Страница 47 из 157
АЙЫЫ НУОРАЛДЬЫН ХОТУНО, старик! Старик!О, как больно было мне услыхатьО том, что мой милый сынОказался в беде,Остался один,А ты не хочешь помочь!Доли этой я не снесу,Долго не проживу...В мир подземный теперь я пойду,Мертвого сына найду,В могиле останусь с ним...Ты — мужчина, не мучишься тыМу́кой своих детей;Сын тебе, как чужак...Я — женщина,Я дитя своеВы́носила в утробе своей,В мучениях породила его,Хилого — вскормила егоГрудью материнской своей...Изнемогает сердце мое,Рвется из тела смятенный дух,Разрывается черная печень моя!О, если бы мне хоть раз увидатьСына милого моего,Зеницу моих очей,Десну моих крепких зубов —Я бы с радостью умерла,Не почуяла бы, как смертьДушу мою взяла!Я весь мир обойду,Я могилу его найду,В тело его жизнь я вдохну,Белое дыханье егоНа три дня продлю! —Так, ропща,Причитая, крича,Бросилась горемычная матьК выходу, к широким дверям.Растерялся старец, вскочилС сиденья высокого своего,За полу́ старушку схватил,За руки взял,Обратно повел,Рядом с собой усадил;Нарядную — из трех соболей —Островерхую шапку своюРазвязал, приподнял над головой,Темя высокое почесал.АЙЫНГА СИЭР ТОЙОННу-ну... успокойся! Постой!Тоже, время нашлаБежать, искатьВерзилу-богатыря...Сила немалая у него,Сумеет сам за себя постоять!Ох, какой ты крик подняла...А куда бы ты побрела?Где бы ты отыскала егоВ беспредельном мире земном,В бездонной подземной тьме?По дороге без сил упала бы ты,Добычей стала бы тыВо́ронов и воро́н...Все я сделаю сам,Что нужно — отдам!Эй, дочери, где вы там?Ваша мать собралась умирать...Подите ко мне скорей,Один из трех золотых волосков,Который поменьше других,Выдерните из макушки моей! —Три небесных девушки, зов услыхав,Вышли из боковухи своей,Где заквашивается кумыс,Где взбухает густой каймак;Три девушки, три сестры —Дочь Солнца, и дочь Луны,И дочь Голубой звездыК старику-отцу подошли,Самый лучший волос его золотой,Длинный, крепкий, словно аркан,На шесть рук своих намотав,В каменный край сиденья отцаНогами дюжими упершись,Рванули, что было силы у них;И сверкающий золотой волосокВырвали из темени старика,Вырвали с мясом — с живым кускомВ детскую голову величиной.Безжалостно рванули они...Взвыл от боли старец небес,Громовым голосом завопил:— Абытаай!!! Абытаай[195]!!!Адьарайские дочери! Вот я вас!Ай, что сделали вы со мной!Лучший вырвали мой волосок! —Тут почтенный старец вскочил,Посохом замахнулся на них,Да где их ему догнать?Гнев обрушил он на старшую дочь:— Бесстыдница! Убирайся прочь!Да попробуй еще раз приди,Попробуй надоедатьНесуразной своей болтовней,Несообразной просьбой такой,Костылем я побью тебя!Попомню проделки твои! —Вняв угрозам отца своего,Взяв чудесный волос его золотой,Врачевательница девяти небес,Заклинательница восьми небес,Удаганка Айыы УмсуурОтвечала низким поклоном отцуИ умчалась на гулком бубне своем...Во мгновенье ока перелетевНа грозный берег другойЛедовитого моря Муус-Кудулу,Через бурный его залив,Сушу затопляющий Лэбийэ,Что плещется, словно утка-турпан,Шумно хлопает, как нырок,Перелетев через устья рек,Через восемь каменныхГорных хребтов,Подобных огромным ревущим львам,Вздыбившим гривы свои,Опустилась Айыы УмсуурВ пустынных местах на краю земли.Закружилась, завихрив подол одежд,Мелькая шелком кистей,Бубенчиками колдовскими звеня;Прозрачною каменной колотушкойВ четырехугольный бубен свойУдаряя гулко — дор-дор,Запела она — дом-дом,Над провалом в подземный мирВысоко взлетать начала...АЙЫЫ УМСУУРДоом-эрэ-доом!!! Доом-эрэ-доом[196]!!!Он наступил —Долгожданный деньПенья заклятий моих,Исполненья велений моих...На колени словом однимПодымала, бывало, яМертвецов, пролежавшихПо девять лет,Чьи в могиле сверху телаНа три пальца плесенью обросли,Чьи на шесть пальцев снизу телаПромокли, гнилью пошли...На ноги подымала яПролежавших семь лет под землей...На призыв мой убитые богатыри,По три года лежавшие под землей,С кликом подымались на бой...Время твое пришло —Окоченевшим телом своим,Костями застывшими пошевелись,Бездыханный — вздохни,От сна пробудись!От Аар Тойона —Отца твоего,Сняв с высокой его головыСвященный волос живой,Дарующий три века тебе,Втрое свив его,Как сверкающий золотой аркан,Я опускаю тебеВ пропасть, на глубокое дно...Этим волосом золотым,Этим арканом волосянымПятикратно ты обвяжись,Опояшься надежно им,Руками за́ волос ухватись,Крепче держись...Да будет благословенье с тобой!Уруй-уруй!Уруй-айхал!Дымом пусть отлетит от тебяДыханье подземных бездн,Пусть отхлынет, отринется от тебяНаваждение адьарайских чар.Плесень белая, выросшая на тебе,Пусть осыплется без следа!Плесень желтая, выросшая под тобой,Пусть отвалится от тебя!Доом-эрэ-доом!Громче, песня моя, звучи,Звонче, бубен, греми!Так, все звучней и звучнейКолотушкой прозрачной своейВ бубен тугой«Дор-дор» стуча,«Дом-дом» крича,Все быстрей и быстрей кружась,Бубенцами бряцая,Кистями мелькая,Изгибаясь станом своим,Из волоса золотого онаСверкающий длинный аркан свила;ЗолотуюЗвонко звенящую нитьВ провал опускать начала...Звонкая нить золотая,Ярко сверкая, мелькая,Молнией ниспадая,Пала на глубокое дно,Прямо на широкую грудьВсадника-удальца,Скачущего на Мотыльково-белом конеЮрюнг Уолана-богатыря.Ожило сердце застывшее в нем,Белая плесеньНа теле егоОблетела, осыпалась без следа;Плесень желтая,Что на нем наросла,Отвалилась от дюжей спины,Отринулась от тела его;Одеревеневшие мышцы его,Застывшие до костей,Отогрелись, движение обрели,Начали под кожей играть,Подергиваться пошли...Золотого волоса звон услыхав,Блеск его в темноте увидав,Юрюнг Уолан его ухватил;С боку на бок повертываясь тяжело,Волосом отца золотымПятикратно перепоясался онПоперек поясницы своей;Грузно хлопнуло преисподней дно,Когда оторвался Юрюнг УоланОт невылазной трясины его...Всколебалась подземная глубина.Тут, появившись из темноты,На́ пять пальцев повыше богатыря,Пядей на́ пять в обхватеПотолще его,Из железа выкованный человекДвумя руками обнял его,Двумя ногами его обхватил,Голосом громовымГулко заговорил.вернутьсявернуться