Страница 26 из 49
– Командир, поменьше эмоций, заглуши чувства, отвечай на вопросы механически, как кукла. Иначе она нас раскусит.
– Не учи ученого, – буркнул в ответ Бор. – Не тебя ведь грехен покусал в натуре, а меня. Я отлично помню все свои ощущения. Бр-р-р!!! Надо лишь постараться их воспроизвести вслух. Только и всего.
– Вот и ладненько…
…Фиктивный допрос Бора (под микрофонами Люси) протекал не без сюрпризов. Они вносили в нудный обмен фразами искру реальной жизни. Особенно эффектным выдался финал, когда сержант заявил вдруг:
– Наши зеленые братья обязательно придут и спасут нас. Они покажут нам дорогу в рай.
– В рай? – опешила Грета. – Я не хочу в рай. Мне туда пока еще рановато. Надо закончить для начала дела земные.
…Люси, руководительница тайной шаковской операции по уничтожению ОСЫ, никак не могла понять, что там стряслось с радистом-кровограммщиком (он же сержант Бор). Почему молчит его жэгээска?! «Спица» осторожно сняла с рукава свой мини-комп, спрятанный в нашивку за ранения, отключила светопоглотители, немного подождала, дала прибору набрать яркость. Прищурилась, оценивая состояние передатчика. Свечение ровное – значит, трафик устойчивый, канал связи исправен. Бор должен ее слышать и – чтоб его… – откликаться на вызовы босса по первому требованию. Но он молчит, как заколдованный или… или как убитый. Черт! Люси погасила яркость, с раздражением водрузила нашивку на прежнее место, грязно выругалась. Злюка злилась. Злилась по-черному, как ей и положено. «Либо Бор «посеял» свой сержантский жетон с вкрапленной в него жэгээской, подонок, либо ему этот жетон отстрелили по ходу боя. Но все равно – подонок. – Тонкими губами Злюка изобразила садистскую ухмылку. – Как там кричал в эфире ефрейтор Кривен?.. А?.. Бор – мразь, дерьмо собачье, тварь помойная!.. Ха-а! Здорово. Золотые слова. Да этому болвану ефрейтору за них памятник поставить надо… на кладбище идиотов… Тоже подонок тот еще…»
Люси еще раз прислушалась. Тишина полная. Будто жэгээску сержанта поместили в бархатную шкатулку, а шкатулку – в несгораемый сейф. Хотя, разумеется, никто никуда ее не помещал. Просто в радиусе до одного метра от нее ничего не происходит, отсутствуют всякие звуки, а на большее расстояние мини-комп подслушивать не способен. Ведь это канал личной связи, а не радиоприемник. Лежит себе оторванный жетон где-нибудь в уголочке – и в ус не дует. А может, и не оторванный, и не в уголочке… а на груди у Бора – груди холодной, бездыханной. «Черт! Будь только он живой – «Разлуку» у меня споет, завоет! Однозначно».
Но Злюка вовсе не ругалась и не цитировала Кривна. Само собой пыхтело злобой подсознание. Едкие эпитеты кубарем прокатились где-то на задворках мозга, черным снегом выпали на сердце, припорошили душу мстительными узелками на память. Но разум оставался чистым, незамутненным. Люси относилась к разряду крутых профи. Волю эмоциям не давала. Все под контролем. На задании всегда действовала четко, по инструкции, как заводной робот; можно даже сказать, не действовала, а функционировала по строго заданной схеме: оценка ситуации – принятие решения – мгновенная реакция (практический ход) – вновь оценка ситуации – и так далее… Словно часики – тик-так.
Пусть сержант Бор не отвечает сам. Зато на поисковый пеленг отзывается его жэгээска. «Спица» приподняла локоть, утопила пальцем одну из полосок на нашивке, кинула быстрый взгляд на замаскированное мини-табло, разом проглотила показания дальномера. Расстояние небольшое. Раненный радист – черт его дери! – затерялся где-то внутри каналов воздухоснабжения одной из соседних галерей. Так или иначе, живой или мертвый, но он обязательно предстанет пред ее светлые очи. Хоть за волосы, хоть за кое-что еще она его оттуда вытащит. Дело времени. Блин!
И время неслось как птица.
Жэгээска Бора вдруг прорезалась гудением виброзвука в голове Люси. Но ее пробуждение, как и следовало ожидать, не всколыхнуло в душе у Злюки волну светлых чувств. Напротив, сплошной негатив. Настроение вмиг упало до нуля, если не до минуса. Радист влип по уши. А вместе с ним, разумеется, и она. В дело встрял земной Спейсмониторинг. Прилипчивая, въедливая контора! Змеиный выводок. В задницу без мыла влезут. И влезли ведь! Когда только успели?.. и, главное, через кого… Простушка Груня поставила не на ту фишку. Поплачет еще, вернее, поплачут ее родственники. Люси состроила кислую мину: «Вот им!» Выразительно показала, что им предназначалось. «Пусть догрызают свой хрен без соли! – Злюка даже сплюнула от возбуждения. – Но, по правде сказать, она, эта гадина, хороша!.. В глазах у «Спицы» блеснул завистливый огонек. – Из пешки в ферзя. Отымела всю нашу контрразведку скопом в одно место… просочилась под их микроскопом в суперсекретную команду. Самые лестные рекомендации. Безупречный послужной список. Малышка бэби. Розовое личико. Обвела всех вокруг пальца. Жалко будет с ней расставаться… навечно… Впрочем, встретимся в аду. Всенепременно. Застолбит там на меня пока местечко потеплее, возле печки. С нее станется…»
Но Люси опять же ничуть не рассуждала о способности малышки Груни беспрепятственно проникать в самые узкие щели, даже без смазки. Нет. Липкий комок непристойностей сам крутился где-то на границе подсознания и разума. Генерация скрытых флюидов злости вообще для Люси – обычное состояние. Голова же оставалась холодной. Мысли – здравыми. Выводы – точными. Грету следует немедленно уничтожить как источник опасности и как очередное препятствие на пути к выполнению задания. Бора – вызволить, либо отправить вслед за Гретой – одно из двух.
Злюка глянула на часы. До возвращения этой земной сучки с патрулем грацев у нее было несколько минут. Терять их совершенно недопустимо. Надо подготовить патрулю засаду. Вперед на выручку Бору. Все остальное пока что подождет.
Надо отдать должное выучке и звериному чутью Люси. Вскрытую нору Бора она отыскала в два счета. Жареный петух клюнул – зашевелилась. В летела в тесное помещение станции подкачки как ошпаренная. Грета только-только успела спрятаться за вентрешеткой… Стресс вообще добавляет энергии, правильно подмечено. Двухпудовый блестящий футляр за спиною Злюки – третья часть от трансформера Рассекателя, – казалось, ее вовсе не тяготил.
Своих напарников оруженосцев Люси отправила в боевое охранение во внешней галерее. Стрелки разбежались в разные стороны до ближайших развилок и заняли удобные позиции с таким расчетом, чтобы блокировать все подходы к вентиляторной камере. «Отлично!» – обрадовался сержант. Ему даже не пришлось вмешиваться в ход событий, чтобы выставить этих головорезов за порог.
«Спица» подскочила к Бору, опустилась на колени. Но прежде, чем развязывать ремни, она внимательно осмотрела у него на шее, точно у подопытного кролика, шрамик от укуса грехена, а также припухлость на плече – след от введения противоядия. Что она там нашла, не известно, но освобождать узника от оков главная диверсантка шаков пока не спешила.
Злюка подозрительно скосилась на Бора:
– Почему я долго ничего не слышала? Где была твоя жэгээска?
– Грета, змея СССМ, сорвала с меня жетон как с предателя и отбросила в сторону. Сказала, что я не достоин носить знаки отличия гвардии сержанта шакристов.
– Получается, она знала о нашем заговоре еще до допроса с грехеном? – поразилась «Спица».
– Ну не совсем она… скорее, Спейсмониторинг.
– Какая разница?! – разозлилась Люси. – Она ведь их агент!..
– Верно-верно, – согласился Бор. – Видимо, допрос с грехеном им понадобился лишь для подтверждения других разведданных. Они все о нас знают…
– И ты позволил сорвать с себя жетон?!
– Я ведь ранен, не забывай. К тому же не ожидал нападения со стороны обаятельной малышки. Расслабился. Она ведь вытащила меня из пекла, тащила на себе, как конь. Фактически спасла мне жизнь.
– Знала, кого спасать, – вставила Злюка. – Ей нужен был Язык, который много знает.