Страница 76 из 205
Вообще-то твёрдость отдельных видов поликарбона достигала твёрдости алмаза, но в отличие от него он не был хрупким и от него отскакивали пули любого калибра и даже снаряды авиационной пушки не причиняли ему особого вреда. Взять его можно было только бронебойным снарядом противотанковой пушки и ещё кумулятивной ракетой, выпущенной из «Фагота». Как только я выехал на дисках наверх, то заехал в лужу бензин, а Жорка, жадно затянувшись сигаретой, бросил её в горючую жидкость и я целых семнадцать секунд грелся, прежде чем пламя погасло. Вся краска сгорела и зрителям, присутствовавшим на испытаниях и самое главное съёмочной группе предстал сверкающий на солнце золотисто-алый, до этого он был зелёным, как огурец, новый спортивный суперкар-концепт «Метеор-Альфа-П». Буква «П» означала прототип.
Ничуть не меньшую, а даже намного большую прочность имели стёкла, зеркала и фары «Метеора», ведь они были изготовлены из лонсдейлита – совершенно прозрачного материала в полтора раза более прочного, чем алмаз, но это был всего лишь одно из агрегатных состояний поликарбона. Этот конструкционный материал нам, землянам, подарили тэурийцы, и не только он в один миг сделал мои планы ещё более грандиозными. Даром тэурийцев явилось также водородное топливо с небольшим количеством алкана, который сгорал полностью и превращался в углекислый газ. При этом расход топлива в литрах на километр пробега понизился впятеро, а мощность двигателя выросла на четверть с гаком. В общем земляне получили просто удивительный подарок и не дай Бог он попадёт в плохие руки. Произошло же это следующим образом. Вернувшись от Георгия Ивановича, я закрылся в своём кабинете, чтобы спокойно поработать. Тем более, что Ирочка с мамой поехали показывать деду Вене и Оле наш город, а отец ушел на работу пораньше. Пару часов я перепечатывал очередной текст, который скомпилировал на своём призрачном компьютере из различных источников, а затем отодвинул пишущую машинку в сторону и набрал строчку:
– Здравствуйте, друзья. Вы не откажетесь побеседовать со мной? Мне хочется просто пообщаться с вами. Если это, конечно, не оскорбит и не обидит вас. Ответ появился с некоторым запозданием:
– В твоей просьбе нет ничего оскорбительного, Борис… – И после ещё одной паузы я прочитал – Ты хочешь увидеть нас обоих на экране или предпочитаешь переписку?
– Конечно же я хочу увидеть вас! – Буквально вырвался из меня громкий возглас, после чего я напечатал – У меня ведь установлена на компьютере видеокамера, но я думаю, что вы пользуетесь совсем другой формой связи. Не думаю, что это какая-то форма электросвязи. Очень уж велики расстояния, а скорость света, как я полагаю, даже вы не смогли отменить.
Прошло минуты две и я увидел очаровательную, обнаженную, темноволосую, загорелую молодую женщину с короткой стрижкой, которую видел по грудь, она у неё была очень красивой, как и сама женщина, а позади неё улыбающегося мужчину лет тридцати на вид. Мужчина слегка кивнул и представился мне:
– Меня зовут Дейр, Борис, а это моя жена Вилиэн. Мы оба с планеты Тэурия, она находится хотя и в одной галактике с Землёй, но расположена очень далеко, на расстоянии в пять с половиной тысяч световых лет и ты прав, мы общаемся с тобой и вообще, наблюдаем за твоей планетой, не с помощью радиоволн. Интересно, что ты думаешь об этом? У тебя есть догадки? Усмехнувшись, я сказал:
– Есть одна, но мне она кажется слишком фантастической, хотя как знать, может быть для вас это не фантастика. Мне кажется, что вы применяете для этого телепатию или какие-то иные психокинетические способности.
Дейр и Вилиэн закивали и женщина сказала удивительно красивым, певучим голосом:
– Ты прав, Борис, как и в своей догадке относительно машины времени. Мы два года наблюдали за вашей планетой и потом остановили свой выбор на тебе только потому, что ты понравился нам, как человек, а ещё Дейру было гораздо легче установить контакт именно с тобой. Мы сами не телепаты, Борис, и поэтому твоих мыслей не читаем, но мы находимся внутри большой установки, а вот она действительно является психокинетическим генератором, излучающим пси-волны узким пучком. Вот как раз для них понятия скорость света не существует, ведь это своего рода концентрированная мысль, желание, эмоция. Именно поэтому мы можем заглядывать так далеко, но не можем сдвинуть в твоём мире с места даже пылинку. Всё, что мы можем, это считывать информацию с любого компьютера на Земле. Раньше мы работали не одни, а вместе с целой группой коллег, но в прошлое отправились вдвоём и всё время находимся на связи с тобой. У нас есть спутник, это сверхмощный компьютер со свободным интеллектом. Мы называем его Бойлом. Именно он снял с нашей помощью информацию со всех компьютеров в твоём будущем и теперь ты можешь ею пользоваться в любое время. Вилиэн умолкла и я сказал:
– Попробую угадать, как всё происходит. По всей видимости то, что я вижу свой компьютер, это всего лишь телепатическая проекция, направленная Бойлом в моё сознание. В таком случае вы, а скорее всё-таки один Дейр, является своего рода антенной. Дейр кивнул и подтвердил мою догадку:
– Да, это именно так. Вздохнув, я сказал:
– Что же, Дейр, я очень счастлив, что мы с тобой схожи. Ты не будешь против, если я стану обращаться к тебе и Вилиэн на ты? Думаю, ребята, что вы находимся в одной лодке и плывём на ней по штормовому морю. Меня почему-то ни на секунду не покидает чувство тревоги в первую очередь за вас. Да, вы наверное и сами это давно уже почувствовали, ведь я очень часто гляжу тот рисунок, который перерисовал в свой альбом с экрана компьютера. Скажите мне, какая опасность может вам угрожать и что я должен сделать, что отвести её.
Вилиэн повернулась к мужу и посмотрела ему в глаза. Тот кивнул ей и она, повернувшись ко мне, со вздохом сказала:
– Борис, это пятая попытка вывести ваш мир из тупика, четыре предыдущие провалились и восемь человек… – Молодая женщина, если и вовсе не девушка, запнулась и с тягостным вздохом сказала – Нет, они не погибли, но из-за того, что всякий раз дело заканчивалось гибелью цивилизации на вашей планете, испытали просто чудовищное потрясение и теперь понадобятся годы, чтобы они смогли прийти в себя.
От такого известия мне тут же сделалось так дурно, как ещё никогда в жизни. Хорошо, что я занимался тэурийской гимнастикой и она научила меня контролировать себя, а то я точно завопил бы от ужаса. Ну, тут уже ничего не поделаешь. Как сказала бы моя пятая детишка, Маринка: – «Поздняк метаться.» Горестно вздохнув, я покивал и сказал грустным голосом:
– Я сочувствую вашим коллегам и думаю, что лучшим лекарством для них будет наш общий успех. Тогда они смогут относиться ко всему, как к дурному сну, к несбывшейся реальности. Скажите, почему четыре предыдущих попытки оказались неудачными? Ещё меня интересуют масштабы катастрофы. Поймите, даже после самой страшной термоядерной войны, кто-то обязательно должен остаться в живых и цивилизация, по идее, не должна погибнуть окончательно. Дейр печально улыбнулся и ответил:
– Всё не так просто, Борис. Если люди на твоей планете решат поставить на своём будущем крест и снова начнут тотальную войну, то как только она достигнет своего максимального накала, ваша планета будет уничтожена. Во Вселенной есть существа, которые гораздо древнее всех цивилизаций в нашей группе галактик. Мы называем их Старшими или Предтечами, а ещё иногда Сеятелями. Это они породили множество Звёздных рас разумных существ. Когда-то я сказал тебе, что мы почти такие же, как и вы. Борис, мы действительно точно такие же люди, как и вы, просто наша цивилизация развивалась в условиях другой планеты и только поэтому имеются некоторые отличия. Наша цивилизация немного моложе вашей, но она изначально пошла не по технологическому пути развития, а по несколько иному. Мы, тэурийцы, издревле сосредоточили все свои усилия на постижении не наук, а в первую очередь самих себя и природы вокруг нас. Поэтому войны у нас угасли ещё в далёком прошлом и мы, наверное, так бы и не вступили в Эру Межпланетного Общения, если бы Старшие не прибыли к нам и не заставили нас чуть ли не насильно освоить хотя бы азы современных технологий, это произошло немногим более трёхсот лет назад и тэурийцы, живущие в полной гармонии с природой, наверное покажутся вам самыми настоящими дикарями. Усмехнувшись, я сказал: