Страница 124 из 178
Давление в планетарном котле нарастает немыслимо. Вернемся к докладу Национального совета по разведке США «Глобальные тенденции до 2015 года», любезно предоставленному нам аналитическим центром НАМАКОН. В нем прогнозируется: к указанному сроку в мире будет жить 7,2 миллиарда людей против 6,1 миллиарда в 2000-м. И на 95 процентов прирост даст бедный Третий мир. А что такое миллиард новых душ? Это — неисчислимые орды озлобленных, рвущихся в богатые страны, и перед числом этих орд блекнут рати Чингисхана. При этом разница в уровне здравоохранения между вымирающим миром богатых и бурно растущим миром нищих дойдет до крайней степени, а в Африке южнее Сахары число голодающих вырастет на 20 процентов!
Вот почему миллионы людей с черной, коричневой и желтой кожей, не щадя сил, рвутся в Первый мир. И еще миллионы пополняют ряды экстремистских движений, страстно желая убивать западников и отбирать у них богатства. Они не без оснований полагают, что Запад когда-то поднялся на разграблении их стран. И они детородным органом чуют процесс культурно-биологической деградации Первого мира.
Так, в ноябре 2002 года экс-директор ЦРУ Джеймс Вулси с гневом говорил:
«…Если вы хотите почувствовать их инфраструктуру, интеллектуальную инфраструктуру, если их способ мышления можно назвать интеллектуальной деятельностью, сходите на их web-sites. Я познакомился с проповедями, которые они читают по пятницам по всей Саудовской Аравии. Перед тем как обсуждать тактику и стратегию борьбы с ними в наших высших эшелонах власти, я просмотрел несколько таких проповедей, прочитанных за последние две-три недели. Три главные темы, которые обсуждались в то время. Первая: все евреи — свиньи и обезьяны. Вторая — все христиане и евреи враги, и наша обязанность — их ненавидеть и уничтожать. И третья — женщины в Соединённых Штатах регулярно делают кровосмешение со своими отцами и братьями, и это — обычная и общепринятая вещь в Америке. Для нас это звучит дико, но для них в этом нет ничего экстраординарного. Это обычная ваххабитская точка зрения…»
Таким образом, читатель, на планете копится немыслимый перепад потенциалов между разными мирами — как между землей и грозовым фронтом. И этот перепад неизбежно разразится чудовищной молнией — глобальной схваткой. Никакая «борьба с международным терроризмом» не поможет: эта беспощадная схватка воспроизводится ежедневно и ежечасно самим устройством нынешнего мира, разницей между развитой и неразвитой частями человечества.
Это, читатель, и есть первый приговор Западу. Население и его бурный рост в самых нищих районах планеты на фоне старения и обезлюдения Запада — вот тот самый мутировавший элемент системы. Это характеристики фазы самоподдерживающейся критичности. Это — запуск алгоритма хаоса. Утрата Западом лидирующих позиций и смещение их на Восток неминуемо вызовут нестабильность, выяснение отношений между новыми силами. И эти силы очень отличаются по ментальности своей от западников. Они гораздо более склонны к применению силы и коварства.
Крах культуры
Такие вот дела, други вы наши…
Но и это еще не все. Как ни удивительно, в конце ХХ века прежде всего на Западе обнаружилось, что не только природа не выдерживает техно-хозяйственной нагрузки на нее. Теперь перегрузок не выдерживает общественное сознание, наступает слом культуры.
Когда-то культура помогала человеку выпутываться из всех сложных ситуаций и суровых «переплетов». Да, были локальные апокалипсисы. Да, цивилизации древнего Междуречья погибли из-за засоления почв, античная Греция потерпела экономический крах, а Рим пережил военно-культурную катастрофу. Но всегда человек преодолевал местные «концы света» и возрождал павшие цивилизации в новом обличье, передавал эстафету развития другим цивилизациям и культурам.
Но вот впервые за всю историю человечества кризис охватил не отдельную цивилизацию или культуру, а весь глобализированный мир. Ему некому передать эстафетную палочку. Сама культура — в кризисе.
Мы уже рассказали, как Сообщество Тени, разъяло культуру, словно труп в морге. «Чужие» разобрали на составляющие язык — словесный, изобразительный, музыкальный. Лишили язык гармонии и на ее место внедрили какофонию психопатического диссонанса. Творение заменили распадом, а созидание — разрушением. Оказалось разъятой на геометрические фигуры и цветовые пятна творящая мир живопись. Из литературы убрали сюжеты, фабулы, характеры, заменив их «потоком сознания», игрой в слова и бесконечно скучным блужданием по описаниям призрачных впечатлений. Даже самое конкретное из всех видов искусств — архитектура — утратила пластику и выразительность, превратившись в инструмент стандартизации и нивелирования.
Что есть символ современной культуры? Да тот немец, который массой выкупал бесхозные трупы на обломках СССР и делал из них мумии, превращая в материал для художественных композиций. На Западе сегодня существует целое направление «фантастики катастроф». В его книгах перед нами проходит череда образов Апокалипсиса, причем совсем не в результате ядерной войны. Джон Уиндем, Саймон Кларк, Стивен Кинг и Дин Кунц — самые яркие писатели жанра. В их романах Земля сбрасывает с себя бремя человечества-потребителя. Крушение цивилизации происходит по разным причинам: то объявляется страшная болезнь, которая косит человеков, словно траву, то на нас обрушивается нашествие растений-мутантов, убивающих людей, то разогрев земной коры и массовая вулканическая деятельность вызывают всеобщий крах. Все чаще гибель мира становится итогом бездумного увлечения биологической инженерией. И всегда хрупкая и сложная цивилизация распадается, а уцелевшие обращаются в жестоких дикарей, что убивают и поедают себе подобных, возрождают самые изуверские культы и предаются необузданному садизму.
Во всех сценариях катастрофы процветает особое искусство. На страницах этих книг художники периода Апокалипсиса не дремлют. Вот один делает стену из бесполезных телевизоров, вставляя вместо разбитых экранов отрубленные головы. Другой рисует фрески на руинах, используя вместо кистей отрезанные человеческие руки, а кровь — вместо краски. Третий выставляет композиции из аккуратно разрезанных пополам тел, а композиция «Материнство» представляет из себя труп беременной женщины с прорезанным в животе окошком…
Но эти фантазии — лишь логическое продолжение художественных замыслов современного постмодернистского искусства, которое вы можете увидеть в страшно модных арт-салонах Нью-Йорка, Лондона и Москвы. Нам запомнилась одна работа: «Человек, который ест мороженое». На этом холсте мы с содроганием увидели человека, который разделен, подобно трупу в анатомическом театре — от него последовательно отслаиваются кожа, мышцы, кости, вскрываются внутренние органы.
Свою лепту вносит и Голливуд, приучивший весь мир к фильмам ужасов. В последние годы «фабрика грез» все чаще и чаще берет за исходный материал грезы маньяков, использует первоклассные художественные средства для проникновения в их внутренний мир. На днях Максим Калашников решил посмотреть американские фильмы, идущие по россиянскому ТВ — и пришел в ужас. В одном показывали, как тонкие прозрачные ножи рассекают животных, как кишки человека наматывают на золоченый ворот, а кричащие от смертельного ужаса женщины тонут в стеклянных кубах, которые заполняются водой. Заставьте себя пересмотреть «Багровые реки» или «Молчание ягнят» — сами многое поймете.
Еще в 1973 году Фред Полак в своей книге «The image of the Future» («Образ будущего») написал о том, что западное разрушение культуры — процесс с далеко идущими последствиями.
«Бессмысленность — изображение нелепого и иррационального как обычного лица человеческого общества. Аналоги с неврозом, наркозом и кошмарами. Отражение распада и непоследовательности в человеческой жизни.
Экзистенциальность — ультрареалистический ответ на вызов нынешних мировоззренческих тенденций. Отождествление искусства с наукой и техникой… Изображение человека как совершенно одинокого, покинутого Богом и всем лучшим в собственной душе.
Порочность — предпочтение болезненного, непристойного и безобразного. Похотливое изображение излишеств и ненормальности.
Демоничность — воплощение сил тьмы и зла. Возврат человечества к скотству: сатана правит бал.
Отрицание — развитие тем хаоса, пустоши и смерти. Образ проклятия и моральной импотенции.
Эти пять оценок можно свести к следующему: современное искусство привело к утрате идеального образа человека. Словом, современное искусство лишает мир привлекательности. Бог мертв, человек в лучшем случае — робот, состоящий из линий, поверхностей, углов и сфер, без жизни и души.
В современном искусстве, по крайней мере в его западном варианте, частично сознательно, а отчасти и нет, разрушен лежавший прежде в его основе идеальный образ будущего. Нынешнее состояние умов не просто антигуманистично — оно открыто антиидеалистично и антифутуристично…» («Мир нашего завтра». Антология современной классической прогностики. — М., «ЭКСМО», 2003 г., с 226–227).