидело несколько человек. Коекто из них прибыл изза океана, но это не имело значения: любая страна была для вершителей только географическим понятием, а United Mankind – глобальной категорией. Имена этих людей некогда ассоциировались с титулами стальной, угольный или химический король, но время внесло свои поправки, и эти архаичные словосочетания канули в Лету. Все они были в годах преклонных, и один только этот факт мог вызвать недоумение у приверженцев тезиса «богатство – это радость плоти»: вряд ли живым мумиям нужны ласки чувственных гурий. И тем не менее, любой из хозяев планеты отправил бы в могилу миллионы людей, если бы эти люди вознамерились покуситься хоть на малую толку власти, принадлежащей вершителям, или хотя бы представляли собой угрозу этой власти.
– Девяносто процентов всей инфраструктуры западного мира сосредоточено в наших руках, – начал один из них, не тратя драгоценного времени на никчёмные экивоки. – Этого достаточно.
– Западного мира, Роквелл, но не всей планеты, – уточнил другой. – Арабский мир не охвачен, и китайцы удерживают свои позиции. И ещё есть Россия – не забывайте о ней.
– Мне это известно, Винсент, как известно и то, что наши традиционные методы в России и на Востоке не привели к решающему успеху. Местный менталитет, как это ни парадоксально, негативно влияет на экспансию спроектированного нами образа жизни.
– Мы не можем больше ждать, – вмешался третий, очень похожий на хаггардовскую Гагулу, – доллар был вздут до верхнего предела, и теперь он летит вниз бомбой, сброшенной с пикирующего бомбардировщика, и увлекает за собой все связанные с ним валюты. А когда эта бомба упадёт…
– Избавьте нас от апокалипсических прогнозов, Хоган, – Роквелл слегка поморщился, – мы не хуже вас представляем, что будет тогда. Ситуация ясна: пора объявлять о введении амеро и превратить доллар в подобие оккупационной марки, некогда имевшей хождение на территориях, захваченных Третьим Рейхом. В истории много полезных примеров…
– Амеро должно быть чемто обеспечено, – заметил Грейсплин, имевший репутацию финансового гения. – В своё время мы отказались от золотого обеспечения доллара, что и предопределило его судьбу. Для амеро необходимо надёжное обеспечение: только в этом случае новая валюта станет прочным фундаментом United Mankind.
– Мы уже рассматривали этот аспект, – отозвался Роквелл с ноткой раздражения в голосе. – Амеро будет обеспечено энергией: единственной реальнойценностью, лежащей в основе любого технологического процесса. Условная единица станет энергоединицей – это решено. Знаю, что вы хотите сказать: а как быть с запасами энергоносителей?
– Именно это я и хотел сказать, – Грейсплин невозмутимо кивнул.
– Будут извлечены изпод сукна все проекты альтернативных энергоисточников – их там немало накопилось, – зелёный свет получит управляемый термояд. И ещё, – Роквелл посмотрел на Винсента, – мы надеемся на вашу «волшебную мельницу», причём отнюдь не в качестве синтезатора золота. Как там у нас с этим обстоят дела?
– Вы задали мне непростой вопрос, – Винсент пожевал губами. – Очень непростой…
* * *
– Сколько ты хочешь? – плюгавый человечек с бегающими глазками взвесил на руке трёхфунтовый золотой слиток.
– Вот список, Енот, – ответил ему другой человек, плотный и кряжистый, с резкими чертами лица. – Патроны, бензин, консервы – у тебя всё это есть, я знаю. Добавь ещё пару бутылок старого доброго шотландского виски. Да, и ещё, – он неласково усмехнулся, – не вздумай шутить шутки: я умею спускать курок не хуже, чем ремонтировать машины.
– Да ты что, Хикмэн, – запротестовал плюгавый, делая обиженное выражение лица, – у меня и в мыслях не был тебя обманывать! Мне выгоднее вести дела честно, тем более с тобой, старина!
– Ладно, не строй из себя оскорблённую добродетель. Ну, пошли?
Нэд Спенс по кличке «Енот» пробежал глазами список и тяжело вздохнул. Ему остро хотелось поторговаться, но он знал, что со старым автомехаником этот номер не пройдёт – Хикмен не жадничал, но и не уступал.
Они провозились часа два, загружая машину, – Енот не хотел показывать Хикмэну все свои тайники, хоть и был уверен, что старик не придёт с винтовкой отнимать у него его добро. «Знать бы, где он берёт золото, – подумал Спенс, провожая глазами отъезжающий „лендровер“ Хикмэна. – Слиток нестандартный, и клейма на нём нет: такое ощущение, что старик расплавил целую кучу золотых безделушек. Возможно, но маловероятно – откуда ему взять столько украшений?». Нэд поднял слиток, ощутил в руке приятную тяжесть, и мысли его приняли другое направление: Енот прикидывал, сколько он заработает на перепродаже. Армейский интендант, приторговавший содержимым вверенных ему складов, не скупился: цены на золото шли вверх, а уверенности в падающем долларе, несмотря на успокоительные заявления правительства, ни у кого уже не было. Ходили упорные слухи о скором введении новой национальной валюты, обеспеченной золотом, что также повышало спрос на жёлтый металл.
Подсчёт возможной прибыли вдохновил Нэда Спенса и привёл его в благодушное состояние. Енот убрал слиток в стенной тайник и решил побаловать себя глотком спиртного, но не успел осуществить своё намерение.
Входная дверь вылетела, словно выбитая тараном, и в комнату влетели вооружённые люди. Нэд задавленно пискнул, когда крепкие руки скрутили его и пригвоздили к мягкому креслу, где он всего лишь десять минут назад предавался греющим душу подсчётам.
– Где золото? – спросил офицер, командовавший группой захвата. – И не отпирайся, Енот: Кримгольд уже покаялся и сказал, что покупал золото у тебя.
Спенс похолодел: Кримгольд и был тем интендантом, с которым он имел дело.
– Так что колись, бутлегер, – продолжал офицер, – пока мы не засунули твои яйца в микроволновку.
– Яаа… – пробормотал Енот, лихорадочно соображая, как ему быть.
– Да, именно ты, – подтвердил офицер. – У нас есть детектор, и если мы сами найдём у тебя золото, пеняй на себя. Считаю до трёх.
Разговор не занял много времени, и ещё меньше времени потребовалось, чтобы найти через компьютер адрес Хикмэна.
– Кажется, мы взяли след, – сказал командир группы своему помощникулейтенанту, когда они мчались к дому автомеханика. – Этот Хикмэн – наверняка «самогонщик».
– Самогонщик? – недоумённо переспросил тот. – Что это значит?
– В России – я ведь оттуда родом, сюда меня привези мальчишкой, – так называли людей, которые сами изготавливают крепкие спиртные напитки.
– А зачем это делать, мистер Клевски? – осторожно поинтересовался помощник. – В России что, виски не продавали в магазинах?
– Долго объяснять, – офицер усмехнулся, но тут же стёр с лица улыбку. – Внимание, приготовиться! Вон он, его коттедж…
Бронированный микроавтобус затормозил; из распахнувшихся дверей посыпались солдаты. И тут из окна коттеджа грохнул выстрел.
– Хикмэн! – заорал Клевски в услужливо поданный ему мегафон. – Не валяй дурака! Бросай оружие и выходи с поднятыми руками, тогда останешься жив!
– Fuck you ass hole! – донеслось в ответ, и вторая пуля с визгом отрикошетила от борта автобуса.
– Смачно заворачивает… – с уважением проговорил Клевски. – Жаль, парень, что тебе уже ничего не светит… – И подумал: «Единственное, что я могу для тебя сделать – это избавить тебя от мозголомных допросов».
Солдаты дисциплинированно залегли – они отнюдь не горели желанием лезть под пули.
– Может, забросаем его газовыми гранатами? – предложил лейтенант.
– У него наверняка есть противогаз, – буркнул командир. – Сможешь его снять? – он повернулся к снайперу.