Страница 6 из 27
Она даже привстала, чтобы устроить мальчишкам нагоняй, но шум в подъезде утих, и Маша тут же опустилась на стул, ни на секунду не прерывая своей работы.
Но работу все-таки пришлось прервать. Позвонила мама.
— Машенька! Сейчас дождь польет, а у нас белье на балконе. Сними, пожалуйста!
— Хорошо, мам. — Маша досадливо поморщилась: времени нет с бельем возиться.
— Только не забудь, — попросила мама. — Прямо сейчас сними. Хорошо?
— Да, мама. Прямо сейчас сниму.
Маша вышла на балкон и посмотрела на лиловатую тучу. Туча была еще далеко, и никакой дождь белью пока не грозил. Ох уж эта мама!
Порыв ветра резко надул наволочку и так же резко ее отпустил. Наволочка хлопнула, как детская бумажная хлопушка, даже натянутая веревка закачалась.
Маша вздохнула и принялась одну за другой отцеплять прищепки. Она сняла все белье с правой стороны, повернулась налево и испуганно вздрогнула. Прямо перед ней качались чьи-то ноги в белых кроссовках.
— Мама-а! — заорала Маша и зажмурилась от страха.
— Заткнись! — сердито посоветовал чей-то бас.
Маша открыла глаза, но человека уже не было. Она растерянно посмотрела наверх, потом перегнулась через перила. Вниз, по балконам, с кошачьей ловкостью спускались два парня. Спуск занял у них всего полминуты. Потом первый передвинул с бока на спину черную спортивную сумку, махнул рукой второму, и они, пригибаясь, побежали вдоль дома, под самыми окнами.
— Черт! — выругался кто-то сверху, и Маша задрала голову.
Это был милиционер в серой фуражке. Он тоже следил за убегавшими парнями.
— Эй, на крыше! — окликнул он. — Они уже внизу! По балконам спустились. Побежали направо! Двое с черной спортивной сумкой. Крикните нашим! Пусть попробуют догнать! Я сейчас собаку вызову! Спускайтесь, опросите свидетелей!
— Я свидетель! — звонко выкрикнула Маша.
Милиционер посмотрел на нее сверху вниз, с секунду помолчал, а потом приказал:
— Ты тоже спускайся.
Маша бросила оставшееся белье и помчалась вниз.
— Кто вызвал милицию? — спрашивал лейтенант.
— Я. — Баба Шура гордо выступила вперед.
— Хорошо. Ваша фамилия? Имя? Отчество? Это ваша квартира? Как обнаружили воров?
— Квартира не моя, а вот этого мальчика. — Баба Шура указала на Сашку. — Он их и обнаружил. Я только милицию вызвала.
— Как тебя зовут? — строго спросил Сашку милиционер.
В этот момент мрачную лиловую тучу прорезала — это в декабре-то! — белая молния. С промежутком в несколько секунд раздался мощный взрыв грома, и начался ливень.
— Давайте поднимемся в квартиру, — сказал лейтенант. — Свидетели и понятые за мной!
— Ой! У меня белье мокнет! — спохватилась Маша.
— Девочка! Ты еще не дала показания!
— Я сейчас! Мама ругаться будет!
Перескакивая через ступеньки, Маша помчалась домой. Спасать оставшееся на веревках белье было уже поздно.
Маша растерянно щупала простыни и полотенца, надеясь найти что-нибудь сухое, но напрасно. Ливень будто по новой выстирал их — хоть выжимай.
Что же делать? Снимать это вымокшее белье или уже оставить? Но дождь неизвестно когда кончится… Нет, лучше снять! Или оставить?
Мама будет сердиться. А чего сердиться? Маша же не виновата, что именно в этот момент на их балкон спустились воры.
Поразмыслив как следует и все-таки сняв белье, Маша поспешила на пятый этаж. Из-за двери слышался голос Сашкиного отца. Он диктовал оперативнику опись пропавших вещей.
— Ложки серебряные. Шесть штук… Золотое кольцо с двумя небольшими бриллиантами… Плеер «Сони» — сынишке покупал…
Это вездесущая баба Шура вызвала Сашкиных родителей с работы.
Маша приоткрыла дверь и тихо, чтобы не мешать, проскользнула в комнату. В квартире, кроме милиционеров и ограбленной семьи, были тетя Тоня, баба Шура и какая-то женщина, которая гуляла в скверике за домом и видела убегавших парней.
Сашку била крупная дрожь. Тетя Валя, Сашкина мама, прижимала к себе голову сына и что-то шептала ему, успокаивая.
Наконец опись была составлена. Милиционер обратился к Сашке:
— Ну, братец, оклемался немного? Давай-ка поговорим с тобой. Сможешь?
Сашка кивнул.
— Значит, ты вернулся после школы домой и обнаружил в квартире воров. Так?
Сашка снова кивнул.
— Ты, братец, не молчи, — попросил милиционер. — Ты тут самый главный свидетель. Давай-ка выкладывай все, как было. Только поподробнее, договорились?
Глава IV ФОТОРОБОТЫ
Сашка, очень довольный перепалкой с Антоном, поднимался на пятый этаж. Школьной сумкой он пересчитывал прутья лестничных перил, и перила наполняли подъезд глухим, сердитым гулом. Сашка поднимался все быстрее и быстрее, и гул становился все сердитее и сердитее.
От быстрого подъема Сашка взмок и расстегнул куртку. Между четвертым и пятым этажами он вытащил из кармана ключ.
Но дверь была открыта. Наверное, папа раньше пришел с работы. Или мама забежала пообедать.
Сашка толкнул дверь и по привычке с грохотом швырнул сумку на тумбочку в коридоре.
В комнате что-то звякнуло.
— Мам! Пап! — крикнул Сашка, но никто не отозвался.
Не разуваясь, Сашка шагнул к комнате, и в этот момент его взгляд упал на висевшее напротив зеркало. В нем отражался какой-то скуластый парень, напряженно прислушивающийся к каждому звуку.
Сашка на секунду замер, приоткрыв рот от неожиданности. Воры! Надо бежать!
Но секунды его растерянности было достаточно для того, чтобы скуластый парень повел зрачками и через зеркало встретился с Сашкой взглядом. В следующий миг отражение исчезло, и Сашка скорее почувствовал, чем услышал, что парень шагнул к нему.
Сашка дико вскрикнул, развернулся и дернул дверь на себя. Он уже шагнул за порог, когда почувствовал, что капюшон куртки за что-то зацепился. Заорав еще пронзительнее, он обернулся и боковым зрением заметил небольшой сверкающий топорик, которым скуластый парень тянул его за капюшон обратно в квартиру.
Сашка отчаянно, изо всех сил рванулся вперед, одним движением сбросил с себя расстегнутую куртку и с криком помчался вниз…
— Топорик? — удивленно переспросил у Сашки капитан.
— Ну не топорик, а такая штука… — Сашка неопределенно помахал руками. — Как в фильме про альпинистов.
Лейтенант несколькими штрихами нарисовал что-то в блокноте и подвинул рисунок к Сашке:
— Вот это?
— Да.
— Альпинистское снаряжение? — Милиционеры переглянулись.
— А что? Вполне возможно, — сказал лейтенант. — Как ловко они сегодня удрали! Это ж надо догадаться — с пятого этажа по балконам! Такого в моей практике еще не встречалось.
— В моей тоже, — кивнул капитан. — Значит, спортсмены-альпинисты?
— Ну, если так, то выловим их очень скоро: в нашем городишке альпинистов раз-два и обчелся.
— Да, но это могут быть «гастролеры», — возразил капитан.
Маша встрепенулась, услышав знакомое слово. От него сразу повеяло любимым театром.
— Гастролеры? — переспросила она у капитана. — Из театра?
— Из какого еще театра? — поморщился капитан. — Помолчи, пожалуйста, девочка.
Маша обиженно замолчала, а Сашкин папа поторопился полушепотом ей объяснить:
— «Гастролеры» — значит, заезжие, не наши.
— Гастролеры — это артисты на гастролях, — отозвалась Маша.
— Вот-вот, — подхватил лейтенант. — Еще какие артисты! Ну, ничего. Составим фоторобот и будем искать. Ты их запомнила? — обратился он к Маше.
— Кого? Воров?
— Ну да. В лицо запомнила?
— Как же я их могла в лицо запомнить, если видела только ноги. — Маша пренебрежительно пожала плечами.
— Ноги? Это плохо. По ногам фоторобот не составишь.
— Ну, а ты, Саня, лица запомнил?