Страница 50 из 85
2. Младший сын скоро прожил свое состояние, а в это время по всей стране, где он очутился, начался голод. Нечем ему было питаться, и он должен был наняться к одному жителю той страны в пастухи стада свиней. Это занятие — самое низкое с точки зрения иудея, который свинью, по закону, считал нечистым животным. Но хозяин, очевидно, мало давал своему пастуху пищи, и тот принужден был рвать стручки с так называемого «хлебного дерева Иоанна Крестителя». Стручки эти имели форму рожков, почему и названы здесь рожками (τ. κεράτια). Их ели и свиньи, но никто не обращал внимания на его голод и настоящей пищи ему не давали;
3. При виде такой любви сын не мог произнести просьбу о том, чтобы отец принял его в наемники. Он только выразил раскаяние пред отцом своим. На это раскаяние отец ответил приказанием слугам, чтобы те принесли первую, т. е. самую дорогую какая была в доме одежду (στολὴ — длинная и широкая одежда людей знатных Мк 12:38; 16:5; Откр 6:11). Перстень и обувь — знаки свободного человека (рабы ходили босыми). Это означало, что вернувшийся сын становится снова членом отцовского дома;
4. Был мертв и ожил. Смерть — это пребывание в грехе, оживление — раскаяние (Евфимий Зигабен);
5. т. е. что тебе сердиться, когда ты всегда находился вместе со мною, тогда как брат твой скитался где-то вдали, не пользуясь отцовской лаской, и когда все в доме собственно уже твое: ты получишь все один после моей смерти;
6. главная мысль притчи состоит в том, что Бог любит грешников и с радостью принимает их к себе.
Евангелие. Глава 23
Притча о неверном управителе. О разводе; Притча о богаче и нищем Лазаре (Лк.16).
Ещё одну затем поведал притчу
Учитель для своих:
«Полезно, чтобы каждый это слышал, –
сказал Он, глядя ласково на них. –
Один богач своё именье отдал
хозяйственному мужу под надзор.
Но управитель этот – тихий вор,
немало расточил его и продал.
И с некоторых пор
узнал хозяин о его проделках,
потребовал отчёт
о всех больших делах и мелких сделках.
Представить всё велел наперечёт,
сказав при том: «Ты больше не у дела,
дай мне отчёт, и можешь уходить»!
«Но как теперь я дальше буду жить? –
подумал управитель, – что мне делать
как горе утолить?
Пахать и сеять вовсе не умею.
с мотыгой не дружу,
к волам и овцам подойти не смею,
а милостыню клянчить я стыжусь».
И в тот же миг к нему, как озаренье,
пришла идея: «Хватит мне ума,
так сделать, чтоб меня торговцев тьма,
когда покину это управленье,
ввела в свои дома».
Господских должников он призывает
и каждому из них
значительные скидки предлагает:
одним весомей, меньше для других.
Торговец маслом дал ему расписку
на сто мер масла, взяв его в кредит.
На пятьдесят теперь ему велит
писать мошенник новую записку,
приняв достойный вид.
Другого он спросил: «Ты сколько должен»?
«Сто мер пшеницы брал, –
должник ответил. «Что ж, теперь возможно,
чтоб новую расписку написал.
Ты старую расписку забираешь,
а новую на семьдесят пиши.
Тебе помочь хочу я от души.
Дружи со мной – зерна не потеряешь.
Ты только поспеши».
«И говорили знающие люди, –
продолжил Иисус, –
что этот человек надолго будет
желанным гостем у познавших вкус
его деяний хитрых, но несложных.
А всё так ясно: он ведь отдавал
лишь то, что людям раньше приписал
и, что теперь присвоить невозможно.
Хозяин всё узнал
и похвалил мошенника за мудрость,
за хитрость похвалил.
Закончив эту притчу, тем же утром
увидел Иисус, как подходил
к ним мытарей, людей мирских десяток.
И Он заметил: «Многие из них
догадливей учителей своих –
получше знают дел земных порядок,
как рыба в море в них. 1
Я говорю вам: пользуйтесь всемерно
тем, что дарует свет,
чтоб угодить в земном пути безмерно
Тому, Кого могущественней нет.
И в час, когда лишась всего земного,
окажетесь вы в царствии ином,
радушно примет вас Мессии дом –
души обитель, вечности основа
в небесном царстве том.
Кто верен в малом и нелицемерен –
в большом не подведёт.
Бесчестный в малом и в большом неверен –
обманом и коварством обойдёт.
И коль богатства скромные, земные
тебе нельзя спокойно доверять, 2
то истинные как тебе отдать –
сокровища небесные, иные,
всю Божью благодать?
И если здесь тебе нельзя доверить
беречь и сохранять
имущество чужое, можешь верить: