Страница 41 из 48
Рустам посмотрел на Дениса. Тот без труда расшифровал его взгляд.
– Она это была, – сказал Денис, кивнув на Тимофееву. – Что я – не вижу? Один к одному!
– Так бывает! – воскликнула Тимофеева, пытаясь убедить. – Я слышала, что близнецы во всем копируют друг друга! Общие привычки и общие болячки! Все сходится вплоть до мелочей! Даже если они долго не видят друг друга! Я как-то читала историю про близнецов. Заграничных. Два мальчика. Были в детстве разлучены и воспитывались отдельно друг от друга. И снова встретились уже только взрослыми. И в их жизни все совпало. Профессии одинаковые. Оба курили, и при этом одну и ту же марку сигарет. Оба пиво любили. Одно и то же. Одежду носили одинаковую. И даже их жены оказались похожими друг на друга. Потому что природу не обманешь, если с самого начала так заложено. Когда я оказалась в квартире Полины – там многое нашлось, что будто это я сама и покупала. Платья в шкафу – так я сама ношу такие. Обувь – и размер мой, и фасон такой, который я предпочитаю. Даже диски с песнями – я эти песни слушаю! Я! Рустам, я вижу, что ты мне не веришь. Что тебе хочется побыстрее до этих баксов спрятанных добраться. Ты можешь их заполучить, конечно. Вывезешь меня в укромное место, начнешь резать на куски, я их сама отдам. Ну нет таких людей, которые любую пытку выдержат. И я тоже не железная. Скажу. Но ты, когда меня убьешь, не заработаешь, а потеряешь. Потому что тогда у тебя уже не будет выхода на него.
– На кого?
– На этого папика богатого. Он машины по сто тысяч баксов покупает за месяц по пять штук. Не потому, что ему ездить не на чем, а чтобы можно было их менять, как трусики-недельки. Он квартиры и дома себе покупает не там, где дешевле, а где ему понравилось. Я была в его квартире, она размерами, как этот квартал Лялели, а из окон виден Кремль. Я тоже так хочу, Рустам. Моя сестра Полина такой жизнью жила всегда. А теперь я хочу так пожить. Я имею право. И денег там хватит на всех. И на меня, и на тебя, и вот на них, – показала на подельников Рустама. – Я с вами поделюсь, можешь не сомневаться. Если ты думаешь, что я хочу вас обмануть – ты ошибаешься. У меня семьсот тысяч, не забывай. Драпанула бы в Россию с ними и жила там в свое удовольствие. Да и не в России тоже. С деньгами везде хорошо. Но я же этого не сделала. Я сама к тебе пришла. Ты задумайся – почему?
Рустам молчал.
– Потому что я увидела, что можно много больше заработать. Семьсот тысяч эти закончатся. А папика доить можно всю оставшуюся жизнь. Он по бизнесу. И деньги у него будут всегда. Я не хитрю, Рустам. И я не убегу. Я ведь сама пришла. Потому что мне нужна твоя помощь. У меня проблема.
– Какая?
– Моя сестра. Сейчас она в Турции. Но когда вернется в Москву – тогда все пропало. Потому что вся эта безумная любовь – одной только ей. Ее надо разыскать, Рустам. Она где-то здесь, и у нее явно что-то с головой – после того как вы ее отделали. И вот ее надо перехватить прежде, чем она засобирается назад, в Москву. Мне нужно многое от нее узнать. Я ведь о ее прежней жизни практически ничего не знаю. И без этих знаний я могу попасть впросак. Она должна мне рассказать. Я расспрошу ее, Рустам, во всех подробностях. И после этого надо сделать так, чтобы вместо нее всегда была только я. Она никогда больше не должна появиться в Москве.
Рустам вопросительно приподнял бровь, будто хотел услышать, о чем, собственно, идет речь.
– Ты же умный человек, Рустам, – сказала Тимофеева, недобро щурясь. – Ты все понимаешь. Ее потом придется убить.
Ее собеседники переглянулись.
– Мне мой знакомый в Москве показывал кино про Турцию, которое они здесь снимали, – сказала Тимофеева. – И я узнала, что у турецких султанов была традиция: убивать тех своих родных, кто мог бы тоже стать султаном. Там, где власть, и там, где деньги, наследников много быть не должно. Один остаться должен. Пусть это буду я.
Часть шестая
С МЕРТВЫХ ДОЛГ НЕ СПРОСИШЬ
Она испытала немалое потрясение, когда их машина свернула на развилке направо, промелькнули последние дома, залитый огнями ресторан, и начался лес. Так совпало, что и в этот раз был вечер, темнота в лесу сгустилась, и снова деревья тянулись к путникам своими ветвями-руками. Она вспомнила свои прежние ощущения, вспомнила, чем закончился ее предыдущий визит в Кайю, и заново пережила весь тот кошмар, который довелось ей испытать.
– Давай вернемся! – прошептала умоляюще.
– Это еще почему? – отмахнулся Сергей.
Цель была уже близка, и он сгорал от нетерпения.
– Я не хочу! – шептала она, в ужасе вглядываясь в тени на дороге.
Она знала, что сейчас этот страшный лес закончится, и они приедут в мертвый город. Там будут мертвые дома. Там не будет людей. Зато там будут призрачные тени.
– Я не хочу! – ужасалась она и понимала, что ничего нельзя изменить.
Дорога вынырнула из леса, и Сергей сбросил скорость, внезапно увидев в свете фар десятки пугающе выглядящих домов мертвой Кайи. Они медленно ехали в машине по дороге меж домов, а казалось, что это они в лодке плывут по реке в царстве мертвых. И, чем дальше они заберутся, тем меньше будет шансов на возвращение. Она повернула голову и посмотрела на Сергея. В призрачном свете фар его лицо казалось неживым. Маска. Посмертная. Жизни уже нет.
– Не надо! Не хочу! – умоляла она беззвучно, одними губами.
А он никак не мог оторваться от созерцания этой жуткой картины.
Их лодка-машина все плыла и плыла, и проплывали мимо с завораживающей неспешностью дома, как берега.
А сейчас появятся огни. Там будет мотель. И это снова страшно.
Огни появились.
И она действительно испугалась.
– Сережа! – сказала потрясенно. – Я на самом деле все здесь узнаю! И у меня такое чувство, что я не только Кайю раньше видела. Мне и Анталья знакомой показалась. И Йолюдениз. Я думала, что прежде их видела на фотографиях. А может, я и вправду там бывала? Ощущения были те же самые, что здесь, сейчас. И я на самом деле Таня Тимофеева?
В очередной раз она испытала шок, когда дверь им открыл знакомый ей турок. Все повторялось. Дежа вю.
С этим человеком она разговаривала в прошлый свой приезд в Кайю. Они тогда пообщались, прежде чем она отправилась в прогулку по ночному призрачному городу.
И он тоже испугался, когда ее увидел. Запомнилась ему красивая русская, которая приехала как-то ночью в Кайю и даже собиралась здесь заночевать, но зачем-то отправилась бродить впотьмах, и что-то жуткое там с ней случилось, так что она угодила в больницу. А вот теперь она снова появилась здесь. Шагнула призраком из темноты, и ведь действительно похожа на призрак: лицо осунувшееся, и взгляд потусторонний.
Сергей следил за ними со стороны и убедился, что они друг друга узнали. Теперь у него не оставалось сомнений: его спутница действительно бывала здесь прежде.
– Два номера на одну ночь, – сказал Сергей турку.
– Один номер на двоих, – поправила его спутница враз охрипшим голосом. – Я эту ночь в одиночестве не переживу. Мне страшно здесь, Сережа.
Она думала, что Сергей отложит все до завтрашнего дня, но ему не терпелось увидеть этот усопший век назад город. Он попросил турка показать им место, где в прошлый раз тот наткнулся на неподвижное тело девушки. Турок замялся. Сергей дал ему сто долларов. Турок деньги взял, но было заметно, что он сильно сомневается в правильности своих поступков.
– Ты пойдешь? – спросил Сергей у девушки.
Она ответила ему затравленным взглядом. Пугала мысль, что снова надо будет пройти тем маршрутом, но еще страшнее было остаться одной в мотеле, который и в этот раз казался абсолютно необитаемым.
Пошли втроем. Турок впереди, Сергей с девушкой за ним. Она снова узнавала все вокруг. Та же узкая улица, похожая на тропу, вьющаяся меж необитаемых домов с черными оконными провалами. То же чужое небо и призрачный лунный свет. И даже звуки были те же самые – ей казалось, что она слышит шаги призраков, крадущихся где-то рядом. Вцепилась в одежду Сергея, так что он даже вздрогнул от неожиданности.