Страница 23 из 55
– Вот это мне подошло бы, пожалуй.
Свечин быстро бросил взгляд на название фирмы:
– Почему именно «Росэкспорт», Вадим?
– Удобно добираться. Машина не всегда на ходу… Что-то не так, Коля?
У Свечина явно были сомнения.
– Я бы не советовал тебе идти туда.
– Почему?
– У них непростая обстановка, Вадим. Президента «Росэкспорта» недавно подстрелили, и у меня подозрение, что это еще не конец. Их заявка у нас уже несколько дней лежит, я никак не решусь направлять к ним людей. Чувствую, что если направлю кого, так прямо под пули.
– Чепуха! – постарался сохранить беззаботность в интонации Корнеев. – Сам себя пугаешь.
– Посмотри еще что-нибудь, – посоветовал Свечин.
Так продавец в магазине пытается отговорить хорошего знакомого от покупки товара, в качестве которого сам сомневается.
– За предупреждение – спасибо. Но этот вариант мне кажется предпочтительным. Они не выдвигают никаких особенных требований к претендентам, значит, моей подготовки хватит. Опять же – от дома близко. А то, что там стреляют, – так сейчас даже прогулка от дома до метро невесть чем может кончиться.
– Как знаешь, – пожал плечами Свечин.
Он откровенно предупредил о возможных сложностях, и теперь его совесть была чиста. Оставалось поделиться с товарищем имеющейся информацией.
– Мы с ними работаем давно. Особых проблем никогда не возникало. Структура крупная, с хорошей «крышей».
– Под кем они ходят? Под бандитами?
– Это бандиты под ними ходят, – засмеялся Свечин. – У «Росэкспорта» «крыша» где-то в самых верхах. Я же говорю – серьезная фирма. Еще у них пунктик – дисциплина. Как у японцев, знаешь? Моя фирма – мой дом. Уж не знаю, как они там, у себя, с ослушниками разбираются, может, в асфальт закатывают, – опять Свечин засмеялся, давая понять, что шутит, – но все сотрудники там как шелковые. Так что придется привыкать.
– Мне и привыкать не надо, – буркнул Корнеев. – Работа была такая, что дисциплина разумелась сама собой.
– И еще. У них там своя служба безопасности, которой руководят люди вроде нас с тобой… – Свечин сделал паузу, чтобы дать время собеседнику сообразить, о чем идет речь. – Так что тебя очень профессионально просветят насквозь, к этому тоже будь готов.
Вот это Корнееву не очень понравилось, но внешне он остался невозмутимым. Пожал плечами. Если там действительно серьезные люди, из внешней разведки и еще откуда, то при проверке всю душу вынут и прощупают миллиметр за миллиметром, но Антипаюта – это очень далеко, пока они туда доберутся, много времени пройдет. Когда они выяснят, что Корнеев Вадим Олегович никогда там не служил, Молотов уже наверняка будет мертв.
– Так я звоню Молотову…
– А?! – вздрогнул от неожиданности Корнеев.
– Я позвоню Молотову, сообщу, что есть кандидатура.
– Да-да, конечно.
Молотов был на месте. Он предложил встретиться на следующий день, в десять. Корнееву представлялось, что все складывается удачно. До конца дня он набросал примерную легенду. Приданный ему в помощники капитан из техотдела в ближайшие же два дня обеспечит прикрытие по тем пунктам легенды, которые можно проверить достаточно быстро. Проверка начнется почти сразу, Корнеев это знал, и было необходимо, чтобы хотя бы первые данные не насторожили противника.
У Корнеева имелся кое-какой опыт по этой части, и он полагал, что предусмотрел все. Он забыл только, что на каждую деталь любого тщательно подготовленного плана в жизни всегда приходится парочка случайностей.
Глава 29
Утром Корнеев еще успел заехать в особняк к Христичу. Телефон бывшей жены Базылева по-прежнему молчал, и это тревожило Корнеева. Он попытался убедить полковника в необходимости отправить в Санкт-Петербург людей, Христич морщился и отвечал что-то нечленораздельное, и это тянулось довольно долго, пока у полковника не иссякло терпение.
– Бесполезно! – признался он с явной неохотой. – Их нет дома, Вадим. Уже несколько дней.
Он, оказывается, не выдержал и все-таки навел справки. И результаты оказались неутешительными. Корнеев посмотрел на шефа таким взглядом, словно тот и был настоящим убийцей бывшей базылевской жены. К счастью, Христич этого не видел, а когда поднял глаза, вид у Корнеева был уже вполне нормальный.
– Давай лучше о твоей новой работе поговорим, – предложил Христич. – Ориентируйся, что у тебя будет всего несколько дней, надолго там застревать опасно. Посмотри пути подхода к этому Молотову. Там тоже не все просто, я думаю, но все легче, чем пытаться достать его где-то вне офиса. Проработай варианты бесконтактного воздействия. Может, управляемая мина, может, еще что…
– Я хочу попробовать яд.
– Яд – хорошо, – одобрил Христич. – Смажешь ручку двери его кабинета…
– Ненадежно. Перед ним запросто может какой-то холуй дверь открывать. Уж лучше трубку телефона.
– Телефон – это подойдет, – снова одобрил Христич и вздохнул.
Толковый парень этот Корнеев, ему же цены нет, а так оплошал в истории с Базылевым.
– Кстати, Базылева опять по телевизору показывали, – вспомнил полковник.
Корнеев недоверчиво усмехнулся:
– Это чистой воды подставка, Олег Николаевич. Я как раз хотел спросить: данных экспертизы еще нет?
– Есть. Эксперты провели анализ телеизображения и наших фотоснимков Базылева. Их мнение: девяностопятипроцентная гарантия, что это один и тот же человек.
– А пять процентов? – спросил обескураженный, но не теряющий надежды Корнеев.
– Изображение на телеэкране недостаточно четкое, только и всего. Это он, Базылев.
– Это подставка! Они кого-то загримировали под Базылева, но грим – это еще не полное сходство, вот вам и те самые пять процентов.
– Вот ты и проверишь, – благосклонно кивнул полковник. – Там, на месте, во всем разберешься.
Ему самому хотелось, чтобы Базылева не было. Но он привык сомневаться. Сомнение – спутник опыта.
– Кстати, знакомца твоего мы изолировали, – вспомнил Христич.
– Какого знакомца?
– Которого ты на квартире у покойной базылевской любовницы пистолетом стращал. Он же тебя видел в тот раз. При встрече мог бы опознать.
– Ч-черт! – с чувством произнес Корнеев. – Как же я забыл-то про него?
Эта забывчивость могла бы стоить ему жизни.
– Теперь все нормально, – сказал Христич. – Его упекли, и далеко и надолго.
Корнеев вопросительно посмотрел на полковника.
– Незаконное хранение оружия, – пояснил Христич и усмехнулся.
Усмешка была нехорошая. Недобрая.
Глава 30
Документы у Корнеева проверили трижды, причем первый раз, чего он никак не ожидал, еще на подходе к особняку, в переулке. Какой-то парень остановил его и попросил предъявить документы. Проверил, после чего по рации связался с кем-то и, только получив подтверждение, что господина Корнеева ждут в офисе «Росэкспорта», вернул паспорт.
Вторая проверка была у входа в особняк. Третья – непосредственно в приемной Молотова. Повадки проверяющих выдавали в них хороших спецов. Корнеев почувствовал себя разведчиком, пробравшимся в самое логово врага. В «логове» было светло и несуетно. Люди, попадавшиеся на пути Корнеева, ничем не отличались от обыкновенных граждан. Это несколько снижало напряжение.
Почти точно в десять, с задержкой в одну или две минуты, Корнеева пригласили в кабинет. Здесь находился один только Молотов, его лицо было знакомо Корнееву по фотографиям из досье, но там он при всей жесткости во взгляде все-таки выглядел более благообразно. В жизни он оказался гораздо неприятнее, впечатление дополняла крадущаяся походка, заметная сутулость и еще – непомерно длинные руки. Ладонь у Молотова оказалась сухая и прохладная.
– Садитесь, – предложил он.
Все время смотрел Корнееву в глаза, словно хотел что-то в них прочесть, и Корнеев не смел отвести взгляд, зная по опыту, как это важно в первые минуты встречи. И даже когда кто-то вошел в кабинет, Корнеев не обернулся.