Страница 60 из 65
— Тогда понятно, почему там вертолёт делал. Может он и взорвал?
— Чтобы покончить с собой?
— Чтобы была такая вспышка, должен взорваться большой объём газа. Значит, труба была повреждена, газ вырвался на поверхность. А когда в эту смесь влетел вертолёт, она и взорвалась, — предположил Степанович.
— Похоже, что так и случилось. Значит, скоро сюда понаедут пожарники, газовики, вояки, полиция. А у нас шесть трупаков. Куда их девать? Не хочется, рядом с домом кладбище устраивать.
Я посмотрел в сторону пожара.
— Серёг, а к нам огонь не дойдёт?
— Нет. Ветер не в нашу сторону. Тем более, после прошлогодних пожаров, сделана широкая минерализованная полоса.
— Судя по всему, гореть будет не один час. И приедут сюда не скоро. Трактор у нас есть. Грузим этих в прицеп и выбрасываем вблизи места взрыва. Туда, куда должен дойти огонь. Вместе с их оружием. А когда найдут обгорелые трупы, то решат, что это они повредили трубу и сбили вертолёт. И возможные сообщники на нас грешить не станут. Не придут же они и скажут, что они шли нас убивать и грабить, а не газопровод взрывать, — предложил я.
— Верно. Только надо гильзы все собрать. Вдруг, кто сюда всё равно явится, — добавил Виктор.
— Тогда за дело. Андрюха, заводи трактор.
На пол прицепа постелили полиэтилен, чтобы потом не отмывать доски от крови и загрузили всех. Посмотрели их оружие и не стали ничего забирать. Тем более, один АКМ мог быть где-то и засвечен. Закрыли борта, чтобы трупы не вывалились по дороге. Трактор повёл Андрей, а сел Сергей рядом. Они эти места хорошо знают и лучше их с этим никто не справиться. Мы же, вооружившись фонарями, стали собирать все гильзы, благо настреляли их мало. Связались с Марфушкино и успокоили родных, интересовавшихся, что там за взрыв и зарево над лесом.
Трактор вернулся примерно через час. Сергей рассказал, что к месту взрыва не подъехать, из трубы вырывается десятиметровый факел, а вокруг поваленные деревья. Убитых свалили в чащобу, как можно ближе к эпицентру, перед приближающим пламенем и дождались, пока там не загорелось, и начали рваться патроны. Когда отъехали, появился вертолёт и были слышны сирены машин.
Решили, пока остаться здесь. Вдруг огонь повернёт в нашу сторону. Утром, убедившись, что опасность нам не угрожает, стали расходиться. На базе остался Сергей с Володей. Они местные жители, тем более, оба сотрудники лесхоза. Если кто приедет расследовать, что случилось ночью и заинтересуется причиной, что они тут делают, то им проще объясниться. Договорились, что никого, кроме них ночью тут не было. Проснулись от взрыва и всю ночь не отходили, опасаясь, что огонь подойдёт к дому.
Придя в Марфушкино, завалились спать. Вечером вышел на связь Серёга и сообщил, что приходи двое из его села, якобы так им короче идти за брусникой. За разговором пытались выяснить, был ли кто из пропавших здесь или нет. Интересовались построенным домом, а на самом деле пытались увидеть следы возможной перестрелки. В общем, ушли, так ничего и не выяснив.
Газ в трубе выгорел, началось восстановление. Скорее всего, будет проводиться следствие. Поэтому, решили пару дней сидеть по домам. Тем более, надо готовиться к зиме. Решили закопать глубже и утеплить шланг, по которому насос качает воду из колодца. В основном, будем носить вёдрами. Но в банный день запустим генератор. Воды накачаем и аккумуляторы зарядим. Чем и занялись, иначе от скуки можно помереть.
Но, не тут-то было. Делами, конечно, занялись, тут без изменений. Вот, только мне с Виктором пришлось срочно взяться за другую работу. От Сергея примчался на велосипеде младший сын.
— Дядь Паша, — не успев восстановить дыхание, скороговоркой, боясь не успеть, заговорил он — отец просил передать, чтобы Вы срочно перепрятали подальше всё оружие и патроны. И гранаты, тоже. А также все рации.
— Почему просто не связался по радио, быстрее бы вышло?
— Он сказал, что эфир, наверно, весь на прослушке, вычислят.
— Из-за чего такая паника?
— В деревнях, ближайших к месту подрыва газопровода, начались облавы и обыски. Забирают всё оружие, которое находят, даже зарегистрированное. Обещают, что потом отдадут. Но, это вряд ли. А если находят нелегальное, то забирают того, у кого нашли.
— Чем отец сейчас занят?
— Он с Андреем утащил всё в лес, и закапывают, а меня сюда послали предупредить.
— Кто проводит изъятие оружия, участковые?
— Там все. И милиция, и военные. Вроде, что и иностранцы с ними ходят.
— Спасибо, Володя, что предупредили.
Позвал Виктора и пересказал то, что узнал от Сережиного сына. Быстро стали укладывать в полиэтиленовые мешки и грузить в Ниву, всё оружие, что было в доме. Так же поступили и с боеприпасами. Особо повозились с аппаратурой. Ей придётся лежать неопределённое время в земле. Патроны к гладкостволу, закопанные на бывшем поле, там и оставил. В мешки с аппаратурой и патронами вложили весь имеющийся у нас силикагель. Главный враг для них — это сырость. Загрузили под завязку заднее сидение и багажник. Не забыли и про лопаты. Провозились почти час, пока вытаскивали со всех укромных мест.
Одну рацию со сканером, я всё же оставил. Не в доме, конечно, а в развилке сосны, за огородом. А на другом дереве пристроил пистолет с двумя запасными обоймами. Остаться совсем без оружия и связи не смог.
Виктор поехал в сторону трассы, а потом лесовозными дорогами объехал деревню и углубился в места, которые горели в прошлом году. Там всё изъезжено и перевёрнуто, что найти место, где сделать тайник, не составляло большого труда. А я, взял корзинку и пошёл по деревне в лес, якобы за ягодами-грибами. В условленном месте подождал Виктора. Пока шёл, появилась одна мысль.
— Вить, а давай, пока закапывать не будем.
— Что, угроза миновала?
— Нет, не миновала. Просто не хочется закапывать-выкапывать. Да и вдруг, какой-нибудь грибник нас заметит.
— Что взамен предлагаешь?
— Ты остаёшься в лесу. А то увидят две Нивы, начнут вспоминать, что где-то было упоминание о подобных машинах… И так далее. А это нам совсем ни к чему. Только место выберем укромней. Рацию на приём. Я возвращаюсь в деревню. Не думаю, что с облавой и обыском они будут затягивать. Как появятся в деревне, то на 12 канале я дам три тональных вызова. Ответишь двумя. Как только уедут, то два раза по два. Ответишь тем же и возвращайся в деревню той же дорогой. Если пойдёт всё по-плохому, то «пиликать» буду много, не считая. Или выйду на голосовую связь. Также и ты ответишь, а потом переезжай вот в эту точку, — и я ткнул пальцем в место прошлогодней стоянки пожарных.
— Ты же рацию перепрятал, чем сигналить будешь?
— Ничего, найду момент.
— А если сегодня не появятся?
— Тогда я сменю тебя в девять вечера. Сейчас комаров нет, не пропаду.
Через час я уже был в деревне, с корзинкой, в которой лежали несколько опят. Ещё раз проверил, что ничего не напоминает о наличии оружия. Тут мне на глаза попалась ветошь, которой протирали оружие после чистки. Да и сами средства остались в сараюшке. Ветошь сжёг в бане, остальное пришлось срочно уносить в лес и закапывать под вывернутым комлем сосны. Теперь, вроде и всё.
Потом продолжил заниматься текущими делами, прерванными приездом Володи. А сам постоянно прислушивался — не едут ли машины. Своевременно сработали датчики движения. Но я услышал их ещё за полкилометра до датчиков, там дорога шла на затяжной подъём по песку, и где имелось несколько ям.
Так, как о предстоящем приезде силовиков, были предупреждены все, то никакого испуга никто не показал. Автопарк был однообразный. Два УАЗа, милицейский и военный. Никаких иностранцев среди них не оказалось. Обход деревни начался не с нашего дома, а по порядку. Хотя с ними и был участковый, который прекрасно знал, что у алкашей ничего, кроме пустых бутылок не найдут. В пустые дома не совались. Было видно, что им этот обыск лишь пустая формальность. Проверили у всех документы, покачав при этом головами от удивления, что столько народу живёт в одном доме. Заглянули в погреб, поднялись на чердак. Поинтересовались, не видели ли мы чужих людей в деревне или окрестностях? Получив отрицательный ответ, пошли к соседям.