Страница 17 из 62
- Мархаба, - улыбнулся Андрей. - Меня зовут Олег, а её - Ольга.
- Мой сын Нури, - Рамзес обернулся и жестом подозвал своего спутника, молодого человека лет двадцати. - Завтра утром мы отвезем вас по назначению. А сейчас вам нужно отдохнуть. Идёмте.
Через несколько минут, спустившись на лифте и пройдя по непостижимому лабиринту коридоров «Руасси», они оказались на подземной парковке аэропорта, где их ждал автомобиль Рамзеса - небольшой микроавтобус, весь светящийся сумасшедшими красками рекламных постеров.
- Я взял его напрокат. Пожалуйста, садитесь, устраивайтесь, - он пропустил гостей вперед и влез следом, закрывая дверь. Нури сел за руль.
Минивэн долго петлял между бесконечными рядами автомобилей и вдруг вылетел на поверхность: желтая полутьма подземелья сменилась яркими ночными огнями, а в приоткрытый люк салона ворвался свежий весенний воздух.
Ехали молча.
Лишь время от времени Рамзес, не переставая улыбаться, произносил названия проносящихся за окнами площадей и улиц: «Сен-Дени», «Аль-Фарам», «Ворота Клиньянкур», «Халим-Хафез»…
Он явно не случайно выбрал такой маршрут, чтобы прокатить гостей по центру французской столицы и заставить их восхищаться городом, напоминающем великолепную восточную сказку.
Ночной Париж был буквально залит светом.
Светящиеся дорожки прогулочных катеров на Сене, минареты, украшенные неоново-зелеными лампами подсветки, нескончаемый поток машин на Елисейских полях с «водоворотами» вокруг Триумфальной арки и на площади Согласия.
Тысячи мощных прожекторов и миллионы маленьких лампочек-светлячков выхватывали из темноты причудливые силуэты Эйфелевой башни, Пантеона и «Гранд-Оперы», Нотр-Дама и Великой Мечети.
Покинув, наконец, центральную часть города, минивэн вновь устремился на окраины. Вскоре автомобиль свернул на тихую улочку и, подкатив к высоким воротам, которые тут же распахнулись, въехал в небольшой внутренний дворик.
- Прошу, - Рамзес распахнул дверь и первым ступил на вымощенную булыжником площадку перед домом.
Андрей выбрался наружу и подал руку Ольге.
Они огляделись. Двухэтажный каменный особняк постройки начала прошлого века выглядел совершенно нежилым. Опущенные жалюзи на окнах, отсутствие какого-либо света и полная тишина придавали зданию вид совершенно фантастический и зловещий.
Хлопнула водительская дверь, и показался Нури.
Рамзес что-то сказал ему по-арабски, и юноша, поклонившись, исчез в темной глубине двора.
Андрею на мгновение стало немного не по себе, но, посмотрев на Ольгу и увидев у неё на лице безмятежную улыбку, он приободрился и достал сигареты.
В этот момент раздался негромкий писк электронного замка.
Дом ожил. Жалюзи поползли вверх, одновременно зажегся свет во всех окнах, изнутри послышались музыка и чьи-то голоса – очевидно, включился телевизор.
- Прошу, - снова сказал Рамзес.
Они вошли в дом.
Несмотря на то, что жилище было явно недавно арендовано, внутри оказалось весьма уютно: обставленный в духе старой Европы холл с ведущей наверх широкой лестницей, персидские ковры, высокие узкие окна, подсвечники с криптоновыми стержнями, диковинная деревянная мебель и полное отсутствие современных смарт-сенсоров на потолке.
- Друзья! Теперь, когда мы здесь, - Рамзес выглядел торжественно, - я ещё раз приветствую вас на гостеприимной французской земле и спешу заверить, что я и мой сын считаем вас самыми дорогими своими гостями, которых ниспослал нам Аллах.
Он ещё раз поочередно обнялся с каждым.
- Завтра, около восьми утра, я прибуду за вами в сопровождении ещё одного человека. Мы вместе позавтракаем и отправимся туда, где вас ждут.
А сейчас располагайтесь, отдыхайте. Холодильники полны яств, в баре вы найдете любые напитки и не только… На втором этаже - две спальни в стиле «барокко», а в подвале - небольшая вибро-сауна с бассейном.
- К сожалению, мне пора уходить, - он сделал несколько шагов к двери. - Да, забыл сказать… Если захотите прогуляться, то ни о чем не беспокойтесь - за домом присмотрят. Но выходить за пределы этой улицы не рекомендую - по ночам тут неспокойно, лучше возьмите такси.
- Огромное спасибо, дорогой Рамзес, - с чувством произнесла Ольга, - но я не думаю, что на ночь глядя мы захотим куда-то идти.
- Тогда - спокойной ночи. И - до завтра!
Он вышел.
- Ты заметила, что у него внезапно пропал акцент?
- Скажем, не пропал, а существенно уменьшился…
- Я думаю, они насторожены не меньше, чем мы.
- Ты о чём?
- Почему нас сразу не повезли к нашим друзьям? Проверяют? - Андрей задумчиво курил, развалясь на старинном диване из красной кожи.
- Даже если и проверяют, что с того? - Ольга открыла холодильник и достала внушительных размеров вазу с фруктами. - Смотри, вот это виноград, я понимаю…
- Рамзес сейчас наверняка где-нибудь сканирует фулл-инфо на наши физиономии…
- Слушай, а чего ты так разволновался? - Ольга поставила вазу на низкий деревянный стол и вплотную подошла к Андрею. - Может быть, ты - агент ФСБ?
- Если честно, то - да.
- Офицер? - она начала медленно расстегивать свою куртку. - Так ты офицер секретной службы?
Она уронила куртку на пол.
- Оль, прекрати, давай лучше выпьем чего-нибудь…
- О, мой офицер, не прикажете ли в сауну?
- Ха! Сейчас пойдем резвиться в бассейне. Под объективами камер. Разбежался!
- Нет, ну, скажи, почему ты такой зануда? Тебя что, остановит чей-то пристальный взгляд из объектива?
- А тебя - нет?
- Конечно, нет. Скорее - наоборот…
- Первый раз вижу… ммм… гейшу, которую интересуют мужчины, - засмеялся Андрей, - ну хорошо, хорошо! Давай, только немного перекусим… Так, а это что?
Он подобрал на ковре пульт от телевизора.
- Посмотри, нет ли в холодильнике чего-нибудь мясного?
- Мясного? Знаешь, я уже пожалела, что пообещала Рамзесу никуда не выезжать. Можно было бы поужинать где-нибудь…
- Где-нибудь… В «Максиме»?
- Да ну тебя! Я бы предпочла самое обычное уличное кафе - это же так романтично! К тому же, редкое сочетание арабских хумуса и кебабов, которые можно отведать только во Франции, просто завораживают! А горячий кусса махши? А рахат-лукум?
- Я вижу, ты знаешь толк в местной кухне, - Андрей сосредоточено переключал каналы. - Ты не в курсе, кстати, что за ерунда - куда не переключу, везде молятся! Сегодня праздник какой-то, что ли?
- Никакой не праздник. Магриб, вечерняя молитва. Кстати, уже скоро закончится…
- Ты по-французски понимаешь? Это что за мужик? Пока ехали, я заметил - все улицы его плакатами заклеены…
- Понимаю немного. Добавь звук. Ха! Сам ты «мужик»! Это же имам Аль-Мавари, знаменитый мэр Парижа. Слушай, мы что теперь, весь вечер будем телевизор смотреть?
- О’кей, выключаю. Знаешь, Оль, а может, и правда…
- Что?
- Возьмем бутылочку какого-нибудь «Шато», да - в бассейн?
- Браво, чекист! Оторваться перед смертью захотел?
- Нет. Просто хочу… - он замолчал и задумчиво улыбнулся. - Я просто хочу встретить с тобой парижскую весну.
«Привет, Рубин. Только что звонили из «Каймана». На «Рико» упал платеж в полтора миллиона карибских фантиков, по курсу на утро - это сто девяносто пять тысяч английских фунтов. Деньги пока в холде, но Стэнтон сказал, что к вечеру уже зачислят.
Плательщик: «Ясудо Траст Корп».
Банк плательщика: «Кинченг Банк», Гонконг.
Основание платежа: «Аудит-контракт» (квик-слип - во вложенном файле).
А ещё я решил бросить курить и жрать гамбургеры. Ты тоже береги себя, Рубин.
Всегда твой Вадян».
Рамзес прибыл ровно в восемь утра.
Его сопровождал пожилой мужчина в защитного цвета комбинезоне, напоминающем военную форму без знаков отличия. Коротко позвонив в дверь, они вошли как раз в тот момент, когда Андрей, натягивая свитер, спускался по лестнице.