Страница 22 из 49
– Не волнуйся, командир. Мы разыграем для Люси радиоспектакль, – перевела Грета слова Седобородого.
– Радиоспектакль? – переспросил сержант. – Без грехенов?
– Без грехенов.
– Тогда – пожалуйста.
– Как я понимаю, твоя ЖГС «Подчиненный» открыта в любое время для ее ЖГС «Руководитель»?
– Разумеется.
– Вероятно, сейчас она ожидает вестей от тебя. Поэтому держит свой мини-комп на приеме.
– Наверное, – пожал плечами Бор. – Прослушивать подчиненную жэгээску не хлопотно; хоть двадцать четыре часа в сутки. Люси же нужно знать, что там творится с радистом.
– Нужно. Вот мы и подбросим ей свежие новости. Мне придется рассекретиться. Выводим на арену СССМ.
– Зачем?
Груша растолковала командиру задумку Седобородого.
Задумка простая.
Бору возвращается его жэгээска – прилепляется на грудь сержантский жетон. Груша делает вид, будто ничего о нем не знает. Затем Грета имитирует допрос раненного напарника с применением грехена (якобы). Вопросы задает, в принципе, те же самые, что задавала и ранее. Бор признается в намерении уничтожить ОСУ и в тайном сотрудничестве его руководства с хвостоглассами. Но, естественно, утаивает свою связь с Домом Бути. А Грета, напротив, афиширует принадлежность к Спейсмониторингу землян. В итоге до ушей Люси доходит тревожная информация – ее радист разоблачен иноразведкой, его срочно нужно выручать из плена СССМ или, если это невозможно, – убирать. В конце радиоспектакля Грета дает Злюке понять, будто Бор связан, ему введено противоядие, а она, пока сержант очухивается, отправляется встречать патруль грацев, который уже вызвала по радиосвязи, чтоб доставить сержанта в комендатуру Верхнего Узла. Там начнется официальное расследование по этому инциденту. Крупный политический скандал обеспечен. Сепаратное соглашение между шаками и хвостоглассами всплывет на поверхность. В заключение, дабы подстегнуть Люси к скороспелым, необдуманным решениям, заставить ее действовать без промедления, Грета со злорадной ухмылкой сообщает Бору, что минут через двадцать-тридцать на седьмой уровень форпоста прибудет целый батальон призраков – для тщательной зачистки территории от остатков диверсионной группы. Ей якобы сообщили об этом по рации. Шансов на спасение не остается ни у кого из шакристов. Улизнуть на другие ярусы они вряд ли успели.
– В общем, план – неплохой, – одобрил Бор, выслушав Грету. – Допустим, нам удастся с его помощью заманить сюда Люси. Наверняка она захочет освободить меня в твое отсутствие, пока ты якобы встречаешь патруль грацев.
– Или пришить, – поправила Груша.
– Или пришить, – поморщился сержант. – Но я все же думаю, освободить. Пришить – это только в самом крайнем случае, когда уже окончательно угаснет самая последняя надежда на вызволение меня из плена. Терять радиста ей тоже не резон.
– Хорошо, если так.
– Допустим, нам удастся заманить Люси сюда или в другое помещение, – повторился Бор. – Но что дальше? Какие наши действия?
– Оруженосцев – носильщиков Рассекателя убираем. – Грета рубанула рукой воздух. – Люси вяжем и отстукиваем на ее тощей заднице кровограмму в Ставку.
– Экая ты быстрая, – усмехнулся командир. – Кабы все так просто, я бы давно заломал Люси без вашей помощи в первом же боковом ответвлении форпоста и заделал бы ей не только кровограмму, но кое-что еще покруче…
Груша сдавленно хихикнула:
– Ну а какие проблемы? – И тут же сама себе ответила. – Мы не знаем точного времени передачи сообщения. Так?
– Так, – кивнул Бор. – Но это еще полбеды. Главная проблема заключается в том, что кровограмма проходит там, на том конце галактики, через полиграф. И, соответственно, те, кому она предназначена, способны определить по характеру поступающих сигналов ложное сообщение или правдивое. Ведь Люси предварительно прогнали через уйму проверочных тестов на полиграфе, и все физиологические реакции тщательнейшим образом зафиксировали. На то он и детектор лжи.
– Иными словами, Люси сама должна верить в то, что передает? – очертила проблему Грета.
– Вот именно. Верить должна всенепременно. Иначе не стоит и затевать игру. Мы только выдадим себя. Хвостоглассы, стоящие за спиной Главнокомандования, бестии – чрезвычайно хитрые.
Груша на секунду замерла, прислушиваясь к рекомендациям Седобородого. Затем с довольной ухмылкой на устах объявила:
– Похоже, СССМ знает, как заставить Люси поверить в правдивость нашего сообщения.
Сержант сделал предостерегающий жест рукой:
– Хочу сразу предупредить: любые наркотики и психотропные препараты отпадают. Люси от них просто уйдет в ступор. Ей в кровь специально ввели тест-реагенты на всю эту гадость. Даже при самом слабом намеке на лекарственное воздействие девица-спица мгновенно отключится, и мы безвозвратно утратим кровомаяк!
– Не утратим. Лекарства тут ни при чем. Речь идет о нановизитке.
– О нановизитке? – удивился Бор. – Той, которая служит ключом к шифратору?
– Да.
– А при чем тут нановизитка?
– Ее можно инфицировать логическими вирусами, – пояснила Грета.
– Первый раз о таком слышу, – признался командир.
– Не удивительно. Это секретная технология землян. Новейшие разработки в области дистанционного нейропрограммирования мозга на базе биоконтактного излучения. Генерируется оно особым подклассом боевых ЖГС, который открыли недавно на Земле. Этот подкласс способен, образно говоря, паразитировать на записях нановизиток, проникать с их помощью в мозг пользователя с конкретными поведенческими установками.
– С ума сойти можно. И у тебя есть жэгээска-паразит?
– Есть!
Седобородый только сейчас удосужился объяснить Грете, в чем состояло предназначение таинственной пуговицы:
– В твою застежку у воротника на гимнастерке вкраплена боевая жэгээска, – пробасил внутри черепа голос пилигрима. – Мы заранее побеспокоились…
Наемница слушала резидента дальней разведки землян вполуха. Попутно она успевала комментировать сама себе его наставления: «Мы, – надо полагать, СССМ. Щупальца, видать, у них длинные, коль они умудряются участвовать в экипировке шаковских диверсантов, отправляющихся на сверхсекретное задание… – Одновременно с некоторым раздражением девушка испытывала и гордость за шустрых земляков. – И про содержимое аптечки они всё знают лучше меня…» – хмыкнула Грета. Седобородый между тем неспешно продолжал инструктаж.
Девушка зря переживала. Ей, как оказалось, застежка ничуть не угрожала, хоть и относилась к разряду боевых ЖГС. Мини-комп, упрятанный в пуговицу, служил исключительно для подсадки на информационные каналы нановизиток. Пилигрим, как обычно, предвидел все наперед, предусмотрел необходимость данной вещицы в предстоящем походе. Груше оставалось только вновь подивиться его необычайно прозорливости. Прорицатель, он и есть.
– Как действует этот ваш паразит? – спросил Бор с оттенком некого недоверия.
– ЖГС «просвечивает» насквозь нановизитку, считывает контрольные нейротоки пользователя, заложенные в нее, составляет схему внутренних полей мозга, а потом в точности имитирует нервный импульс. Далее при помощи излучения-паразита импульс проецируется внутрь нервного ствола, обслуживающего большие полушария и… клиент, считай, приезжий…
– В смысле? – раскрыл рот Бор.
– К нему в мозг поступает команда на самоуничтожение, проще говоря, приказ совершить самоубийство…
– Как это приказ? Чей?
– Ну… не совсем, конечно, приказ… Пользователь воспринимает пагубную команду, вошедшую в его сознание извне как собственное желание; более того – как сладостную мечту, которая требует немедленного воплощения…
– Вот же хрень понапридумывали, – сплюнул в сердцах сержант.
Похоже, он даже немного расстроился. Лихому рубаке, наверное, по душе больше было какое-нибудь традиционное оружие, чтобы всё как у людей: заряд, прицел, отдача….
Грета улыбнулась:
– Не боись, командир. Сработает как надо.
– А как надо?
– Как только Злюка «заглотит» нановизитку, то немедленно совершит акт суицида.