Эрбат. Пленники дорог

   - Прошу пояснить подробнее, что именно вы имеете в виду, говоря о присутствующем здесь посланнике Нерга.

   - Дело в том, что каждый раз при расследовании историй, подобных нашей, в них в той или иной степени было отмечено присутствие колдунов Нерга.

   - Должен заявить, что это заявление - прямое оскорбление моей страны - раздался откуда-то сбоку холодный, лишенный эмоций голос. - Великий Нерг необоснованно обвиняют во всех бедах, где бы и с кем бы они не происходили!

   - Уважаемый мною посланник далекого Нерга, речь пока идет не о вашей стране. В данный момент мы просто пытаемся разобраться в весьма непонятной истории, произошедшей между двумя сопредельными странами. Вдобавок следует принять во внимание, что здесь самым тесным образом пересеклись интересы моей страны и наших соседей - благословенного Харнлонгра, - отчеканил Правитель. - Не стоит однозначно принимать все на свой счет.

   - Ваши объяснения приняты - равнодушно обронил все тот же холодный голос.

   - Итак, барон, - Правитель вернулся к прежнему вопросу, - итак, как разрешались конфликты, подобные нашему?

   - Единого ответа на этот вопрос нет, так же как и не существовало единых решений. Главное, что объединяет все эти случаи, заключается в том, что последнее определяющее слово в столь щекотливом вопросе всегда возлагалось на главу той страны, где и произошел данный инцидент.

   - Благодарю вас за разъяснение, барон Деннеже. Следовательно, разрешить этот вопрос должен я. Итак, объявляю свое решение: приказываю тайной службе разобраться с этим вопросом в течение недели, и о результатах доложить лично мне. Повторяю - в течение недели. Это предельный срок. На это время даю тайной службе неограниченные права и требую как от всех прочих служб, равно как и от любого из моих подданных, безоговорочного выполнения распоряжений, поступающих от главы тайной службы. В течение всего этого времени оба молодых человека, каждый из которых называет себя принцем Харнлонгра, следует безотлучно находиться в моем дворце. Кроме того, крайне желательно, чтоб никто из них не покидал отведенные ему покои. И я настаиваю, чтоб каждый из двоих молодых людей до минимума сократил свое общение с другими людьми.

   - Вы хотите сказать, что собираетесь взять будущего короля Харнлогра под домашний арест? - вспыхнул лже - Дан. - Мне кажется, это чересчур! Ваше Величество, вы представляете последствия вашего решения? Они будут куда серьезней, чем обычные небольшие конфликты между соседними государствами. Я приехал к вам, в соседнее государство вовсе не для того, чтоб в результате нелепого обвинения моего бывшего... друга оказаться запертым под замок на виду у собственного двора!

   - Надеюсь, - мягко сказал Правитель, - настоящий наследник поймет, что все мои действия предприняты прежде всего в его интересах. Гвардейцы Харнлонгра, что пришли этот зал вместе с только что прибывшим молодым человеком, а также граф Эрмидоре - все они также обязаны не покидать выделенные им комнаты, а тайная стража обязана проследить, чтоб между ними временно не было никакого общения. Барон Даннеже, как подобные меры соответствуют законам?

   - Вполне соответствуют. Единственное, что еще требуется, так это получить согласие на подобные действия от каждого из э - э - э... кандидатов в принцы.

   - Я не возражаю - это Дан.

   - А я - категорически против! - чуть ли не зашипел лже - Дан. - Я не привык, чтоб сомневались в моих словах, и в моем статусе! Я - настоящий принц Харнлонгра, и любые сомнения в этом просто оскорбительны!

   - Уважаемый барон, что на этот случай говорит закон? - снова Правитель обернулся к знатоку уложений.

   - В таком случае, если после окончания следствия выяснится, что именно этот молодой человек является законным наследником, то он имеет право потребовать от вас сатисфакцию.

   - Надеюсь, до этого не дойдет, и мирно разрешим все возникшие недоразумения! Да, и вот еще что: герцог Стиньеде, ваша помощь следствию может оказаться просто неоценимой. Вы слишком важный свидетель, так что попрошу и вас не покидать пределы дворца. Об этой же любезности прошу также и ваших родственников.

   - Но... Все мои вещи находятся в доме князя Айберте, и я не привык к стеснениям!

   - Все ваши вещи перевезут сюда, а затем, чтоб вы, или члены вашей семьи не испытывали ни малейших неудобств - за этим проследят.

   - Ваше Величество дает мне понять, что это - арест? - в голосе милого герцога появился резковатый скрип металла о металл.

   - Как раз наоборот. Я не могу вам ни указывать, ни приказывать, но вы, с вашим богатым жизненным опытом сумеете помочь нашей тайной службе в расследовании этой весьма запутанной истории, сможете направить следствие по нужному следу. То есть ваша неоценимая помощь может понадобиться в любую минуту, и оттого мне бы хотелось, чтоб вы постоянно были в курсе происходящего. Кстати, об этом же попрошу и представителя тайной службы Харнлонгра. Он, кажется, тоже находится в этом зале. Вы, думается, сумеете работать вместе с тайной службой нашей страны рука об руку.

   - Ну, если так, тогда я, разумеется, согласен. Более того, приложу все силы для того, чтоб внести ясность в эту запутанную историю.

   - Прекрасно.

   - А я считаю, что надо принять более решительные меры - подал голос молодой рыхловатый мужчина с немного отечным лицом, стоящий позади трона Правителя. - Всю эту компанию, которая заявилось невесть откуда, надо отправить в подвалы стражи. И приставить к ним умелого инквизитора. А лучше - сразу нескольких. Костоломов в тайной страже хватает. И пусть дармоеды, которых в той страже набрано сверх всяких мыслимых и немыслимых пределов, поработают, оправдают свое немалое жалование. После хорошего допроса мы узнаем не только, кем они - эта пестрая компания, являются на самом деле, но и выясним, кто их послал, и что им пообещали за разыгрывание этого забавного спектакля на глазах не только наших дворов, но и иноземных послов.

   - Дорогой брат, - с чуть заметным неприятным оттенком в голосе спросил Правитель, - вы считаете, что я не в состоянии решить данный вопрос самостоятельно?

   - Я только высказал свое личное мнение. Но мне бы очень хотелось, чтоб к нему прислушались. На этом я готов настаивать.

   - Я же, со своей стороны, бесспорно, высоко ценю ваше мнение, и обязательно приму его во внимание, если в том возникнет необходимость.

   - Однако - стал повышать голос рыхловатый, - однако, мой совет остается прежним, и я настаиваю...

   - Дорогой брат, я высоко ценю ваши советы, но в данный момент испытываю нужду лишь в советах человека, разбирающегося в подобных инцидентах - отрезал Правитель. - Итак, барон, ваше мнение о принятых мною решениях?

   - В этих указаниях Вашего Величества относительно предлагаемых вами мер я не нахожу никаких нарушений законов и традиций. Мое единственное замечание относится ко всей нелепости данной ситуации. Более того, осмелюсь высказать свое мнение: вопиющей нелепости! Несмотря на уже существующие исторические прецеденты. Подобные инциденты отнюдь не идут на благо Харнлонгра.

   - В данном мнении, барон, я вас полностью поддерживаю. Теперь насчет вас - и Правитель снова посмотрел на меня. - Обвинения против вас выдвинуты серьезные, но вы их и не отрицаете. Причины, побудившие вас пойти на нарушение закона, я сейчас не рассматриваю. Для этого в нашей стране существуют дознаватели. Возможно, ваши намерения изначально и не были преступными, но они привели к весьма неожиданным и непредсказуемым последствиям для трона и для страны. Из каких бы благих побуждений вы не исходили, однако власти закона в нашей стране никто не отменял. До окончания следствия вы задерживаетесь, и все это время будете содержаться под стражей.

   - Но, Ваше Величество, за что? - чуть ли не в один голос ахнули Вен и Дан.

   - Глупый вопрос, но я на него отвечу. Эта женщина задержана по обвинению в краже, а также по требованию герцога Стиньеде, против обоснованных требований которого мне нечего возразить - осадил их Правитель. - Что касается вас, молодые люди, то на данный момент вы не можете просить ни за кого. Даже за себя. Но если верно утверждение, что один из вас - настоящий принц Харнлонгра, и в действительности тот, за кого себя выдает, то подлинность ваших слов докажет следствие, и вы, разумеется, немедленно будете освобождены. Ваша же спутница, насколько я понял, моя подданная. Следовательно, в отношении нее я могу и должен поступать исходя из законов мой страны.