Страница 212 из 365
Норма закрыла глаза и заставила себя заснуть.
* * *
Ночью в госпитале совсем тихо. Тише, чем в тюрьме. И просыпаясь вдруг ночью, Чак лежал без сна и слушал эту тишину. Под его плечом пластина с кнопкой. Это парни придумали на ночь подсовывать её так, чтобы он, повернувшись набок, мог нажать кнопку и вызвать их. Не нужно ему, чтобы они сидели у него в палате всю ночь напролёт. Пусть они там, в дежурке, занимаются своими делами, а он... он сам по себе. Ладно. Парни хлебнули своего, он - своего, каждый горел по-своему. Парни говорили, что когда кончаются боли, то на всё уже плевать и жить неохота. Да, он помнит эти тряпочные, безвольно катающиеся под ударами тела. И ждал, когда и у него это начнётся. Но нет. Только усталость. Руки совсем не болят и не чувствуют ничего. И не шевелятся. Только если на массаже парни нажимают ему на точки. А толку... таблетки, уколы... он не спорит, не сопротивляется. Но ему не всё равно, просто таблетку засовывают прямо в рот, а шприц ему не выбить. Так что... кормят, не бьют, ничего не требуют, не жизнь, а лафа, только от этой лафы выть хочется.
- Чего не спишь?
Чак поднял на вошедшего глаза, чуть дёрнул углом рта в улыбке.
- Ты чего? Я тебя не звал.
- Я не мертвяк, - усмехнулся Крис, - от меня этим не избавишься, - и уже серьёзно: - Шёл мимо, слышу: не то дыхание.
- Слушал? - прищурился Чак.
- Слышал, - твёрдо поправил его Крис. - Болит что?
- Ни хрена мне не болит, - тоскливо ответил Чак.
Синий свет из коридора через верхнюю часть двери освещал палату. Крис переставил стул и сел на него верхом, положив руки на спинку.
- "Чёрный туман" - страшное дело, - голос Криса звучал ровно, без этого, выводившего из себя участия.
И Чак спросил:
- Ты долго горел?
- Долго, - кивнул Крис. - Думал: загнусь, - и улыбнулся воспоминанию. - На врачей с кулаками лез. Хотел, чтоб пристрелили.
- И как? - с интересом спросил Чак.
- Как видишь, - тихо засмеялся Крис. - Живой.
- Слушай, - вдруг попросил Чак, - вытащи ты эту хренотень из-под меня. Шевельнуться боюсь.
Крис протянул руку и забрал кнопку, положил на тумбочку.
- Гэб как, не загорелся ещё?
- Сходишь к нему завтра, сам посмотришь.
Чак покачал головой.
- Не пойду. Опять сцепимся.
Крис кивнул.
- Слушай, понять не могу, чего вы поделить не можете?
- Сам не знаю, - усмехнулся Чак. - Слушай, а у тебя как? Ну, паралич, остался?
Спросил и затаил дыхание: вдруг Крис подумает, что в насмешку спрашивают. И тогда всё. Ведь что не по ним, просто встают и уходят. Но Крис ответил так же спокойно и серьёзно.
- Трахаться не могу, а остальное в норме.
- И... и не хочется? - осторожно спросил Чак.
Крис строго посмотрел на него, но заставил себя улыбнуться.
- Веришь тому, что беляки про нас трепали?
Чак почувствовал, как щекам стало горячо от прилившей к ним крови, прикусил губу, пересиливая рвущееся наружу ругательство. И неожиданно для самого себя вдруг сказал:
- Про нас тоже много врали. Думаешь, житуха наша слаще была?
Крис пожал плечами.
- Тебя во сколько отсортировали? Ну, в палачи.
Чак сердито дёрнул головой.
- Ты... ты хоть знаешь, по правде, кто мы? Мы - телохранители. Защищать должны. Ну, если лезет кто с ножом там или с пистолетом, вырубить его, стервеца, на хрен, чтоб не трепыхнулся. А ты... палачи, палачи, заладили! А вы...
- А мы для удовольствия, - кивнул Крис. - Ублажить, приласкать, ну, а дальше что? Вам на тренировку?
- А как нас кончали, ты знаешь? - Чак на мгновение крепко зажмурился. - И ладно бы если за дело. Ну, руку сломал или заболел, ну, это уж положено, а то... узнал, увидел, понимаешь, слишком много, или скажем...
- Убил не того, - закончил за него Крис.
- Это-то как раз ничего, - досадливо катнул голову по подушке Чак. - Без приказа, оно, конечно, но выкрутиться можно. А то... и того, на кого указали, и как велели, ну, всё по приказу сделал, а всё равно... финиш.
- А говоришь, не палач, - усмехнулся Крис. - По приказу убивает кто?
- А трахает по приказу кто? - язвительно спросил Чак. - Ну, ты без приказа хоть раз с бабой был?
Крис очень серьезное смотрел на него.
- Меня отобрали в спальники в пять лет. А тебя... скольких ты убил до той сортировки?
- А ты не убивал?
Крис медленно раздвинул губы в улыбке.
- Не виляй, Чак. Ты знаешь, о чём я.
- Ну, ладно, - помедлив, согласился Чак. - Ладно. Понимаешь, я... я мечтал... хоть раз, хоть одного... по своей воле, по своему желанию. А ты так не мечтал? По своей воле... не по приказу...
Крис задумчиво покачал головой.
- Что толку мечтать о несбыточном? Нас очень... строго держали. Две недели, ну, месяц, и торги. Чтобы не привязывались, понимаешь?
Чак кивнул.
- А сейчас?
- Не трогай этого, - тихо ответил Крис.
- Ты... ты не злись, я не хотел, - так же тихо ответил Чак. - Тебе всё-таки лучше, чем мне. Без... этого проживёшь, а без рук... ну, сколько меня ещё здесь держать будут? А надоем я им, тогда что? Милостыню просить? Я безногих видел, нищих. Белые, после ранений, просят, понимаешь, даже... даже у меня просили. Один безрукий, фуражку свою в зубах держал, на лету ловил, на потеху. И мне что, рядом с ним? Слушай, не хочу я этого. Чёрт, - Чак перекатил по подушке голову, длинно безобразно выругался. - Не злись, не на тебя. Как подумаю об этом, так... к сердцу подступает. Понимаешь? Если б кто только знал, что со мной, со всеми нами он делал, он... Я верил ему, мы все поверили, а он... он предал нас. И потом... Ты знаешь, что это такое, когда тебя, клятву твою продают и деньги при тебе считают... - Чак задохнулся непроизнесённым, частыми судорожными вздохами перевёл дыхание, покосился на Криса. - Ладно. Спасибо, что не заводишься.
- Я в реанимации когда дежурю, - задумчиво сказал Крис, - тоже много чего слышу.
- Где дежуришь? - переспросил Чак.
- В реанимации, - повторил Крис и тут только сообразил, что сказал это слово по-русски. - Я не знаю, как это по-английски, но там тяжёлые лежат, после операций, ну...
- Понял, - кивнул Чак. - И там тоже... ухаживаешь?
- В общем-то, да, - согласился Крис.
- Не противно тебе за беляками... ухаживать?
- Они не беляки. Кожа белая - ещё не беляк.
Спокойное убеждение в голосе Криса заставило Чака с интересом посмотреть на него.
- Та-ак. Сам допёр или подсказали?
Крис пожал плечами.
- Не думал об этом. Как-то само дошло.
- И какой же белый - не беляк?
И по-прежнему спокойный голос.
- Сам понимаешь. Не дурак же ты, не малец на первой сортировке.
Чак кивнул и замолчал. Крис ни о чём не спрашивал, но и не уходил. Совместное молчание не было враждебным, но каждый думал о своём и по-своему. Наконец Чак снова заговорил:
- Ты... клятву... давал?
Крис молча кивнул.
- И... как?
- Моя клятва не нужна, - глухо ответил Крис.
- Не принял?! - Чак рывком сел на кровати.
- Нет, не понял. Не знают здесь, что это такое.
- Ты... ты уже здесь, русскому клялся? Слушай, зачем? Ты ж... говорил, что свободный
- Свободный, - кивнул Крис. - Я тогда ещё не знал этого. Мне сказали, я не поверил, думал: ловят. Ну...
- Да знаю я все эти штучки беляцкие. И что, сам поклялся, ну, по своей воле?
- По приказу не клянутся, ты что? - удивился Крис.
- Да, - Чак дёрнул плечами, - всяко бывает. Так подстроят, что поклянёшься вроде сам, а на деле... Ну, и как ты теперь?
- А никак. Клятву только смерть снимает.
- То-то и оно, - Чак снова лёг, задёргал плечами, пытаясь подвинуть одеяло.
Крис встал, поправил ему одеяло и снова сел.