Страница 31 из 63
Сканер обошёлся как самолёт, дорого. Но, когда засёк его разговор с прибывшим в город контактом, затраты окупились сторицей. Спокойный, чем‑то даже знакомый, голос назначил встречу и дал отбой. «Неужели знаю иуду? Или это кастовая принадлежность накладывает отпечаток? Теперь внимание и осторожность. Проколоться нельзя. Специалист, однозначно, сильнее. Даже, если по опыту и навыкам мы ровня, то физически он в плюсе. На встречу придёт с подстраховкой, а может и не прийти, глянуть со стороны и переназначить. А в запасе всего день.
Задумка снять обоих на месте встречи отпадает. Опытный диверсант, гарантировано обставится, чтобы не светиться. Да и «Особист» не подарок. То, что Леха убрал «Сотника», это не его прохлоп, а скорее вина самого авторитета. Отстранив прежнего «безопасника», и, следуя бандитским «понятиям», усадив «на измену», он не озаботился заменить его ни кем другим. «Нет ничего хуже времени перемен». — Гласит китайская мудрость. Охрана, расслабленная отсутствием контроля, как любая структура, начальника которой снимают, работала спустя рукава.
Но подарки, судя по всему, кончились. Грамотно уйдя от слежки, Геннадьевич домой не вернулся.
«Лёг на тюфяки», как говорят итальянские любители гаротты. В распоряжении наблюдателя остался только двойник его сотового. И когда он его сменил, а сделал это он сразу после звонка наёмника, единственной ниточкой осталось место встречи. Думать Лехе пришлось и за себя, и за них. — »С войскового горлохвата станется вычислить новый телефон заказчика и поменять время и место встречи».
Пришлось и ему пойти на непопулярную меру. Но, на войне, как на войне. Алексей настроил сканер на телефон его жены и, слепив небольшой заряд, подорвал на двери их квартиры. Перепуганный голос тут же сообщил мужу о взрыве. Геннадьевич всполошился, но вида не подал. Успокоил и приказал уехать на дачу. Номер высветился на дисплее. Однако, предосторожность оказалась излишней. В назначенное время Геннадьевич прибыл на берег Москвы–реки и нервно гулял по набережной.
«Отлично понимаю его беспокойство. Он вполне может предположить, что девчонка решит убрать его до встречи с киллером и обрубить все контакты. В принципе, идея здравая, не будь у него желания встретиться с типом, который надеется заработать на очередной смерти. К тому же, этот человек, единственный выход на контр…
«Стоп, а это ещё кто»? — Алексей хоть и сидел далеко, всё же, не мог ошибиться. К дергано озирающемуся Максу небрежно подошёл его старый, проверенный годами и последним рейдом дружок. Вовка, он же «Лютый», он же «Пончик» стоял на гранитной набережной, и ветерок с реки теребил его отросшие волосы. Алексей зажмурил глаза: «Да, это он. «Но ведь, как же так, мы ведь…?» Короче, понял. Всё. Сразу и до конца. Так вот, кто был засланный казачок, вот кого прикрыли от провала смертью капитана Бессонова, вот кто сдал его «духам».
Слишком сильным оказался удар, даже для покойника. Признаться, от такого открытия прослезился. Вернее, на глазах у Ольги выступили слезинки. От волнения упустил не только момент заказа, но и то, как они разбежались. Вернее, исчез Вовка, а заказчик безжизненно поплёлся к своему Мерседесу. Но «тянуть» его сил просто не было. Нужна передышка. Чтобы всё осознать и привыкнуть к новому миру.
Новость была настолько дикой, что на это понадобилось с десяток минут, но привычка к неожиданностям выручила. «Ну, продал. Выходит, я в нём ошибся. Такое бывает значительно чаще, чем кажется. Значит, нужно внести корректуру и продолжать. А эмоции оставить на потом. Дело прежде всего. О причинах и мотивах будем думать после. — Смирился Леха. — Однако теперь ситуация коренным образом усложнилась. «Лютый» — профессионал высшего класса. Единственный мой козырь — я знаю его привычки и психологию, а он о моей сущности не догадывается. Будем исходить из этого. Что он сделает? Прежде всего, выйдет на объект и определится. Как бы я поступил на его месте. Зацепка для начала слежки, это «Особист». Резонно предположить, что я буду охотиться на него. А Вова — на меня. Значит, он будет где‑то на дальних подступах к объекту отслеживать контакты и передвижения. Очевидно, и Геннадьевич получил соответствующие указания. Его может привлечь и сам Вовка. В свою очередь, «Лютый» отнесётся к непонятному заказу с полной серьёзностью. И будет работать без скидок на внешнюю легковесность противника. Значит, очень возможна двойная подстраховка. Или подстава. Стоп, я размышляю так, словно имею дело с незнакомым. Стоит напрячь память и подумать, что такого я знаю про его привычки, которые не меняются с годами. Он выдумщик, азартен, но и хитёр. Нет, это не то. Слишком большое количество переменных. Есть десятки готовых наработок.
После выпуска мы с ним почти восемь лет служили в разных частях. Меня распределили в спецподразделение, а его в 167 ОБСН. Это я, после увольнения из группы, пришёл к ним, а он на юге все зубы съел. Они больше войсковыми операциями промышляли. Соответственно и примочки у него свои. Поправку на опыт нужно делать, а не воспоминаниями о тревожной юности душу рвать.
Поступлю следующим образом: он меня ищет, прекрасно, пусть найдёт. А там видно будет. — План вертелся в голове, Алексей отбросил ненужное и выбрал главное. — Высота, он с детства боится высоты. И никакие тренировки не смогли этот страх изжить. Вот на этом и будем играть».
Леха не стал тянуть и засветился у дома Геннадьевича уже на следующий день. Конечно, засечь хвост ему не удалось. Но, ощущение «неодиночества» появилось. Это не описать, уверенность, что ему сели на хвост была почти стопроцентная. Без малейших послаблений, проверяясь и путая следы, он вернулся на съёмную квартиру.
В том, что его пропасут, не сомневался. Единственно о чем позаботился — это пригасить наиболее характерные способы проверки и уходов. «Ни к чему наводить его на размышления о природе столь высокой квалификации. Попроще, в чуть забугорном стиле. Второе: Вова — снайпер, логично, что закладывать мину или бегать за мной с ТТшником, он будет в последнюю очередь. Выберет наиболее привлекательное место и спокойно отработает на дистанции». — Проанализировал все подходы к лёжке. Много подходящих мест. Слишком много. Значит, нужно менять привычки. У него должно быть всего несколько мгновений на выцеливание и работу. С трудом нашёл вариант подходящего развития. Спрессованное время неслось галопом.
Наблюдать, запоминать обстановку и анализировать новую информацию. И вот, наконец, засёк признаки его деятельности. Осматривая возможные направления засады, в самом конце длинного бульвара на месте канализационного люка неожиданно обнаружилась старая, до неприличия ржавая и замасленная бадья, навроде тех, что применяют строители для растопки битума. Неподъёмная на вид, вросшая в асфальт, она казалась неотъемлемой частью пейзажа. Спроси кого‑нибудь из ежедневно проходящих по этому маршруту местных жителей, любой из них поклянётся, что помнит её с детства. В том и состоит мастерство оборудования и маскировки засады в городе. Место выбрано идеально. Стрелок, вооружённый не самой лучшей винтовкой с ПБС, имеет шансы сделать своё дело и уйти незамеченным в ста случаях из ста. Он рассмотрел умело изготовленный
«городской пенёк», как называют такое приспособление снайперы. В мощную оптику разглядел замаскированную под потёк битума пластину в нижней части бочонка, которая в нужный момент легко убирается изнутри и предоставляет возможность, практически не высовывая ствол наружу, вести прицельную стрельбу. «Пути отхода, вероятно, тоже продуманы. Колодец уходит в коллектор, а оттуда на сотни метров в любую сторону. Запах? Ну, ему с дерьмом не впервой». Была у Алексея мысль натравить на Вову «конторских», однако, зная, как работают «смежники», раздумал. Вполне могут упустить и к тому же потерять кучу народа. «Это наше, семейное, дело. Сами разберёмся».
Когда с лестничной площадки, на которой располагалась дверь съёмной квартиры, исчезло оконное стекло, понял: вышли на финишную прямую. Сделал это противник с одной целью: иметь возможность отслеживать перемещение объекта. Чем проще, тем эффективней.