Страница 39 из 72
-- Это значит, что за хозяйку мы можем не волноваться. Если ни ты, ни я не можем найти их следы, то и ищейки также останутся с носом.
-- Думаешь, по их следу отправят ищеек?
-- Или еще кого похуже.
Лохматик удивленно дернул хвостом, ударом жала расщепив надвое ближайшее дерево. Лошадка покосилась на дерево. Точнее на то, что от него осталось. Затем перевела взгляд на горгулью и задумалась, удастся ли за короткий срок натренировать этого оболтуса до приемлемого уровня. Потенциал вроде имеется.
-- Почему ты так думаешь?
-- Из всех групп беглецов на хозяйку и эльвафа была произведена самая яростная атака.
Лохматик вытянулся в струну, до него начало доходить
-- А потом вторая.... Охота ведется на Нину.
Горгулья ощерилась, выставляя напоказ огромные клыки. Зангарр мысленно улыбнулся: "Возможно он и оболтус, но хозяйку любит самозабвенно".
-- Быстро соображаешь, - усмехнулся зангарр, - Может из тебя еще и выйдет толк. Но возможен вариант, что охотятся не на нее, а на эльвафа.
-- Не имеет значения. Нина в опасности.
-- Да, ты прав, в любом варианте хозяйка может пострадать.
-- Нам нужно их найти.
-- И чем быстрее, тем лучше.
-- Но как?
-- Нашел проблему, - зангарр раздраженно дернул головой, - они идут к реке. Но переходить вброд чистое самоубийство, следовательно, они будут искать мост.
-- Значит, идем к реке искать мост, - тут же встрепенулся Матик.
-- Естественно, - закатил глаза зангарр.
Глава 2
Как же жарко, дышать нечем. Кто-нибудь включите кондиционер. Ну, будьте же людьми. Проклятая жара. Настоящее пекло ей богу.
-- Мама. Мам, - позвала я, - Пить.
Живительная влага коснулась губ. Какое блаженство. Нет, нет, не убирай. Хочу еще. Ну, куда же ты? Я же еще не напилась! Стой.
Провалилась в беспамятство. И снова жар. Снова хочу пить. Пью. Проваливаюсь в липкую топь кошмара, выбираюсь, чтобы только испить глоток воды, и все по новой. Как же мне плохо.
-- Ни'ийна, очнись, - позвал чей-то голос, - Ни'ийна, ты слышишь меня?
-- Слышу, - протяжно ответила я, ощущая себя точно в вакууме.
-- Открой глаза.
Попыталась открыть, но веки, прямо скажем, неподъемные. Надо постараться, еще чуть-чуть. Получилось. Какая я молодец! Открыв глаза, изумилась. Где это я? Вокруг полумрак и пахнет сыростью. Повернула голову на звук журчащей воды.
-- Где...я? - слова дались с трудом, горло опять пересохло.
-- В безопасности, - ответил все тот же голос, - Выпей.
Послушно глотнула из чашки. Вязкая жидкость со вкусом дубовой коры, наполнила рот. Фу-у, какая гадость!
-- Глотай.
Тон говорящего тверд и холоден. Возражения отпадают сами собой. Превозмогая рвотный позыв, проглотила и тут же закашлялась.
-- Терпи - это лекарство.
-- Лекарство от чего?
-- У тебя жар. Воспалилась рана на боку.
-- Рана?
-- Нож пробил флягу и задел левый бок, его кончик остался в ране.
-- Я ничего не чувствую.
-- Я обезболил и вытащил осколок.
Голова кружилась, все расплывалось, и я с трудом фокусировала взгляд на тени с мерцающими зелеными глазами.
-- Спасибо, - мой шепот был еле слышен.
-- Ты могла умереть, - мужчина отвернулся, но лишь для того, чтобы взять какую-то тряпку, промокнуть в водоеме, отжать и водрузить компресс мне на голову, - неужели нельзя было остановить меня и сказать, что ты ранена.
-- Я не знала.
-- Не знала?
Память услужливо вернула в темноту ночи, где мы с Лельтатисом отчаянно сражались за свои жизни. Боль - резкая пронзительная и беспощадная, но нет времени даже понять, что я ранена. Непроглядная тьма и зеленые мерцающие глаза эльфа, как маяк в этой жуткой ночи.
-- Ну, да, вроде что-то кольнуло в бок, но я подумала, что это край фляги.
-- Мы долго шли... Почему я не почувствовал кровь?
-- А должен был? - опешила я.
По-видимому, затянувшееся молчание, можно растолковать, как ответ положительный. Мысли в голове перестали носиться, как светлячки в банке, и я с иронией подумала, что у эльфов, оказывается не только сверхслух, но и сверхобоняние. Нелегко им, наверное, живется.
-- На нас было столько крови, - поморщилась я, - и своей и чужой.
-- Думаешь, я не могу отличить человеческую кровь от темноэльфийской? - возмутился эльф.
Свое недовольство Лель проявил весьма эмоционально, схватил за подбородок, и заставил смотреть ему в глаза. "Уже боюсь", - с ленивым весельем подумала я.
-- Бог с тобой, - вяло сопротивляясь, улыбнулась ему, - кто я, что бы понимать в таких тонкостях.
До Леля дошло, что знаю я о здешних эльфах не больше, чем он о земных людях, и смущенно предложил выпить из маленькой чаши. Я сморщила нос.
-- Опять эта гадость?
-- Это бульон.
Благодарно выпиваю все и прошу добавки. Эльф хмыкает и наливает еще. Вкуснятина. Потом мы молчим и смотрим друг другу в глаза.
-- Мы долго здесь?
-- День.
-- А до ...?
-- Еще день пути.
Я задумалась, смогу ли хотя бы подняться, не то, что идти. Голова рассказывается, температура еще не спала, ноги гудят, а тело ломит. Черт, я настоящая развалина! Лельтасис отвернулся, чтобы обновить компресс и я, превозмогая боль, приподнялась, тяжело дыша и поминая Ласснира не добрым словом.
-- Что ты делаешь? - воскликнул эльф, роняя тряпку.
-- Встаю. Надо идти.
-- Не смеши меня, - говорит, - Ты не можешь идти.
-- Посмотрим, - и я делаю попытку подняться.
Почти удалось, но голова кружиться с неимоверной силой, словно меня запихали в центрифугу, а потом вытащили, и я грузно оседаю на свое ложе. Так, еще разочек. В этот раз делаю все неспешно, опираюсь о стену, и дожидаюсь, когда головокружение отступит. Ура! Я встала! Горячий липкий пот заливает глаза, часто дышу, сердце бешено бьется в груди, и дрожат ноги. Чтобы сделать шаг даже мысли нет.
-- Хватит, - голос Леля звучит зло и властно, - Чего ты хочешь этим добиться?
В самом деле, чего я этим добилась? Ну, доказала, что я упрямая, безмозглая ослица. Но признаться, что была не права, не спешу. Почему? А не надо на меня смотреть, как на непослушного ребенка.
-- Мы должны идти в Стомгор, - сипло отвечаю я, - должны...
Тут меня повело, и я бы упала, но Лельтасис, проворно вскочив на ноги, успел подхватить.
-- Довольна?
-- Хм-м, - задумчиво протянула, соображая, что же меня так смущает.
-- Ложись в постель.
Я скосила взгляд на ложе из веток и мха. Его куртку, валяющуюся в ногах. Компресс, забытый в водоеме с кристально чистой водой. И напряженно подумала: "Что за?".... Мои глаза, привыкшие к полумраку пещеры, различили, среди небрежно сваленной в кучу одежды, отсутствующие детали как моего, так и эльфийского прикида.
-- А почему мы голые? - оторопело вытаращилась я.
Лельтасис не отвел взгляд, и не смутился.
-- Я лечил тебя. Мне нужно было тебя раздеть.
Я задумалась, а так ли необходимо раздевать пациентку до трусов?
-- А сам?
-- Так было надо.
Мои извилины заскрипели под натиском философского изречения эльфа. Причем прозвучало это в его устах так внушительно, что я даже не нашлась, что сказать.
-- Ложись.
Его голос заставил меня вздрогнуть, так как мы вновь молчали, упиваясь каждый своими мыслями.
-- Э-э, прямо так?
-- Да.
-- Но, я...
-- Тебе нужен отдых. Засыпай, - не обращая внимания на мой лепет, наставлял Лель, и почему-то мне не хотелось с ним спорить, - Я приготовлю настой и мазь. Завтра к вечеру ты будешь здорова.
Он очень бережно опустил меня на постель, укрыл курткой и, выудив уплывший компресс, выжал и положил мне на лоб.