Страница 34 из 50
Одна ты с ней была.
Ты для неё покинула отчизну,
родню, отца и мать.
Ты в Вифлеем явилась, к новой жизни,
которую здесь стала познавать.
Воздаст тебе Господь за дело это!
Наш Бог, к которому сама пришла,
раскинет над тобой свои крыла
и оградит тебя от тягот света,
чтоб ты покой нашла»!
«О, господин, – Воозу Руфь сказала, –
Утешил ты меня.
Из сердца моего ты вынул жало,
с души моей истаяла броня.
Меж тем твоей рабыни я не стою!
Да не лишусь я милости твоей.
Ты самый справедливый из людей»!
Вооз ответил: «От тебя не скрою,
что до последних дней
Грущу, что нет в живых Елимелеха.
Ведь был он мне, как брат.
В Моаме не добился он успеха.
И сам, быть может, в этом виноват».
Однако подошло к обеду время,
и ей сказал Вооз: «Садись сюда.
Вот хлеб и уксус – славная еда. 2
Макай хлеб в уксус, ешь его со всеми,
а чистая вода
вам жажду утолит на солнцепёке,
и можно продолжать».
Наелась Руфь и снова одиноко
пошла к жнецам колосья подбирать.
Вооз же дал приказ: «Пусть подбирает.
Её не задевать, не обижать.
Назавтра пусть приходит к нам опять.
И Бог того жестоко покарает,
кто станет ей мешать.
И снова Руфь колосья подбирала
на поле до темна.
Всё смолотила, что за день набрала.
Ячменя с ефу выбила она. 3
И принесла домой к своей свекрови
зерно и хлеб, оставшийся при ней,
и вынула из пазухи своей,
и есть дала с тоскою и любовью
голодной много дней.
Сама она сыта ещё с обеда,
утешила свекровь.
Ноеминь вопросила: «Дочка, где ты
была сегодня и где завтра вновь
ты станешь собирать? Господь поможет
принявшему тебя. Да будет он
благословен и Богом награждён.
Но, как зовут того, кто чтит, как может,
наш праведный закон»?
И Руфь сказала: «Имя человека –
хозяина полей,
Вооз. И я не видела от века
ни одного радушней и добрей»
«Благословен от Господа за то он, –
снохе своей Ноеминь говорит, –
что милостью своею он дарит
живых и мёртвых. Сердце успокоил
он тем, что здесь вершит.
Так знай же, Руфь, кто муж сей благодатный:
ведь родственник он нам»!
А Руфь в ответ: «До окончанья жатвы
с служанками велел мне быть он сам»!
«Прекрасно, дочь моя, что будешь в поле
ты вместе со служанками его.
Там можешь не боятся никого.
Никто не оскорбит тебя на воле,
не тронет твоего»!
И снова Руфь колосья подбирала,
покуда шла страда.
Ни оскорблений, ни обид не знала
и с хлебом возвращалась в дом всегда.
Жила она спокойно у свекрови,
делилась с ней добытою едой.
И жатвы дни тянулись чередой:
до ночи – в поле, сон под мирным кровом
в кромешной тьме ночной. 4
********************************************
Примечания:
1. Руфь спешит помочь тяжелому положению, в котором оказались обе женщины по прибытии в Вифлеем. Древнееврейский обычай, санкционированный законом (Лев 19:9-10; 23:22; Втор 24:19), предоставлял в пользу бедных известную часть нивы, оставляемую недожатой, забытые снопы и упавшие при сборе колосья. Руфь пользуется этим правом, может быть, не зная его законной санкции, а просто надеясь на человеческую доброту жнецов и хозяев;
2. Характерно изображение трапезы восточного простолюдина. Обед состоит из кусков хлеба, обмакиваемых в уксус (евр. chomez — питье, употребляемое на Востоке в знойное время и теперь;
3. Ефа – мера объёма жидкостей и сыпучих тел, равная 24 литрам;
4. В течение всей жатвы (ячменя и затем через недели 2-3 пшеницы), т. е. около 3-х месяцев (Мидраш. S. 44), Руфь работала на полях Вооза, живя у Ноемини.
Книга Руфь. Глава 3
Наученная Ноеминью, Руфь спит у ног Воза, который обещает исполнить обязанность родственника
И так Ноеминь Руфи говорила:
«О, дочь моя, пора
пристанище найти тебе, чтоб было
тебе в нём завтра лучше, чем вчера.
Смотри, Вооз, наш родственник, сегодня
ячмень исправно веет на гумне
и там же тёплой ночью по весне
ночует под копной, как ежегодно,
от тока в стороне.
Умойся же, помажься и оденься
в наряд субботний твой.