Страница 49 из 55
– Я еще хотел спросить…
– Я больше не стану с тобой говорить!
– Это – последний вопрос, – пообещал Корнеев. – И я уйду, хорошо?
– Слушаю.
– Тебе известна такая фирма – «Экотехника»?
Быстрый взгляд. Знает. Но почему-то молчит.
– Не уйду, пока не скажешь, – пригрозил Корнеев.
– Так, слышал кое-что.
– Эта «Экотехника» действительно конкурент «Росэкспорту»?
– Да.
– Может «Экотехника» попытаться устранить своего конкурента с помощью каких-либо запрещенных приемов?
Свечин внимательно посмотрел на Корнеева, словно пытался понять, не шутит ли тот, задавая подобные вопросы. И убедился вроде, что не шутит. Но на всякий случай решил уточнить:
– Ты это серьезно, Вадим?
– Что именно? – осведомился Корнеев.
– Действительно не знаешь подоплеку событий?
– Нет.
Во взгляде Свечина появилась жалость. Так смотрят на обделенных умом.
– «Экотехника» отстреливает своих конкурентов, Вадим. Обычное дело.
Говорилось – «Экотехника», а подразумевалось – он, Корнеев, отстреливает. Кто же еще? Во взгляде была все та же жалость. И тогда Корнеев взорвался.
– Пошел ты к черту! – заорал он. – Я долг выполнял!
Корнеев готов был его убить сейчас. Но единственное, что позволил себе сделать, – схватил со стола ручку и изломал ее в крошку. Свечин наблюдал за происходящим покорно и с опаской.
До полудня Корнеев пробродил по улицам. Он был мрачен, и идущие навстречу люди старательно обходили его стороной. Потом он, решившись, позвонил Христичу. Звонил и еще не знал, что именно скажет. А говорить ничего и не пришлось.
– Вадим? – сказал Христич. – Немедленно приезжай. Я получил материалы по младшему Базылеву. Очень интересные вещи выплыли, поверь.
Глава 67
Всего за сутки Христич умудрился раздобыть в Пензенской транспортной прокуратуре копию уголовного дела, заведенного по факту убийства Базылева Андрея Викторовича.
Труп обнаружили близ железнодорожного полотна, характер ранений указывал на то, что Базылева сбросили с поезда и в тот момент он уже был мертв. Среди прочих бумаг Корнеев увидел ксерокопии фотоснимков, сделанных на месте происшествия. Один снимок, другой. На третьем крупно – обезображенное лицо погибшего. Сплошное месиво, человека не узнать. Корнеев удивленно посмотрел на сидящего напротив Христича. А тот, оказывается, следил за его реакцией и, когда Корнеев поднял голову, подтверждающе кивнул:
– Да, Вадим, именно с таким лицом его и нашли.
– Почему же решили, что это – Базылев?
– По документам. При нем был паспорт. Ты понял? Так что человек, которого Молотов на загородной вилле представлял как Базылева, вполне мог быть Базылевым, но только младшим.
Теперь и Христич поверил. Корнеев отложил бумаги в сторону.
– Он его использовал, – сказал полковник. – А потом убил. Если бы мы нашли трупы обоих братьев, все намного упростилось бы.
– Что именно?
– Уж очень эта история страшная. Даже по нынешним временам. Так что привлечет интерес. И тогда «Росэкспорту» больше ни за что не возродиться.
Помолчали.
– Как думаешь, где надо искать трупы братьев? – спросил Христич.
– Не знаю. Но если бы пришлось искать, я бы начал с того загородного дома.
– Ты так считаешь?
Корнеев пожал плечами.
– Они привезли туда младшего Базылева после того, как он стал им не нужен. И там же я видел кровь. Так что моя версия выглядит очень правдоподобно. Человека, который не подозревает о своей скорой смерти и потому не проявляет беспокойства, всегда лучше довезти живым до того места, где он будет убит и захоронен. Правильно? Труп в багажнике возить опасно. Любая проверка на дороге – и начинаются большие проблемы.
Христич задумчиво поглаживал лакированную поверхность стола. Думал, что предпринять.
– Там сейчас есть кто-нибудь? – внезапно спросил он.
Речь идет о загородном доме, понял Корнеев.
– Думаю, да. Один или два человека из охраны постоянно там.
– Один или два, – повторил Христич. Он явно производил в уме нехитрый арифметический расчет: много ли это – два охранника. – Что ж, попробуем.
Значит, два – это не много.
– Ты как? – спросил у Корнеева.
– Что именно?
– Чувствуешь себя как? Поедешь с нами?
События развивались слишком стремительно. Корнеев ведь собрался поговорить с Христичем, но не успевал, не попадал в ритм.
– Может, останешься? – предложил Христич.
– Поеду.
В конце концов, можно поговорить по пути. Или там, на месте. Отказаться ехать означало отложить разговор на неопределенное время, а Корнеев не мог на это пойти – слишком тяжко было у него на душе последнее время, и только Христич мог внести порядок в хаос чувств и мыслей.
Собрались быстро. Ехали четверо плюс Корнеев плюс сам Христич. Взяли две машины и помчались за город. По дороге Корнеев успел обрисовать расположение комнат в доме, даже набросал примерный план. Крестиками обозначил места, где обычно проводит время охрана.
– Нормально, – пробурчал Христич. – Заломаем.
Один из корнеевских спутников достал из плечевой кобуры пистолет и принялся снаряжать обойму. Со стороны эти приготовления выглядели довольно зловеще.
– Там можно обойтись без крови, – сухо заметил Корнеев.
Полковник обернулся к нему и посмотрел долгим взглядом. Потом засмеялся и сказал:
– С чего ты решил, что нам нужны трупы, Вадим?
Смех у него был неприятный, совсем ненатуральный.
– Там можно обойтись без крови, – упрямо повторил Корнеев.
– Ну что ты заладил! – с досадой произнес полковник и больше к нему не обращался.
При полном молчании доехали до места. На въезде в поселок их остановили у шлагбаума сторожа, но Христич показал им одно из грозных удостоверений, каких в перчаточном ящике машины лежал целый ворох, на все случаи жизни, и шлагбаум немедленно поднялся, открывая путь.
Остановились не у нужного дома, а на соседней улице. Трое вышли из машины, и их не было минут десять, потом по рации сообщили – путь свободен. Ворота были уже распахнуты, так что машина беспрепятственно проехала к самому дому.
Охранников действительно оказалось двое. Они лежали лицом вниз на полу в гостиной, у одного рубашка была порвана и местами испачкана свежей кровью.
– Прыткий, – вмиг определил Христич, входя в гостиную в сопровождении Корнеева. – У него и спросим.
Склонился над поверженным охранником.
– Где трупы прячете, сынок?
Ответа не последовало. Христич поднял голову и укоризненно, даже обиженно посмотрел на приехавших с ним людей. Один из них подошел и ударил лежащего в голову. Корнеев даже вздрогнул.
– Ничего, – успокоил его Христич. – У парня мозги, я вижу, набекрень, вот мы ему их и выправляем.
– Ну-ну, – произнес сквозь зубы Корнеев.
Один из тех, что лежали на полу, услышав корнеевский голос, повернул голову.
– О, – сказал он. – Какие люди.
У него было разбито лицо, кровь капала на паркет.
– Узнал сослуживца? – осведомился Христич. – Только он за тебя не заступится, учти. Потому что по другому ведомству проходит. Так я опять трупами интересуюсь, сынок.
– Ты мне отдай мой пистолет, папаша, и я тебе про трупы все очень доходчиво объясню, – сказал парень с разбитым лицом.
Корнеев подумал, что ему сейчас снова достанется, но Христич проявил необъяснимое благодушие – распрямился и сказал своим спутникам:
– И сами найдем. Нечего у них спрашивать.
Он отослал двоих из дома, чтобы те внимательно осмотрели прилегающий к дому сад и хозяйственные постройки, а сам пошел по комнатам. В гостиной остались Корнеев, один из приехавших с ним сослуживцев и двое парней на полу. Тот, что с разбитым лицом, вдруг произнес бесстрастным голосом:
– Ошибся с тобой Молотов. И сам же за это поплатился.
Сказано было о Корнееве. Он ничего не ответил, вышел из гостиной. Кругом было тихо. Христич исчез где-то в глубине дома и ничем себя не проявлял. Корнеев собрался его позвать, но передумал, не захотел нарушать обступающую его тишину.