Страница 38 из 43
— Да, — кивнул тот.
— Вот и хорошо, — повеселевшим голосом продолжил Адамс. Мы поедем по этим проходам, и примерно здесь сделаем остановку, — ткнул он снова в карту. — Выйдем из машин, и я им покажу место, где спрятан героин…
— Но именно здесь заложены противотанковые мины! — воскликнул Филипп, изумленно уставившись на Адамса.
— Именно этого я и хочу, — жестко усмехнулся тот. — И не мучайтесь угрызениями совести, Филипп. На этих мафиози очень и очень много крови…
Сообщения утренних газет Филиппу были чрезвычайно интересны… Он сидел в своем рабочем кабинете и внимательно читал статью с сенсационным заголовком: «Предприниматели из Гонконга, без уведомления пограничной службы Пакистана проникли в запрещенный район и подорвались на минном поле. Проводится расследование»…
Адамса в офисе не было. Он час назад, сославшись на неотложные дела, уехал к себе на виллу.
Филипп связался с ним по телефону и рассказал о сообщении в газете. Какое-то время Адамс молчал, затем коротко попросил его приехать к нему на виллу. Он так и сказал: «Приезжай ко мне на виллу. Есть серьезный разговор».
Встретил Филиппа все тот же пакистанский смотритель.
Голос Адамса был слышен в прихожей. Он говорил напористо. Когда Филипп зашел в комнату, Адамс, немедленно прервал разговор, и спрятал мобильник в карман брюк. Он жестом указал на кресло и подошел к бару. Налил в два бокала виски с содовой, подошел к столику за которым находился Филипп, и поставив бокалы на столик, сел в кресло напротив.
Только Филипп протянул Адамсу газету о происшествии с предпринимателями из Гонконга, как неожиданно со стороны прихожей послышался какой-то странный звук:
— Вы не слишком ему доверяете? — кивнул в сторону удаляющегося Али Хана Филипп.
Сразу последовал оглушительный грохот. Следом за этим раздался душераздирающий крик, а затем звон разбивающегося стекала. Взрывная волна ворвалась из прихожей в гостиную. Шторы подняло взрывной волной, осколки стекла полетели как стрелы, вонзаясь в стену, в мебель, во все, что встречалось на их пути. Спасла Филиппа с Адамсом натренированность. Они оба, не сговариваясь, оказались на полу, закрывая руками головы.
Сквозь весь этот кошмар, до Филиппа донесся до странности бесплотный голос Адамса:
— С тобой все в порядке, Фил?
— Да, — с трудом пробормотал Филипп. Тяжело поднявшись на ноги, ощущая шум в голове и звон в ушах, он через дыры в шторе, увидел, как вокруг пылающей машины Адамса бегают морские пехотинцы. Повернув голову в сторону шефа, увидел, как тот стоит около бара, и внимательно смотря на то, что от него осталось, вызывает по мобильнику скорую и группу экспертов.
Пошатываясь, Филипп прошел туда, что недавно было прихожей. То, что он увидел, потрясло его: почти всю одежду лежащего перед ним человека, который совсем недавно был смотрителем виллы Адамса, сорвало взрывом. На нем осталась только одна штанина и один ботинок. Левой рукой он сжимал поднос, на котором он нес для них закуску. Волосы, ресницы и брови у него были обгоревшие. В дверь вошли двое морских пехотинцев, врач и санитары. Осмотрев лежащего на полу смотрителя, врач махнул санитарам рукой. Те погрузили его на носилки и вынесли.
— Сэр, — спросил один из солдат, — с мистером Адамсом все в порядке? Помощь нужна?
— Все нормально, — Филипп посмотрел на пехотинцев, и махнул рукой. — Помогите экспертам, которые сейчас приедут.
Когда он вернулся в комнату. Адамс стоял у окна.
— Там… — начал Филипп.
— Я знаю, коротко ответил Адамс. — Я видел, как его увозила скорая. У него есть шанс выжить? — он повернулся к Филиппу.
— Не знаю, — Филипп пожал плечами, и жестом показал шефу на очищенное им от осколков стела кресло.
— Вы догадываетесь, чья это работа? — Спросил он Адамса, подождав, когда тот опустится в кресло.
— Да. Моих друзей из Гонконга. — Адамс подошел к креслу и тяжело в него опустился. — Только не понятно, когда они все это проделали? До или после того, что про них написано там, — он показал рукой на валявшуюся на полу принесенную Филиппом газету. Если после, это плохо. Значит кто — то их них остался в живых. Будем ждать заключения экспертов.
— И без них ясно, что бомба была заложена в вашей машине, которую вы почему-то оставили сегодня напротив входа в виллу… — Филипп протянул пачку сигарет Адамсу, угощая того сигаретой.
Позднее, Филипп ознакомился с заключением экспертов, где говорилось, что бомба была заложена в «тойоту» Адамса, за два дня до ее приведения в действие. То есть, до того, как исполнители погибли на минном поле…
На следующий день почти сразу после совещания в офисе, когда Филипп выехал по делам за город, в Центр ушло сообщение…
«Лидеры «альянса семи» в Пакистане и «альянса восьми» в Иране, не намерены поддерживать предложения Кабула о перемирии и национальном примирении. В своих контактных встречах они приняли решение сорвать эти намерения всеми способами, в плоть до нанесения провокационных ударов по территории СССР».
Ушло сообщение и «кроте» в Кабульской резидентуре…
Неизвестно, как отнеслись к этой информации в Центре, но свое намерение афганская оппозиция выполнила.
Вот как прокомментировало тогда развитие этих событий афганское информационное агентство Бахтар:
«В попытке нанести удар по процессу примирения контрреволюционные банды осуществили два нападения на территорию СССР. Они обстреляли реактивными снарядами поселок Пяндж, расположенный вблизи афгано-советской границы. В результате этой бандитской акции погибло несколько советских граждан. Банда экстремистов из так называемой Исламской партии Афганистана нарушила границу СССР и атаковала советский пограничный пост. Пограничники дали достойный отпор нападавшим, однако при этом погибло два советских воина».
Сообщение же о «кроте», которое пришло в Центр несколько позднее, вызвало в «Ясенево» настоящий переполох. Зверев несколько раз просмотрел справку, убедился в отсутствии опечаток, кинул ее в папочку для докладов, и почти бегом бросился в кабинет генерала.
— Разрешите, Василий Маркович, — Зверев вошел в кабинет, и в нерешительности остановился. Генерал Гришин поднял глаза и внимательно посмотрел на своего подчиненного.
— Что там у тебя, Игорь Михайлович. Что-то срочное?
— Да, — коротко ответил Зверев, и решительно подойдя к столу, открыл папочку, и положил ее на стол перед генералом. — От «Правоверного».
— Садись, — генерал кивнул на стул и внимательно стал просматривать принесенную информацию.
Зверев наблюдал, как побурело лицо генерала, как побелело, как пришло в нормальное состояние. И за все время, что тот читал информацию, он ни разу не поднял глаз на Зверева.
Зверев давно работал с генералом, но увидев, как тот умеет сдерживать свои эмоции, был искренне удивлен.
Наконец генерал поднял глаза на Зверева. Молча перевел взгляд в сторону окна и какое-то время молчал. Затем снова посмотрел на Зверева, и тихо проговорил:
— Да-аа, Игорь Михайлович, — протянул он осипшим голосом, — ты-то сам веришь в то, что мне подсунул?
— От «Правоверного» всегда поступала информация, которая не вызывала никаких сомнений в ее достоверности, — ушел от прямого ответа Зверев.
— Что это, еще один «Гордиевский»? — генерал в упор смотрел на Зверева, и лицо его снова начало буреть. И какая это информация, если в ней ничего нет о «кроте», Кто он?
— Ну почему же нет, — попытался ответить Зверев. — В информации говорится, что «крот» завербован за рубежом…
— И сколько там сотрудников резидентуры, которые были за рубежом? — глухо спросил генерал. И повысив голос, почти сорвался на крик:
— Да там почти все сотрудники уже были за рубежом! Это же иголка в сене!
— Не совсем, товарищ генерал. Вы упустили там небольшую пометку, — Зверев, кинул на папочку, — там говорится о бывшем сотруднике военной контрразведки.