Страница 41 из 73
-- Иди ты к лешему, - Виктор покачал головой, сложив руки на груди. - Я не буду тебе помогать.
-- Значит, у меня один выход, убить тебя, - решил граф, вновь подступив к нему.
-- Знаешь, я уже сомневаюсь, что ты достоин ее, - ответил король. - Твои умственные способности удручают.
-- Закройте рот, Ваше Величество, - пригрозил Кристиан. - Я могу еще наверстать.
-- Хватит, мне надоело развлекать тебя, - ответил Виктор.
-- Сомневаюсь, что тебе помогло бы небольшое трепыхание, - усмехнулся граф.
-- Вы слишком самоуверенны, - король смерил его надменным взглядом. - Все мелкие феодалы из глуши считают себя великими воинами?
-- Может, я и не воин, но чужих женщин не увожу, - парировал Кристиан.
-- Не знаю, я за женщинами никогда не бегал, скорее наоборот, - отвечал Виктор.
-- Они бегали за титулом, а не за тобой, глупец, - рассмеялся граф.
-- Конечно, куда мне до вас, - король разговаривал с ним подчеркнуто официально, желая поставить на место.
-- Но Николь любит меня, - возразил самодовольно Кристиан. - Она была моей, еще когда ты даже не знал о ее существовании.
-- Знаешь, она сама поцеловала меня, - ответил Виктор, задетый последним замечанием. - И после этого поцелуя проводила в моей каюте все ночи.
-- Надеюсь теперь, когда ты знаешь причину этого, тебе вдвойне приятно, - Кристиан подошел к нему вплотную. - Каково это, пользоваться безвольной женщиной, сердце которой принадлежит другому?
-- Не думаю, что она очень страдала, - возразил Виктор, сжав кулаки.
Граф схватил его за шиворот, гневно глядя в глаза.
-- Прекратите! - крикнула им Николь, появившаяся из темноты коридора. - Кристиан, отпусти его.
Граф не реагировал, не сводя взгляда с соперника. Тот не уступал, тоже испепеляя его взглядом.
-- Прошу вас, - девушка подошла ближе. - Кристиан, я жду ребенка. Отпусти его отца.
Оба мужчины посмотрели на нее. В глазах обоих было отчаяние. Николь даже растерялась. Она приблизилась и оттолкнула графа от Виктора. Тот поддался, ошеломленный новостью. Король посмотрел на противника, словно извиняясь. Кристиан отвернулся и пошел прочь.
-- Что вы там делали? - пыталась добиться ответа Николь. Они с Виктором сидели в ее спальной на кровати. Он опирался спиной на подушки, девушка сидела рядом, положив голову ему на плечо.
-- Разговаривали, - ответил он, обнимая ее за плечи одной рукой.
-- О чем? Дрались из-за меня опять? - спросила она, вздохнув.
-- Нет, просто разговаривали, - заверил ее муж.
-- Он держал тебя за воротник, - Николь недоверчиво посмотрела на него.
-- Да, хотел бить, но, поверь, я убедил бы его не делать этого, - Виктор улыбнулся.
-- Ты рассказал ему свою новую идею? - спросила девушка.
-- Николь, тебе не следует больше думать об этом, - сказал строго муж, глядя на нее.
-- Ты сказал, что не любишь меня, - не сдавалась она. - Как мне не думать об этом?
-- Я люблю, ты неправильно поняла, - он привлек ее к себе и крепко обнял. - В тебе смысл моей жизни. Ты моя жена. Конечно, я люблю тебя.
-- Ты так говоришь, чтобы успокоить меня, - она оттолкнула его, обиженно надув губы. - А сам думаешь, что под действием магии.
-- Но я не бегаю по ночам к бывшим возлюбленным, - возразил мужчина, помрачнев. - Я глупость сказал, прости, - поспешил он исправиться, увидев ее несчастный взгляд.
-- Обещаю больше никогда не вспоминать об этом, - продолжал он, вновь привлекая ее к себе. - Прости.
-- Я не знаю, почему сделала это, - попыталась оправдаться девушка, уткнувшись лбом в его плечо. - Ты был так озабочен войной, мы так мало виделись. Я почувствовала себя одиноко, а он... - она старалась мягче описать вероломство графа, воспользовавшегося ее привязанностью к нему.
Виктор приложил указательный палец к ее губам.
-- Все, хватит об этом, - сказал он ласково. - Я все понял. Теперь это уже не имеет никакого значения. У нас будет ребенок и мы должны быть вместе. То, что мы любим друг друга, очень облегчит нашу участь, пусть это колдовство или что-то другое. Я знаю одно, я люблю тебя.
Николь обняла его за шею и поцеловала, чувствуя, как слезы побежали по щекам.
-- Если тебе станет одиноко, сразу говори мне, - попросил он, вытирая ее слезы.
Она улыбнулась, шмыгнув носом:
-- Я опять плачу. Какое-то проклятье.
Оба рассмеялись. Николь вынула платочек и вытерла нос, не желая вновь пачкать его форму.
-- Я теперь буду некрасивой на празднике, - сказала она, вздохнув. - И так под глазами круги, а теперь еще и веки припухнут.
-- Ты не можешь быть некрасивой, - возразил муж. - Ты само совершенство.
Он с искренним восхищением смотрел в ее большие голубые глаза, ставшие от слез еще более глубокими и томными. Несколько золотистых прядей выбились из прически и теперь падали на лицо, когда она склоняла голову. На бледных щеках появился стыдливый румянец, а нежно-розовые губы тронула благодарная улыбка.
-- Вы чем-то похожи с Лингимиром, - продолжал Виктор, поправив непослушный локон. - Может, у вас одни и те же эльфы в роду. Он так же смотрит на меня. Я иногда теряюсь.
-- Как? - Николь польстило сравнение с венценосным эльфом, которого она сама считала самым прекрасным существом, из всех встречавшихся прежде. Конечно, Мадлена в ее истинном облике, была несравнимо лучше, но то была совсем другая красота. Красота холодной далекой звезды в ночном небе. Эльф же был прекрасен как солнце, улыбчивый и приветливый.
-- Будто знает меня, будто мы с ним близкие друзья, - ответил король, вспоминая встречу в зале совета. - Хотя я всегда обходился с ним не лучшим образом.
-- Я помню, - Николь улыбнулась. - Нужно поблагодарить его за гостеприимство. Он все такой же? Я помню его лицо, словно видела вчера.
-- Если ты будешь продолжать в таком же духе, то никогда не увидишь его, - Виктор недовольно сдвинул брови.
-- Почему? - девушка изумленно взглянула на него.
-- Я ревную, - серьезным тоном ответил король.
-- Он, конечно, красавец, но я люблю другого, - ответила Николь, рассмеявшись. - И ты намного красивее его.
-- Красивее эльфа? - скептично поинтересовался Виктор. - Красивее только девушки эльфов. Ты уверена, что сделала мне комплимент?
-- Уверена, - кивнула Николь, отдаляясь, чтоб лучше видеть его лицо. - Ты прекрасен как эльф, но в то же время в тебе есть сила и воинственность, как у Велиамора. Он ведь тоже хорош собой, но не так как Лингимир. Ты сочетаешь в себе лучшие их качества.
-- Я просто человек, куда мне до них, - усмехнулся мужчина, считая слова жены насмешкой.
-- То, что ты человек, дает тебе преимущество, - продолжала она совершенно серьезно. - Ты можешь быть грозным воином и непреклонным правителем, но я знаю тебя другого, нежного и ранимого. Это делает тебя особенным.
Король опустил взгляд, еще недоверчиво усмехаясь.
-- Разве тебе никто не говорил, что ты очень красив? - спросила удивленно Николь. - Эта молочная кожа, такая нежная. Шелковистые волосы. А твои глаза я не могу описать, я не знаю таких прекрасных слов.
-- Почему я не вижу всего этого, когда смотрю в зеркало? - Виктор обнял жену, понимая, что она все же не шутит.
-- Ты смотришь не моими глазами, - она поцеловала его, запустив пальцы в густые черные волосы. Он резко втянул воздух, но не проронил ни звука. Девушка быстро отстранилась, взглянув на свои пальцы в густой запекшейся крови.
-- Что это? - она поднесла их к лицу, догадываясь, как он получил рану.
-- Я и не почувствовал, - он тоже потрогал затылок. На коже под волосами была глубокая царапина.
-- Не обманывай, прошу, - Николь вытерла пальцы своим платком. - Вы все же дрались.