Страница 38 из 72
-- Ни'ийна, поешь, - отвлек меня от размышлений Лельтасис и протянул горсть ягод, похожих на малину, но сильно волосатую.
Я изучающе посмотрела на эльфа и обреченно вздохнув, признала, что он тоже красивый.
-- А сам?
-- Ешь.
-- Спасибо.
Отказываться было бессмысленно, да и спорить тоже. Лель оказался тем еще упрямцем. Не скажу, что пережив побег, нападение и оставшись наедине, наши отношения сильно изменились, но сдвиг наметился. Эльф больше не смотрел свысока и не пытался делать вид, что мне вроде бы как нет. Он, в меру своего воспитания, проявлял заботу. Поддерживал и утешал, когда я уже готова была сдаться.
Увы, это происходило все чаще и чаще. Я честно пыталась держаться: не стонать, не хромать, не жаловаться. Но мой резерв давно был превышен.
-- Ни'ийна.
-- Да.
-- Привал.
"Слава богу", - подумала я и рухнула там же, где стояла.
***
Раскатистый храп Эрдо и визгливое посвистывание серой игриды, которая и приютила двух беглецов в своей берлоге, отпугивал не хуже, а даже лучше любой магии. Ни один воин, будь он в своем уме и трезвой памяти, не решится сунуться к игриде, если только он не самоубийца. Существо, частично напоминающее помесь медведя и тигра, обладало не только скверным характером, но и мгновенной реакцией, силой и коварством.
Данная особь сочла благоразумным не тягаться с драконом и не портить себе шкуру, а смирилась с его присутствием в своем логове на одну ночь. Лассниру даже не пришлось убеждать самку, что он не претендует на ее территорию, она поняла это и сама. Умная попалась зверюга.
Мужчина открыл глаза и задумался, правильно ли он поступил, оставляя Нину на попечение эльвафа? Поначалу эта идея показалась Лассниру разумной, однако со временем его начали мучить сомнения. Уживутся ли? Не бросит ли эльф девочку, когда она устанет и не сможет идти? Хотя с ними горгулья и зангарр, в лесу верхом не везде можно проехать. Идти все равно придется. А далеко ли она уйдет, его хозяйка? Такая маленькая, хрупкая, как фарфоровая куколка. Дракон поморщился.
Эрдо сказал, что оставил для них флягу воды и сумку с провизией. Хватит ли? До Стомгора два дня пути, и то, если по дороге. Но для них это невозможно. Им придется идти через лес и только через лес. В способности эльфа находить дорогу там, где ее и в помине нет, дракон не сомневался, однако одно дело идти самому, а другое с обузой в виде капризной девицы. "У него, наверное, уже уши, в трубочку сворачиваются", - улыбнулся про себя Ласснир. Ничего, потерпит. Он же благородный, даму не обидит. "А если обидит?" - кольнула дракона неожиданная мысль. Мужчина нахмурился и перевернулся на другой бок. Не должен бы. Не настолько же он, Лассаиндиар Черный дракон, разучился видеть в сердцах!? Возможно, по человеческим меркам Лельтасис и высокомерены сноб, но доверять ему можно. Эта мысль успокоила дракона, и он немного расслабился.
Они с Эрдо, не потревожив часовых, скрылись во тьме, прихватив разве что оружие и бурдюк с вином. Дракон благодаря жалостливой душе Нины, сыт и может продержаться не меньше месяца, что несказанно радовало. И хотя приходится тратить драгоценные силы на переход, а не на восстановление облика, все же дракон чувствовал себя гораздо увереннее, чем до встречи с Ниной. Она дала ему надежду, а это многого стоило. Хотя, на самом деле, он не был с ней до конца откровенен. Никогда. Но это и к лучшему.
Возможно, стоило ей кое-что рассказать.... Хотя бы немного. Но, что-то останавливало его. Какое-то тревожное чувство. Любопытно как бы Нина отнеслась к новости, что своей жалостью она собственноручно возвращает ему силы, которых так долго его лишали? Чтобы сказала, знай, что близится день, когда он разорвет ошейник раба, и никакие браслеты его не удержат? Остается только гадать.
Но прежде чем это случится, он сделает все возможное, чтобы Ни'ийна не пострадала. На данный момент они накрепко связаны кровавым ритуалом, любой всплеск и она погибнет. А этого Ласснир допустить не может. Как не может сказать ей всю правду.
***
"Г..й мир, г..й лес. Когда же он, наконец, закончится?" - мысленно злился Станислав, пиная очередной розовый гриб с ободком на ножке. Мухомор, не мухомор, но схожесть имеется. Главное чтобы эта дрянь, называемая спорами, на кожу не попала. С прошлого раза ожег на пол ноги. Не сильный, но чешется зараза. Как вообще можно выжить в подобных условиях? Куда ни сунься - ядовитый куст, куда ни плюнь - зубастая тварь, размером с кабана. И маскируются они - любой хамелеон от зависти удавится. Славик бывал в лесу, и не раз. Ну, наткнешься на лисицу, бобра, зайца, лося, на оленя, что большая редкость. А здесь... Зазевался, получай шип в ж... в мягкое место, не туда встал, прицельный плевок зеленый слизью или того хуже.
-- Человек, ты быстрее идти можеш-шь? - прошипел Франчиас, плетущемуся позади Станиславу.
-- Иду, - дернулся парень и потопал быстрее.
Он уже люто ненавидел этих двоих: Франчиаса за обманчиво-снисходительный тон и пугающий до икоты взгляд, Хроса за его навязчивое дружелюбие и желание вытянуть из Станислава хоть какую-то информацию. Но больше всего бесило, что спрашивал татуированный в основном о Нине, будто свет клином на ней сошелся. Паренек с хвостиком тоже пару раз интересовался, но он хотя бы не донимал. Чем, черт подери, она их так зацепила? Сестренка, конечно штучка интересная, но не до такой же степени!
-- Когда привал? Мы уже часов шесть идем.
-- Человек, ты устал? - изогнул бровь Франчиас, смотря привычно отрешенно.
-- А вы, парни, не устали что ли?
Хрос и Фран переглянулись и синхронно покачали головами:
-- Нет? Круто, конечно. Но мне нужен передых.
Парень с хвостиком, что-то сказал Хросу, тот ответил усмешкой, тогда Франчиас посмотрел на Станислава и согласился:
-- Хорошо. За нами нет хвоста, и мы можем немного передохнуть.
***
-- Они ушли? - тихое рычание в кустах акайи.
-- Да, - рык в ветвях дерева-исполина дарджа.
-- Далеко?
-- По крайней мере, я их не ощущаю.
-- Какой же ты хранитель, если ты не ощущаешь свою хозяйку?
-- Мы были разлучены.
-- Это не оправдание.
Зангарр фыркнул, чем вызвал раздражение у горгульи:
-- И, что ты мне предлагаешь, извиниться перед тобой, что я не могу ее найти?
Лошадка меланхолично поглодала аккайю.
-- Ну, и характер же у вас обоих, - подумав, рыкнул в ответ зангарр, - гарпии отдыхают.
-- Не смей оскорблять Нину, - еще больше распалился Матик, спрыгивая со своего насеста, - Она замечательная.
-- Не спорю, - так же меланхолично, но с тонкой иронией.
Горгулья зло фыркнула, и, сощурив глаза, поинтересовалась:
-- Зачем ты вообще предложил ей дружбу, если тебе не нравится наш характер?
-- А, кто сказал, что не нравится? - зангарр выпустил когти, поднялся на задние ноги и поскреб древесину.
-- Сам только что сказал.
-- Тебе показалось.
Матик скрипнул зубами, наконец-то поняв, что чувствует Нина, общаясь с драконом. У-у, морда лошадиная.
-- Идем в Стомгор, - предложил Лохматик.
-- А хозяйку найти не хочешь? - зангарр поскреб когтями грудь, где шерсть слиплась от чужой крови, и подумал, что прежде чем покажется ей на глаза, нужно привести себя в порядок, а то еще подумает, что он не чистоплотен.
Горгулья недовольно покосилась на собеседника, но на провокацию не отреагировала.
-- Хочу, но я ее не ощущаю.
-- Следы искал?
-- Да.
-- И?
-- Не нашел.
-- Я тоже.
Помолчали.
-- Видимо дракон был прав, Лельтасис знает свое дело.
-- Это хорошо, - благодушно оскалилась лошадка.
-- Что хорошего? - не понял Матик.