Страница 37 из 180
По тому проекту предполагался лишь вертикальный старт на высоту 200 км и последующая посадка кабины с космонавтами в районе старта.
Тогда, Сталин им эту идею «зарубил», сказав что «этот рекорд ради рекорда — пустая трата денег, в то время как пол страны в руинах. Вот восстановим страну, сделаем более мощную ракету, тогда и поговорим»[13]. Существенная деталь: зарубил проект с Р-1, но техзадание на разработку Р-7 подписал.
На этот раз встретил их более благосклонно, выслушал, и спросил «надеюсь, это делается не ради рекорда? Что мы будем иметь от этого пуска, кроме чисто политического эффекта?».
Ну тут влез Королёв и выложил предложения по поводу использования спутников. Сталин выслушал, и сказал: «Товарищ Королёв правильно мыслит. Космос мы будем ОСВАИВАТЬ. И никаких рекордов ради рекордов!»
Потом помолчав добавил: «А ваше предложение я вынесу на Политбюро и Совет Министров».
Вот так, своим авторитетом, он ускорил осуществление запуска первого спутника. А его слова насчёт ОСВОЕНИЯ космоса потом во всех КБ вывесили…, да и не только КБ. Я вот помню мальчишкой на Станцию Юных Техников ходил. Так там эти слова прямо над входом в бетоне отлили: «Космос мы будем ОСВАИВАТЬ»…
— Что-то не так? — хотели что-то добавить? — спросил Михаил у Бориса Ефимовича, увидев его весьма озадаченную физиономию.
— Но…Сталин…, - начал было он, но потом махнул рукой и сказал, — ладно, об этом потом!
— Хорошо, тогда продолжу… Первый спутник был запущен 5 мая 1957 года.
— А у нас в октябре того же года.
— Вот и первое расхождение. А какого числа?
— Четвёртого октября.
— Полгода, — отметила Эля.
— Ну, по-моему, пока не существенно… Ладно, дальше.
Через полгода, как раз в октябре, запустили второй и через месяц третий спутники. Американцы были в шоке.
Они со своей «суперпередовой» ракетой хотели запустить спутник величиной с апельсин, а наш первый весил центнер, второй — полтонны, а третий полторы. К тому же, как указал товарищ Сталин, были научными лабораториями. Только на первом был простой радиопередатчик. Американцы же планировали обычный рекорд…
— У нас было также, — подтвердил Борис Ефимович, — на втором полетела собака Лайка.
— У нас начали запускать собак только с четвёртого… — задумчиво отметил Михаил, делая пометки на своём листе, — когда началась отработка систем возврата грузов на Землю.
В это время в США принимают решение включиться в, как они говорили, «Космическую гонку». Единственным способом из ближайших, с помощью которого они могли поквитаться за первый спутник, это послать человека в космос. Они и запланировали полёт своего «астронавта» по баллистической траектории. На орбиту запустить корабль они не могли — слишком слабая была у них тогда ракета-носитель.
Наше руководство это приняло к сведению, так как полёт человека был запланирован ещё до запуска первого спутника. Как необходимый этап освоения Космоса. Сверив сроки, наши пришли к выводу, что американцы в этом деле безнадёжно отстали.
Так оно и случилось. 10 апреля 1960 года летит Гагарин. Совершает один виток вокруг Земли. После этого через 5 месяцев, но уже на целые сутки, его дублёр Титов.
— У нас примерно также. 12 апреля 1961 года Гагарин, и уже не помню когда — Титов. Осенью кажется… Между этими стартами американцы запускают свой «Меркурий» — по типу «прыжка блохи».
— Ну у нас они очень сильно отстали. Они выполнили свой «прыжок блохи» значительно позже полёта Титова — летом 1961 года.
Практически одновременно с американскими пусками полетели два наших корабля — началась отработка процедур, необходимых для создания орбитальной станции.
В это время в конгрессе США принимается решение о начале программы высадки человека на Луну. У нас же, по нашей Программе, получалось, что до тех пор пока возможности автоматов не исчерпаны, посылать человека нецелесообразно.
Следуя этому положению, в течение 60-х у нас автоматические станции достигают Луны, Венеры и Марса. Луны, правда, достигают ещё в 58-м, когда одна из наших «Лун»(под номером два), совершает жёсткую посадку на её поверхность и доставляет туда вымпел СССР. А в 1964 году совершается мягкая посадка и передаётся изображение панорамы поверхности — «Луна-8». И это всё впервые в мире. Приоритеты все за нами.
— У нас «Луна-9» но в 1966-м и тоже впервые в мире.
— А точную дату не помните? Это важно!.
— Не помню…[14] А почему так важно?
— Дело в том, что переданная ей панорама во всём мире вызвала нечто типа Шока. Все внезапно поняли, что человек воистину стал космическим явлением.
— У нас это тоже было. Два американца, философы, написали целую книгу по этому поводу. Называется «Футуршок».
— И по этому, — кроме дат, — у нас совпадение…
— В Штатах, — продолжил Михаил, — посадка нашей «Луны» вызвала панику в конгрессе. Они уверились, что русские готовят высадку человека на Луну.
Но на самом деле, это не совсем соответствовало действительности. Помня о колоссальном политическом эффекте запуска первого спутника и первого космонавта, часть правительства стала настаивать на аналогичной программе с нашей стороны. Но инженеры справедливо указали, что если её осуществить прямо сейчас, то это будет именно что «рекорд ради рекорда». Они настаивали на более эффективном и последовательном освоении, изучении космоса. Но Машеров, ставший к тому времени генсеком, напомнил слова Сталина и дискуссия угасла.
Согласились не ломать ранее намеченный план и «пропустить» американцев вперёд. Но успех им сильно подмочить.
С этой целью, в 1966 году, с 5 по 12 апреля, за месяц до смерти Сталина, два наших космонавта — Быковский и Береговой, — на новом корабле «Союз», по эллиптической траектории выполняют облёт Луны.
— У нас так и не облетели… а Сталин умер значительно раньше.
— Вот как?! Ладно, возьмём это тоже на заметку… и далее.
В 1967 году американцы таки облетают Луну, а мы в августе 1968 года запускаем первую орбитальную станцию. А чуть ранее, — в сентябре 1967 года два аппарата «Марс-2» и «Марс-3» осуществили мягкую посадку на Марс.
Сами станции перешли на орбиту вокруг Марса и начали составлять первую его фотокарту. А как было с этим здесь?
— Ну, насчёт того, когда американцы облетели Луну — не помню. Но на Луну они высадились в 1969 году. Наша первая орбитальная станция была запущена уже в 1971 году и тогда же на орбиту вокруг Марса вышил наши станции.
— Но в этот сезон, на Марсе большие пылевые бури… наши станции её тоже застали, но тогда она началась значительно позже их прибытия и поверхность они успели отснять. Если бы они полетели в семьдесят первом, то они прибыли бы как раз в её разгар.
— Ну, да… поэтому они там ничего и не увидели. А карту Марса составляли американцы.
— Ну на Луну американцы высадились у нас тоже в 1969 году, но у нас к их высадке на Луне бегал наш «Луноход-1». Уже месяц как бегал.
То есть чисто технически, мы получили информации о Луне в десятки раз больше американцев. Но они, тем не менее, выдумав свой критерий победы — мы же своего космонавта не высадили, — раструбили на весь мир о своей победе.
После было очень много дискуссий в мире, о том, кто более правильно поступил — русские или американцы. Наши «на пальцах» разъясняли всем, что если бы мы приняли бы условия космической гонки «по-американски», то высадив космонавтов на Луну, надо было бы ставить там станцию. Причём в условиях чудовищной неготовности техники и инфраструктуры к такому шагу. Это было возможно, но было исключительно дорого и нерационально.
После этого, естественно, пришлось бы ломиться на Марс. Причём в условиях, когда космическая медицина совершенно не имеет информации о том, как бороться с последствиями воздействия космоса на человека. В условиях, когда атомные двигатели только-только начали создаваться. То есть, затраты на эти «рекорды ради рекордов» росли бы по экспоненте.
13
В нашем мире, реально и действительно был такой разговор между Сталиным и группой инженеров во главе с Тихонравовым. Действительно в 1947 году предлагался «подскок» на высоту 200 км с помощью Р-1 и действительно Сталин «зарубил» данный проект, указав подождать до появления более мощной РН, техзадание на которую (будущая Р-7) он и подписал.
14
«Луна-9» достигла поверхности Луны 3 декабря 1966 года.