Изоляция

       - В-в-в подвале... Внутри казармы, - ответил тот.

       Небритый, тощий, щеки запавшие. Мало что общего с тучноватыми крестьянами, что уже отдали Богу душу. Наемный пахарь какой, что ли?

       - Оружие еще есть? Патроны?

       - Там же, в казарме, - нервно, в будто бы эпилептическом припадке закивал тот. - Но только патроны, ружей больше нет.

       - Точно?

       - Зуб даю.

       - Соврал - не жить тебе.

       Подойдя к будке КПП, я не без нервной дрожи в руках приблизился к разъему между створками. Серое, изрядно потрескавшееся от времени, но зато ровное, как стрела, дорожное полотно уводило прочь от деревни. Вдоль него было чисто и я аккуратно, как вор, выглянул наружу. Для этого пришлось наступить на пятна стариковской крови, но этого я не заметил. Выглянул, что та белка - раз, второй, направо, налево. Кули не видать, но чувствую - близко. Где-то совсем рядом. По-правильному ежели, то нужно бы обойти базу со всех сторон

       - Салман, что там? - негромко окликнул Трофимов.

       - Никого.

       Мы поспешили столкнуть стонущие ржавыми колесами створки лбами, полностью закрыв проем. Молодой 'дог' в спешке перемотал цепью петли на створках. Бухта сзади тарахтел собранными ружьями, докладывая, какой ствол поднял и какой с него толк: "пустой", "бесполезный", "сойдет", "вау! джекпот!".

       - Таможня на замке, - бросил через плечо Рафат.

       - За холмом следите, - Трофимов обернулся и рукой прочертил абрис над ангаром. Если оттуда Куля с парнями прорываться станет, мы тут будем открыты как на ладони. - Чирик, возьми 'помпу', что ты играешься с этой зажигалкой?

       Руслан с неохотой снял с плеча Бухты пятизарядное ружье, рукавом стер с рукоятки кровь. Сразу видно, не привык к таком калибру.

       - Че сразу "зажигалка"? - с обидой за верный ствол, он упрятал "форт" за пояс. - Нормальная пушка.

       - Не понял, а Призрак где? - кажись только сейчас поняв, что давненько не вижу неформала в кожанке, спрашиваю я.

       Рафат, приложив приклад к щеке и направив автомат на холм, равнодушно пожал плечом. Безоружный человек, который к тому же не был из состава его группы, его не интересовал. Даже если у него имелся, как питбуль на коротком поводке, свой снайпер.

       - К бабам кинь, - распорядился Трофим, и Бакун, толкнув пленного в спину дулом, повел его в казарму. - Только осторожно там, Антоха, чтоб бабенка какая качалкой не угрела.

       - Да хай попробует только, - Бакун протер лицо, улыбнулся. - Своя качалка имеется.

       Стало заметно холоднее, с пустой дороги потянул неприятный, насыщенный пылью и мелким сором, ветер. Сколько ж мы там промешкали с разборками-то? Минут десять или пятнадцать. А солнышко уже явно скатилось ниже к своей оранжево-сизой, огненной колыбельке. Еще немного и начнет темнеть. Еще немного, и баста тут всему, к чему мы стремились.

       Впрочем, чувство такое, будто бы баста эта уже случилась. И счастье только в том, что мы этого еще не поняли.