Страница 47 из 87
Юная улыбчивая блондинка с ямочками на щеках привлекла внимание Намесция. Тот навёл справки и подстроил новую встречу.
Магиня - звали её Лючия - сначала не заинтересовалась лордом, но тот сумел заставить её изменить первоначальное впечатление. Нет, не изнасиловал, не угрожал, но оказался столь настойчив, что девушка растаяла.
О себя Лючия рассказывала мало, Намесция тоже больше интересовало тело, нежели душа, так что в распоряжении Магистра магии и его спутников оказались лишь скупые сведения о внешности, возрасте, местожительстве и оконченном магиней учебном заведении - одной из восточных магических школ. Ни специализации, ни опыта они не знали, но тут же разослали приметы всем отделениям Белой стражи и Ловцам.
Делать в замке герцога Серано было больше нечего, и граф Саамат открыл пространственный коридор в загородный дом лорда Астурция.
Магистр магии отправился по следам Раймунды в одиночестве. Он шёл медленно, стараясь не думать о королеве, а сосредоточиться на осмотре местности.
Тревога сжалась в тугую пружину, но граф Саамат не позволял ей разжаться. Для этого припасён вечер и бокал вина у камина.
Раймунда дошла до лодочной пристани - тут её видели в последний раз. Дальше королева свернула к подъездной аллее, тут следы обрывались.
Магистр магии тщательно обследовал пригорок с тремя ивами и обнаружил следы пространственного коридора.
Раймунда сопротивлялась похитителям, даже рискнула воспользоваться парой заклинаний начального уровня - на коре остались отметины.
Граф Саамат позвал остальных и занялся отслеживанием пространственного коридора. На этот раз ему сопутствовала удача: переход удалось восстановить.
Шардаш подтвердил: здесь побывал обращённый, мужчина. Тот же, что убил мага в лесу.
Коротко посовещавшись, решили не ждать подкрепления, а попробовать вызволить короля и королеву, если они ещё живы. А если нет, попытаться спасти нерождённого наследника. Теоретически его можно оживить в течение часа после гибели матери, благо срок беременности позволял.
Раймунда застонала и, упершись руками о доски, попыталась встать. Голова раскалывалась, во рту стоял привкус рвоты, тело болело. К сожалению, ухватиться было не за что, поэтому королеве удалось лишь сесть. 'Провались всё в Преисподнюю!' - пробормотала она и положила руку на живот: ей не нравилось, как вёл себя ребёнок.
Раймунда опасалась преждевременных родов и сетовала на то, что не может сотворить простейшего заклинания. Пространственные коридоры вредны для беременных, а похитители и не думали заботиться о здоровье королевы. Поэтому после скачка неведомо куда любое заклинание могло спровоцировать незапланированное появление ребёнка.
'Сделай милость, только не сейчас! - прошептала Раймунда. - Они только этого и ждут - чтобы я умерла родами, не дождавшись помощи. Обращённые твари, откуда только взялись?!'
Королева осмотрелась. Она сидела на полу в каком-то сарае, кажется, на сеновале. Внизу фыркали лошади, позвякивая упряжью. Плохо - по лестнице спускаться тяжело, легко оступиться, а то и просто голова может закружиться. На то и рассчитывали, раз не связали и не спеленали заклинанием. Но Раймунда не собиралась сдаваться. Она нашла в себе силы встать - рывком, сильно рискуя, и, шатаясь, добрела до слуховой отдушины.
Из окна был виден забор и кусочек поля - значит, сеновал на окраине деревни. Никого и ничего подозрительного не видно, обыкновенный мирный сельский пейзаж.
Солнце садилось, отбрасывая длинные тени.
Раймунда поморщилась, сползла вниз по шершавой стене, покосилась на живот и в который раз подумала - не вовремя она забеременела! Волшебная палочка при ней, но воспользоваться нельзя. Или рискнуть?
Королева задумалась, просчитывая варианты.
Его, того обращённого мага, Раймунда заметила, но поздно, хоть и до того, как тот попытался её оглушить.
Бой оказался заведомо неравным, хотя королеве удалось оцарапать нападавшего. После - вой пространственного коридора и меркнущий перед глазами свет. Раймунда решила - она умирает, но нет, оказалась живучей. Как и ребёнок, который хоть и заставлял сжимать зубы, но не спешил появляться на свет.
После оценки собственного состояния пришла к выводу - колдовать не стоит. У неё уже случился спазм, который она приняла за схватки. К счастью, обошлось.
Часто и неглубоко дыша, Раймунда одновременно успокаивала дитя и думала. Она пыталась понять, кто обратил нападавшего и какие цели он преследовал. Казалось бы, ответ напрашивался сам собой - Темнейший, однако мешало одно 'но' - император не действовал бы так прямолинейно. И почерк не его, не стал бы он тратить время на обращение. Мог, конечно, поручить это кому-то другому, например, одному из сыновей, но мало верилось: род ФасхХавел привык всё делать чужими руками.
Столь явный мотив - первый признак того, что действовала третья, неизвестная, сила. Она задалась целью устранить правителей Лаксены и подставить императора. Нет, тот, конечно, сам планировать убить их, чтобы завладеть королевством, но действовал бы иначе. Несчастный случай - да, смерть во время родов - тоже, но никак не похищения среди бела дня, когда только ленивый не слышал, что это дело рук обращённых демонами магов. Не стоит Лаксена войны с эльфами.
Зато у Темнейшего есть враги, и им выгодно стравить его с тестем.
'Выберусь, лично отдам приказ усилить магическую защиту королевства и проверю всех волшебников на предмет связи с тёмными, - подумала королева. - Эх, жаль ауры того типа не видела! Ну да ладно, моё дело маленькое - добрести до ближайшего жилья'.
Раймунда опасалась за Страдена, хотя тот, вняв её просьбам, взял с собой мага - значит, менее уязвим. Королева полагала, что нападение, если оно состоится, окончится неудачей. Однако тревожные мысли не покидали её и, как ни странно, придавали сил - Раймунда ощущала ответственность за жизнь мужа.
'Да-а, зачем мне ребёнок, когда один уже есть? - вздохнула королева. - Выходила замуж за короля - в итоге королём пришлось стать самой. И ведь не мягкотелый, вроде, и не круглый дурак, и образованный, и решения принимать умеет - но вот только неправильные, вечно шпионов проворонит, нужные сведения не соберёт. Нельзя так, у нас в соседях - Империя! А он этого не понимает'.
Раймунда предприняла ещё одну попытку встать, на этот раз более успешную, и побрела к лестнице. Попутно она пыталась определить силу мага, сумевшего 'вырубить' её на целый день. Как всегда, вышло два варианта: оптимистический и пессимистический. Первый - маг хотел её убить, но защитные амулеты поглотили часть чар, ослабив их. Если так, волшебник в лучшем случае кандидат магических наук, и это очень хорошо. Плохо же, если сработал второй вариант - Раймунду планировали именно лишить сознания. Тогда маг превосходил её по врождённому и выработанному учёбой и тренировками потенциалу.
'Думай, думай, Мунда, раз колдовать не можешь. И смотри в оба, чтобы не порадовать врагов. Нет, всё, никаких больше наследников! Интуиция не врала - неприятности только и ждали', - ворчала королева, очень медленно сползая по приставной лестнице. Разумеется, сначала она проверила, не поджидают ли её с распростёртыми объятиями внизу. Не поджидали - видимо, решили, что жертва не очнётся так скоро, а то и вовсе умрёт.
Чувствовала себя Раймунда паршиво, но Академия чародейства, в особенности полевая практика, научили брать себя в руки и уметь терпеть боль, не обращая внимания на волдыри и прочие тяготы жизни. Правда, сейчас мешал живот, сильно уменьшив обзор и сместив центр тяжести, но королева справилась и, отдышавшись, огляделась, прислонившись спиной к лестнице.
Обычная конюшня, в стойле - две лошади. Обе под седлом - дурной знак, значит, в любую минуту могут вернуться обращённые маги.
Раймунда решила не геройствовать и потянулась к броши-саламандре. Увы, связаться с графом Сааматом не удалось. Причина обнаружилась быстро - брошь сломали. Королева тихо выругалась, вытащила из-за корсажа кинжал и волшебную палочку. Ушлые похитители, знавшие о назначении саламандры, не догадались обыскать Раймунду. В том, что они знали о ней гораздо больше, нежели она о них, Раймунда не сомневалась. Кто-то рассказал им о саламандре. Магистр магии погасил магический фон броши, свёл его к минимуму. Если специально не искать, не заметишь. А тут нанесли прямой удар, разрушив плетение. Давно уже: металл остыл.