Страница 6 из 11
– Ушла?
– Или спит.
Ваня нажал на дверную ручку, и дверь отворилась.
– Игорь, ты тут?
Нет ответа.
– Нас послала твоя мама.
Опять молчание.
– Вы с Милой можете вернуться и жить с ней. Она согласна.
И на сей раз никакого ответа не последовало. Однако на стуле кто-то сидел. На фоне окна четко был виден человеческий силуэт. Судя по длинным светлым волосам, это была женщина. И женщина молодая.
– Мила? Вы… вы спите?
Снова тишина, от которой у Алены неприятно заложило уши.
– Мила! – уже куда более решительно произнесла она. – Просыпайся ты, маленькая дрянь!
– Алена Игоревна, осторожнее, мне кажется, что она…
Но предостережение Вани запоздало. Алена уже схватила сидящую девушку за плечо и энергично встряхнула:
– Подъем!
Эффект был совсем другим, нежели ожидала Алена. Вместо того чтобы испуганно вскрикнуть, проснуться и вскочить на ноги, девушка начала заваливаться на бок. Вскрикнув от испуга сама, Алена отскочила в сторону, а ловить падающую Милу выпало на долю Вани. Он справился со своей ролью, вот только лицо у него при этом окончательно окаменело.
– Ваня, что это с ней?
– Алена Игоревна, отошли бы вы с Ингой в сторонку.
– Ваня… она спит?
– Ох, не зря я вам твердил – уходить отсюда надо было. А теперь уж, видно, поздно. Тот парень в наколках нас всех троих срисовал. Обязательно полиции про нас расскажет. Даже если и не спросят, все равно расскажет. Надо же ему от себя самого подозрение отвести.
– Подозрение в чем?
Голос у Инги дрогнул. Она уже поняла, что скрывается за инертностью и безвольностью Милы, с которыми девушка свалилась со стула. Но Инге все еще не хотелось верить в самое худшее.
– Она жива?
– Боюсь, что нет.
– Нет? Ты… ты уверен?
– Остыла уж вся. Видать, не первый час мертвая сидит.
Инга в ужасе переглянулась с Аленой. Только этого не хватало!
– Но что с ней случилось?
– Не знаю. По виду вся целая. Может быть, удар случился?
– Да что ты! Ей всего двадцать с небольшим лет. Она совсем молодая.
– И чего? Сейчас сердце и у молодых слабое. Эх, кабы инфаркт, так хорошо бы было.
– Что же хорошего в инфаркте?
– А то, что смерть тогда естественной получается. И Игоря в убийстве его подружки никто не заподозрит.
Это было очень верное замечание. И к тому же оно напомнило подругам о цели их визита в этот дом и в эту квартиру.
– В самом деле, а где же Игорь?
– Может, его тут и не было никогда?
– Думаешь, он соврал матери? И здесь он не жил?
Поспешный осмотр комнаты ответа на этот вопрос не дал. Игоря в комнате Милы уже не было. Но потом Инге удалось найти грязную футболку, валяющуюся на полу под столом в роли тряпки. Ею пытались собрать то ли разлившееся вино, то ли пиво, то ли еще что-то пролившееся и липкое. Пустых бутылок на столе было предостаточно. Некоторые из них были перевернуты, и их содержимое залило клеенку на столе, теперь на ней виднелись уже засохшие разводы.
– Хорошо погуляла девочка напоследок, – заметил Ваня. – Тут и кагор, и пиво двух сортов – темное и светлое. И водочки три бутылки. Коли девочка все это в себе смешала, запросто могла коньки отбросить и без всякого криминала.
Но Инга не отводила глаз от половой тряпки, в которую теперь превратилась целая еще футболка. Женщине показался знакомым рисунок на ней. И осторожно развернув тряпку ногой, чтобы не испачкаться, она удрученно произнесла:
– Игорь тут был. Это точно.
– Почему ты так решила?
– Это его футболка.
– Ты уверена?
– Еще бы. Когда к Юрке в Лондон летала, на распродаже сама лично ее купила. Игорь футболом увлекается. Это его любимая команда.
И Инга показала на логотип футбольной команды, который покрывал всю футболку почти целиком. Он был на груди, на рукавах, на спине и на боках.
– Это мой подарок, я в этом не сомневаюсь. И значит, Игорь был тут.
– А не мог он эту футболку кому-нибудь передарить?
– Исключено. Она ему очень понравилась. Да и поносил он ее уже изрядно. Кому бы он передарил поношенную вещь?
– Ну, не знаю. Такому же фанату английского футбола.
– И тот стал вытирать футболкой пол? Между прочим, Игорь тоже вряд ли стал бы вытирать грязь своей любимой футболкой.
Инга молча пожала плечами. Действительно, как-то одно с другим не состыковывалось. Но все равно Инга считала, что одежка – это свидетельство присутствия в этой квартире Игоря. Хотя других его вещей найти не удалось, уже одна футболка говорила о том, что Игорь какое-то время назад находился в этой комнате.
– Ладно, допустим, он тут был и уже ушел. А Мила, оставшись одна, выпила лишку, и ее хватил удар.
– Но где в таком случае вещи Игоря? Полина сказала, что сын взял с собой сумку с вещами.
– Никакой сумки нет.
– И где сам Игорь? Если он ночевал тут, то мы должны были увидеть его утром. Мы дежурим с семи, а Игорю на занятия к половине десятого.
– Значит, он ушел еще раньше.
– Или вовсе тут не ночевал.
– Хорошо, коли так.
– И откуда тут взялось вот это?
И Инга указал рукой на коробочку из натурального полированного ореха, которую сжимала в своих руках Мила и в которой еще оставалось несколько палочек благовоний.
– У Игорька с детства была сильнейшая аллергия на всевозможные вещи. Мальчик начинал задыхаться даже от аромата одной-единственной лилии. С годами аллергия только усилилась. Весна – это период обострения. И ароматические палочки в это время – это просто смертельный номер для Игорька.
Однако судя по всему, несколько палочек было уже использовано. В коробочке виднелись пустые места.
– Странно.
– Что?
– Мила держит коробочку в руках, палочки благовоний она использовала незадолго до своей смерти. Но вот обгорелых остатков почему-то не видно.
– Значит, она только собиралась их зажечь, – нетерпеливо возразила ей Алена. – Что ты всякой ерундой голову себе забиваешь?
– Я не ерундой, – смутилась Инга, – просто странно, и я хотела…
– Думай лучше, куда мог подеваться Игорь!
– Надо поехать в его институт.
– Правильно!
Однако Ваня осадил порыв женщин:
– Но сначала надо вызвать полицию и дождаться их приезда. Иначе нас с вами могут обвинить черт знает в чем.
Это был голос разума, и прозвучал он очень своевременно. Не слыша возражений со стороны своей хозяйки, Ваня достал сотовый и набрал номер полиции.
Глава 3
От момента прибытия полиции на место происшествия и до того времени, как друзья смогли снова располагать собой и своим временем, прошло около трех часов. И это еще им повезло, потому что никто из полицейских не усомнился в том, что Мила скончалась много раньше появления трех друзей в ее квартире. И что смерть, скорее всего, вызвана недоброкачественным алкоголем.
– Хотя и странно, что отравилась. Вижу, бутылки-то все у нее стоят с дорогим пойлом. Даже пиво и то импортное. А уж такая водка по пятьсот рублей за пол-литра идет. И то если оптом на торговом складе ее брать.
– А эта и вовсе дорогущая! – произнес его коллега, поднимая бутылку странной формы, нашедшуюся под столом.
Выглядела эта бутылка совершенно необычно. Стекло было изогнуто неведомыми мастерами под невероятными углами и напоминало щупальца осьминога. А горлышком бутылки была его голова.
– Водка «Octopus», что в переводе означает – «осьминог», «спрут».
– Я такой в продаже и не видел никогда.
– Наверное, дорогая.
– Ясно, что дешевку в такую красоту не нальют.
Что касается самой Милы, то полицейские явно хорошо знали покойную. Видимо, им о личности погибшей молодой женщины рассказал участковый, который также прибыл на место трагедии. Никто из них не выразил ни малейшего удивления по поводу ее кончины.
– Удивляюсь только, что это еще много раньше не произошло, – произнес усатый участковый, вытирая вспотевший лоб.