Страница 16 из 44
Савва на манер южных мартышек быстрыми отрывистыми движениями головы — туда-сюда — огляделся по сторонам. Куда бежать-то? Назад, в объятия «Ужаса Войны»? Бр-р-р. В лес? Наверное, сейчас это уже не имело смысла. Даже если вызвать сюда «Протон» при помощи маяка, десантные боты тут же обнаружат его на подходе своими локаторами, хоть и маломощными — слишком близко. Запрыгнуть в таком случае в спасительный звездолет вэкээсовцы Савве не дадут. Нужно улизнуть отсюда как можно дальше и, естественно, не на своих двоих. На них-то особо не разгонишься.
Между тем шум вражеской техники быстро нарастал, усиливался. Они приближались. К счастью, старая пиратская выправка сработала безупречно. Иногда в бою сам не знаешь, что выкинешь в следующую секунду. Потому и дают одного битого за двух небитых. В голове у Саввы сам собою стремительно созрел дерзкий план действий и, не теряя времени, беглец проворно, точно обезьяна, нет, не полез, а заскочил на ближайшее к дороге высокое разлапистое дерево с густой, непроглядной кроной.
Пират поудобней устроился в своем наблюдательном пункте, замаскировался меж листвы. Скучать долго не пришлось.
Ожидания Рыбака полностью подтвердились. Из-за леса действительно показались два десантных бота с округлыми танковыми башнями над пассажирскими отсеками. Из башен грозно торчали короткие орудийные стволы. Массивные машины стремительно скользили на пухлых воздушных подушках, почти не повреждая растительность под днищами. А впереди, показывая дорогу, на бреющем полете шел уже знакомый кэпу гравилет.
Именно его Савва и ждал больше всего. Головы персонала космодромов забиты проблемами по обслуживанию портового хозяйства. Кому нужна сложная кодировка транспортных средств? Зачем? Логично, не свое ведь, — служебное. Применительно к данному случаю, по прикидкам пирата, картина складывалась следующим образом. Первый планер, подбитый «Молотом», был «подвешен» на маяк с простейшим позывным «Птица-1». Код сей Рыбаку вручили сами работники порта, когда он отправлялся с Рамадой на станцию. Пульт маяка до сих пор лежал у пирата в кармане. Стиль мышления, отраженный в названии машины, — достаточно знакомый. Планер — птица. Номер — один. У сбитого аппарата прямо на борту красовалась жирная единица. Следовательно, у гравилета, который движется сейчас на Савву, позывной как пить дать «Птица-2». Рыбак в этом ничуть не сомневался. И оказался прав. Личный опыт, перемноженный на сообразительность, при его профессии — лучший капитал.
Кэп вытащил из куртки коробочку автопривода. Поскольку модели планеров идентичны, то и маяки у них одинаковых систем; различаются только коды доступа. Пират, не спеша, набрал шифр «Птица-2». И пульт ожил. Что и требовалось доказать… Информационное табло выдало короткое сообщение о том, что маяк готов немедленно осуществить вызов гравилета. Прекрасно! Савва «заморозил» палец над кнопкой вызова, стал поджидать приближения «клиента». На душе потеплело, будто вышел в обычный пиратский рейд. Работа всегда доставляла ему удовольствие.
Когда летательный аппарат поравнялся с деревом «тарзана», кэп утопил пластиковую выпуклость до упора. Двигатель гравилета отчаянно завизжал, взвыл от перегрузки, неожиданно переходя в реверс. Планер задрожал на одном месте, будто борясь с самим собой, — пилот правил вперед, Савва звал назад — и вдруг рухнул на землю прямо по центру колеи. Заглох! Идущий следом десантный бот чуть не врезался ему в хвостовое оперение, резко затормозил, поднял столб пыли. А второй вездеход, соответственно, едва не поцеловал в зад первый.
Из фронтальных люков боевых машин тут же показались шлемы механиков-водителей. Одиноко торчащие из запыленных железных громадин головы разразились отборной матерной бранью — костерили «салагу» пилота на чем свет стоит. В целях сохранения приличий, очевидно, не стоит приводить здесь полный текст их высказываний… Летун, словно облитый помоями, выскочил из кабины наружу, растерянно развел руками, промычал что-то в свое оправдание. Но его никто не слушал, пока из пассажирского отделения головного вездехода не выдвинулся на полкорпуса офицер.
— Оставьте его в покое, — нервно скомандовал командир, крича в ухо расстегнутого шлемофона. — Сами дойдем. Приборы показывают, что до места объявления тревоги осталось несколько минут ходу. Починится — догонит. — Офицер решительно махнул рукой, показывая «Вперед», и скрылся за бронированной обшивкой.
Двигатели ботов тут же взревели. Скользя по обочине, десантные машины легко обогнули застывший гравилет. Вскоре за ближайшим поворотом их и след простыл. Владелец планера, чертыхаясь, открыл боковую крышку двигательного отсека, тупо уставился внутрь, пытаясь понять, что там заклинило.
Рыбак ликовал. Настал его час. Все-таки не зря он потел по собственной воле в спортзале, постигая приемы боевых видов единоборств. Да и, вообще, правильно говорят: «Счастлив тот, кто любит свою профессию». Савва любил.
На поглощенного изучением оборудования пилота сверху метнулась быстрая тень. И вот уже парень с признаками тяжелого удушья валяется на траве. Савва не стал его убивать. Жалко, молоденький еще совсем. Да и за что? Но и на дороге оставлять его тоже нельзя. Теперь уже чертыхаться пришлось Рыбаку. Он затащил бедолагу в кабину, усадил на пассажирское кресло, заботливо пристегнул удавкой за шею к спинке. С удавкой кэп не расставался никогда, ценная вещь. Кошкой прыгнул в кресло пилота, отключил маяк, спутывающий аппарату карты, автоматически сунул пульт обратно, в карман, врубил двигатель — и был таков. Гравилет быстро развернулся на одном месте. Затем, прижимаясь к земле, скользнул за ближайший поворот колеи. А там лесом, над самыми верхушками деревьев понесся прочь. Чуть погодя, Савва дал полную тягу, набрал максимальную скорость, взял курс в направление на сопочки, видневшиеся на горизонте.
Через некоторое время Рыбак притормозил, снизился над какой-то узкой просекой. Теперь уже с компанией ВКС его разделяло приличное расстояние. Бояться нечего. Савва аккуратно снял с пленника удавку. Пока еще парень не совсем пришел в себя. Но уже начинал понемногу хрипеть что-то себе под нос. Рыбак потянулся, открыл со стороны пассажира дверцу, растолкал попутчика.
— Эй, земляк, очухался?
Парень ошарашено выпучил глаза:
— А-а?.. Что?..
— Очухался, — констатировал Савва. — Ну бывай, дружбан. Увидимся… — И вытолкнул молодого человека наружу.
— А-а… — заорал пилот.
— Ну точно очухался, — улыбнулся пират, глянул вниз, помахал ручкой. — Ничего. Высота небольшая. Не расшибется.
Гравилет вновь приподнялся нал деревьями, ушел с линии просеки, прибавил ходу.
Вот, выручил пацана, и настроение сразу улучшилось, обрело возвышенный лад. Насвистывая под нос, кэп внимательно осматривал зеленеющее внизу море тайги, выискивал удобную площадку для вызова «Протона». Маяк автопривода, захваченный со «штабного вагона», так и жег пирату карман, под самым сердцем, так и и просился в руки. Вскоре удобная полянка нашлась. Кэп сделал пару контрольных кругов над выбранным местом. «Пойдет, командирский катер должен сесть без проблем». Савва умело посадил летательный аппарат, откинулся на спинку сиденья, вытащил заветный пультик.
Но кнопку «Вызов» пока не нажимал. Единственное, что его волновало, — это состояние «Протона». Рыбак призадумался. Не приготовили ли последние гости ДальПоста ему какой-нибудь гадкий сюрприз?.. Вдруг им удалось проникнуть на борт звездолета?.. Хотя навряд ли. Если, конечно, не взламывать обшивку…
К счастью, Савва вдруг вспомнил, что переносной радиомаяк на командирских катерах имеет специальную функцию — так называемую «выносную консоль управления». Иными словами, посредством маяка можно не только подозвать к себе «Протон», — и он прилетит, как мотылек на огонь, — но еще и задавать кораблю необходимые маневры, управлять дистанционно всеми бортовыми системами, включая вооружение.
Одно условие: пульт маяка — ту самую «сигаретную пачку» — нужно вставить в специальный отсек компьютерного терминала.