Страница 144 из 180
— Та ладна, Никалавна! Ты чё гостей-та прячешь? Я же видел, кто к тебе тута заходил недавна! — раздался подозрительно знакомый Владимиру голос старика, — я ненадолго. Мне твой старшой из гостей нужен.
— И зачем оне тебе нужен? — строгим прокурорским тоном задала вопрос Анфиса Николаевна.
— Тфу ты напасть! — хихикнул дедок, — как служила в СМЕРШе, так и по сию пору от тех замашек не отказалась.
В гостиной многозначительно переглянулись.
— Так вот чё у нас Николавна такая ловко-осведомлённая! — полушёпотом поделился своими соображениями Николай.
— Похоже на то! — оскалился Михаил, — и как это она тебе попалась?!
— Искать нада тщитильнее! — оскалился в ответ Владимир.
— За што имею боевые награды! — раздалось меж тем из прихожей гордое заявление бабульки, на тираду старика.
В гостиной это её заявление прибавило веселья.
Меж тем дедок таки прорвался через линию обороны выстроенную хозяйкой и весь сияющий появился в гостиной.
— А! Товарищ полковник! Вы уж извините меня старика, за вторжение, что вам тут чаи пить мешаю, но… можно один всего вопрос! А то замучил он меня — ночами не сплю.
Начал старик радостно, но чем дальше он говорил тем менее весело звучал его голос.
— Так вы знакомы?! — удивилась хозяйка.
— Та вот как видишь, — сказал старик и протянул руку Владимиру, поднявшемуся из-за стола. Они обменялись рукопожатиями.
— От те на! — развела руками Анфиса Николаевна, — не было ни гроша и вдруг алтын!
— Ну раз такое дело… сейчас ещё чашку поставлю, — сказала она и направилась к шкафу с сервизом.
Дед сел на табурет, смущённо уставился в стол, видно собираясь с духом, но потом оторвался от созерцания скатерти и запоздало представился.
— Матвей Степанович. Вы уж извините, что тогда в запарке не представился.
— Да тогда, в тех условиях и у меня не было времени до политеса. Владимир Сергеевич, — также представился Владимир и они пожали друг другу руки.
— Владимир! Скажи пожалуйста, а у твоего отца отчество случаем не Семёнович?
— Да, Семенович, — а вы с ним знакомы? — заинтересованно спросил Владимир, но старик на это не среагировал и продолжил расспросы почему-то понизив голос, при этом выражение его стало чуть ли не печальным.
— А у деда твово отчество не Кириллович?
— Точно! Семён Кириллович. Только он погиб в Великую Отечественную.
— Значит ОН. На Зееловских он погиб… — сказал старик закивал головой и уставился снова в скатерть. Хозяйка услышав о таких подробностях молча полезла в тот же шкаф и также молча поставила бутылку водки на стол.
— Да. На Зееловских.
— Ты так на него похож, сынок. Прям копия майора…
Старик прослезился.
— Воевали мы с твоим дедом, — продолжил он, — хороший он был командир. Всё мечтал вернуться домой, зажить как до войны жили… Всё нам говорил: «Скоро конец войне, скоро домой. Ещё поднатужимся, там уже Берлин видно». Не дожил. Всего-то совсем чуть-чуть не дожил. Страшный бой был. Много наших полегло. И майора ранило… Не довезли его до санбата… Не успели.
За столом повисло тягостное молчание.
Николай многозначительно показал взглядом на часы, кивнул на Владимира и вопросительно уставился на Михаила. Тот понял и кивнул. Георгий и Николай дружно поднялись из-за стола, поблагодарили за чай и гостеприимство и быстро направились к выходу.
— А вы куда? А чай? — всплеснула руками хозяйка.
— Извините, Анфиса Николавна, но нам в город надо срочно, а автобус уже через десять минут будет. Нам только добежать.
— Ну раз так… ну вы заходите когда…
— Обязательно, Анфиса Николаевна! Мы с Борисом Ефимычем ещё не раз тут у вас побываем.
— Матвей Степанович, я сейчас выйду — своих провожу, а после поговорим подробно — сказал поднимаясь вместе со всеми Владимир. Дед молча кивнул.
Уходящие по очереди попрощались с бабкой и дружно направились на выход. Во дворе, улучшив момент Владимир сделал звонок в город. Кратко обрисовав ситуацию капитану он дал точные координаты дома и предложил прибыть как можно скорее и с ОМОНом. Не исключено, что бандиты будут сами торопиться, ведь погром им в городе учинили знатный, а это означало, что Степана будут пытать.
Следователь несколько раз переспросил уверен ли он в том, что Степан там, где он указывает. Его беспокойство тоже было понятным — гонять ОМОН впустую… можно очень большие неприятности получить. Владимир перевёл дух и твёрдо заверил его в том, что Степан именно там. Да, он не был до конца уверен сам, но тут надо было принять принципиальное решение. Риск велик, но он оправдан. Выключив мобилу Владимир вернулся в дом. Мрачный сосредоточенный.
— Что, товарищ полковник, опять какие беды? — спросил дед. На что Владимир лишь безнадёжно отмахнулся и сел за стол. Немного помолчав он ответил.
— У нас тут во всей стране беда!
— И не говори!
Меж тем ждать пришлось на удивление не много. Через пол часа обстановка за окном резко изменилась.
— Ха-ха-хайя! Цирк приехал! — хлопнул себя по ляжкам дед, с великим интересом наблюдая как ОМОН аккуратно окружает дом.
— Да уж! И билеты у нас на места в первом ряду! — подтвердил Владимир.
— А ну-ка дайте глянуть! — решительно отодвинула деда от окна Анфиса Николаевна. Придирчиво посмотрев на экипированную братию, плотно прижавшуюся к стенам дома напротив, прицеливающейся здоровенной кувалдой ко входной двери, и тихо приставляющей лестницы виде трапов, к окнам первого этажа, она удовлетворённо кивнула.
— Давно бы так! Всех их, фашистов давить надобно! — обмолвилась бабка. Дед же всё радостно хихикал и в энтузиазме потирал руки.
Меж тем омоновец с кувалдой одним ударом проломил входную дверь и группа с дикими воплями ворвалась внутрь. В это же время две другие группы разбежавшись по приставленным лестницам высаживают окна первого этажа и тоже врываются в помещение. Несколько секунд спустя, раздаётся несколько пистолетных выстрелов, автоматная очередь и всё надолго затихает.
— Кабы кого не подстрелили — обеспокоено говорит бабка и после секундной паузы уточняет — из наших.
Дед бросает мимолётный взгляд на Анфису и возвращается к созерцанию происходящего. Минуту спустя к дому подъезжает сразу несколько машин, а из дома начинают выходить омоновцы. Судя по их расслабленному виду можно было заключить, что всё закончилось.
Ещё через несколько минут вышли двое омоновцев тянущие кого-то, кто еле переставлял ноги. Владимир тут же навёл на него телескоп.
Через объектив было очень хорошо видно свалявшиеся от запёкшейся крови волосы и часть лица также залитое засохшей кровью. Кисти рук тоже, видно, были изранены. Человек, которого тащили под руки шёл низко опустив голову, так что лица видно почти не было, но уже по одежде Владимир со всей определённостью заключил — это Степан.
— Успели! — чуть ли не крикнул он от радости оторвавшись от телескопа, — здурово!
Владимир слегка подпрыгнул и приземлившись от избытка чувств махнул в воздухе кулаком.
— Твой? — бабка кивнула в сторону окна, — эт его вы спасали?
— Ага!
Меж тем пострадавшего дотащили до автобуса и все трое исчезли из поля зрения.
Затем возле участка появились несколько людей в штатском и группа всё тех же омоновцев. Они собрались в круг и что-то по деловитому стали обсуждать. Но вскоре от группы отделилась фигура в чёрной куртке и направилась прямиком к дому Анфисы Николаевны.
— Гости, однака к нам! — заключил дедок и посмотрел на мрачное лицо бабки. Та явно не знала что делать — то ли радоваться то ли злиться. Владимир меж тем спешно свернул телескоп и посмотрел на человека, уже дошедшего до калитки и отворяющего её. Узнал. Слегка расслабился.
— Так и знал, что ты именно здесь! — лукаво улыбаясь заявил следователь, зайдя в комнату, оглядев присутствующих и увидев Владимира.
— Это почему? — хмыкнул тот.
— Ну не один ты информацию получаешь от Анфисы Николаевны, — ухмыльнулся следователь, — я как услышал, где бандюки и где заложника держат так сразу же и смекнул.