Страница 4 из 70
— Будет весело, — я защекотала ее бок, чтобы она захихикала и не заметила неуверенность в моем голосе. Новая школа, середина семестра и демоны, пытающиеся убить меня? Неплохой прогноз.
Я прошла мимо не распакованных коробок в столовой и посадила Селену в детское кресло. Она напевала свою последнюю придуманную мелодию «Школьная сосиска». Годовалый Орон уже сидел на своем высоком кресле с одним кулаком во рту, а другим в тарелке. Луна и ее брат-близнец Люциан начали перепалку в духе «Сама такая!», «Нет, ты!» после того, как Луна назвала Люциана извращенцем.
Кое-кто назовет это хаосом. Ну а в нашем доме — добро пожаловать на ужин.
— Люциан! — прикрикнула мама, вытаскивая свою знаменитую картофельную запеканку с мясом, усиленно задабривая нас домашней Ирландской едой перед первым днем школы. — Хватит говорить о сиськах.
Я приподняла брови, глядя на фонтанирующего гормонами брата.
— Мама говорит, — сказал Люциус с сомнением в глазах, — что она не против того, что папа видит сиськи других женщин. Это тебе не мегаполис. Это маленький городок. Он познакомится с ними. С женщинами, а не с сиськами.
Селена пропела новые слова в песне:
— Папа видит сиськи, а они как сосиски...
Папа встрял со своей вечной лекцией о хирургии и спасении человеческих жизней, не пялясь на «интимные зоны» женщин, а потом мама сменила тему.
— Аврора, ты не встретила своих старых друзей?
Я схватила кусочек хлеба.
— Мам, мне было восемь, когда мы уехали. Ты хоть кого-нибудь помнишь?
Мама покачала головой, пихая ложку пюре в рот Орону.
— Нет. Клайд?
— Не-а, — папа застыл с вилкой у рта. — Хотя, разве учителя не называли Аврору Белоснежкой?
Вмешалась Селена:
— Хи-Хо, Хи-Хо, с работы мы идем[1].
— Правильно, — мама замерла с ложкой на полпути ко рту Орона, когда он потерял терпение и ляпнул рукой по пюре. Большая часть смеси оказалась у него во рту.
— Белоснежка и семь гномов, потому она постоянно ходила с теми мальчиками в школе.
— У тебя было семеро парней? — впечатленно спросила Луна.
— Нет, — сказала мама. — Не семь, а только четверо или пятеро. И они даже не были парнями, всего лишь друзьями. Аврора была пацанкой. Она не дружила с девочками.
— Тебе не стоило менять стратегию, — пробормотал Люциан.
Звенящая тишина повисла в комнате. Мама, папа и Луна уставились на Люциана так, словно под его ногами только что обнаружилась мина.
Ну вот. Даже теперь из-за простого упоминания «инцидента» — причины, по которой мы переехали из большого противного города, возникало напряжение. Я потерла плечо, чувствуя грубые шрамы. Демоны — не единственные уроды, пытавшиеся убить меня, просто одни из последних. По правде говоря, они не пугали меня так сильно, как люди. По крайней мере, приспешники ада были искренни в своих намерениях меня прикончить.
После ледяного взгляда от мамы и толчка локтем от Луны, Люциан извинился. Папа оторвал мою руку от плеча и крепко сжал ее, как делал часто во время моей реабилитации в больнице.
Я осмотрела сидящих за столом.
— Я в порядке, — я знала, что моя психика все еще кровоточит, и уйдет некоторое время на то, чтобы заживить ее, но я точно не буду какой-то жалкой мученицей только потому, что мои друзья-лузеры оказались сумасшедшими. Я улыбнулась папе.
— Кое-кто однажды сказал мне, что даже если тебя потрепали...
— Это не значит, что тебя победили, — закончил папа свой любимый девиз. — Мудрый человек. Уверен, он еще и невероятно симпатичный, — он не обратил внимания на наши смешки.
Луна сказала:
— Так что насчет семерых парней? — и мы продолжили разговор.
Мама покачала головой.
— Они не были... о, забудь. Помнишь их, Аврора?
— Вроде как, — я погрузилась в катакомбы своих воспоминаний. Замигали картинки из прошлого. — У кого-то из них были лошади?
— Да! — кивнула мама. — На ферме. Пару раз ты ходила кататься, когда вы с классом ездили на поле. Среди них были и близнецы. Я помню, потому что у меня тоже близнецы, и, о боже, их мать была великолепной. С Гавайев что ли? Помнишь, милый? — папа благоразумно сохранял невозмутимость при упоминании горяченькой мамаши. — Их родители держались особняком, впрочем, как и мы. Готова спорить, кто-то из них все еще здесь живет. Хочешь, я найду их? Вы можете встретиться.
— Мам, к этому времени они уже могли стать зазомбированными серийными убийцами-мутантами, — предупредил Люциан.
— Хватит говорить о мутантах и зомби. Больше никаких видео игр.
— Прекрасно. Можно я буду говорить о сиськах?
Я не рассказывала своей семье о том, что могу находить демонов. Они слишком нормальные и не поймут этого, а я боюсь снова оказаться в больнице. Только на этот раз в моей палате будут мягкие белые стены. Но сегодняшний гость повысил ставки в игре, правил которой я так и не узнала. Мне нужны ответы, прежде чем я рискну заполучить себе и всем своим родным билет в один конец до царства мертвых.
Глава 5
— Мама случайно не высадила нас около летнего замка Дракулы? — спросила Луна.
Мы с близнецами таращились на величественное здание из камня и стекла, куда совершенно не вписывались дети, слоняющиеся туда-сюда.
Люциус благоговейно сказал:
— Это самая крутая школа в мире.
И он был прав.
Шпили тянулись в небо на несколько этажей вместе с многочисленными башнями, арками, колоннами из головокружительной палитры серого и желтовато-коричневого камня. Высокие и длинные сверкающие окна походили на огромных чудовищ, вонзивших когти в камень. Огромное витражное круглое окно висело над входом, словно всевидящее око, осуждающее всех входящих. Я бы не удивилась, если бы оно моргнуло.
Здание тянулось во всех направлениях, обрамленное акрами ухоженных газонов, которые не подпускали густой лес близко к школе. Пейзаж изобиловал красочными сполохами цветов, аккуратными живыми изгородями, извилистыми дорожками и ручейками, соединяющими пруды с высоким камышом и утками и лебедями, плавающими в них.
Опрятно подстриженные деревья нависали над коваными лавочками, а посреди двора стоял круглый каменный фонтан как минимум двадцати футов в высоту. Клочки утреннего тумана укрывали все в поисках защиты от восходящего солнца. Луна хихикнула, нарушив тишину, и мы все сдерживались, чтобы не последовать ее примеру.
Моя сестра идеально вписывалась в атмосферу в своем наряде готической принцессы. Я же одевалась сдержанно, за исключением нескольких необычных деталей. После вчерашней встречи я порылась в коробках своих антидемонских аксессуаров и нашла кое-что, приобретенное мной в самом начале этой демонской чепухи, когда я... ну... слетела с катушек от страха.
Так что на мне были кроссовки, джинсы и некоторые дополнения. Несколько железных цепей с крошечными колокольчиками украшали джинсы, браслеты «талисманы мира» болтались на запястье, большой крест с кельтскими замысловатыми знаками — подарок от бабушки — висел на толстой цепочке, на шее, и, поскольку горгульи отпугивали демонов, забавный монстр красовался на моей футболке.
Завязанные в хвост, мои темно-рыжие волосы спадали по спине кудрями размером с банку содовой. Несколько отдельных локонов свисали с висков, поскольку я никогда не могла полностью укротить свою непослушную копну. Огненно-красные пряди были слишком заметными, на мой взгляд, но гены отца проявились, не спросив моего разрешения.
Я также унаследовала чистую кожу без веснушек и мамины глаза цвета «опасного темно-синего разъяренного Ирландского моря», как говорила бабушка. Она считала себя поэтом. Мои волосы и рост — выше среднего в комплекте с длинными ногами — не очень вписываются в массы, но я пытаюсь сливаться с толпой.
Мы уже привлекли внимание. Мама высадила нас у массивных кованых ворот после раздачи денег на обед, которые я быстро сунула в лифчик, потому что когда ты бежишь, что-то может выпасть из кармана, но никогда — из лифчика. После поцелуев и объятий она исчезла, поехав по проселочной дороге в младшую школу Селены, которая находилась отдельно, но на этой же территории, и мы побрели вместе с толпой школьников по гравийной дорожке, слушая хруст гальки под ногами.