Страница 40 из 65
Глава 14
На месте ещё раз обдумали план засады. Слабой стороной оказалась маленькая ширина этого лесного языка, всего пятьдесят метров. Поэтому упор сделали на укрепление позиций. Всего их оборудовали три. Напилили брёвен по пять метров, и сложили из них подобие стенки, толщиной в два бревна и высотой в четыре.
В тылу поля, и значит автоколонны, будет четверо с ружьями, включая одного селянина. Второго мы поставили на другом конце поля, перед деревней. Для себя мы тоже оборудовали позиции с обеих сторон дороги, на самой опушке. На пути возможного прорыва машин в сторону деревни, на дороге и по бокам, вбили заострённые колья. Также разбросали брёвна, которые находили по краям вырубки. Собрали все патроны и провели ревизию боеприпасов. К карабину было две сотни штук. Для усиления позиции Сергею отдали Вепря с сотней картечных патронов.
Виктор будет стрелять со своей Сайги. К ней патронов было пятьсот штук. В основном дробь четыре ноля и один ноль. Картечи было по пять пачек. Не густо. Пулевых патронов десять пачек. Пять магазинов на десять патронов. Но зато, двенадцатого калибра было много. У одного тестя тысяча штук. Правда, половина дробовых. Он любит охоту на мелкую дичь, поэтому ими и запасся. А у нас в основном картечь на восемь с половиной. Провозились до темноты.
Вторник, 6 сентября
С утра, прибыли на место пораньше. Проверили сектора обстрела с каждого места, маскировку. За суетой старались скрыть мандраж. Только Сергей и Виктор имели спокойный и деловитый вид. Честно говоря, я побаивался предстоящего. Вести перестрелку охотничьими ружьями против автоматов, заранее проигрышно. Одна надежда на внезапность и то, что приедут «малолетки». Если там окажутся с взрослой зоны, то придётся очень туго.
Закрепили гарнитуры, определились с позывными. Сергей «Первый», а далее против часовой стрелки, исходя из размещения за укрытиями. Я «Второй», далее местный житель, потом Виктор и его тесть. Тот, который ближе к деревне, соответственно, шестой.
Когда подошло время, все уже были на своих местах. Послышался шум двигателя УАЗа. Скорость небольшая, дорога была хоть и гравийная, но с ямами. Первым ехала «буханка». Внутри было видно человек пять-шесть, в том числе две женщины. Это оттуда был слышен женский визг и смех. Возраст не определить. В корейском паркетнике «Санта Фе» сидело четверо, все молодые. В Ниве трое. В Фокусе четверо. Всего шестнадцать-семнадцать человек. Если отнять двух женщин, то остаётся по трое на каждого. На выезде из леса УАЗ прибавил скорость. Когда он доехал до бревна, лежащего на дороге, последняя машина была ещё в лесу. Поначалу, он попытался переехать бревно, но не удалось. Потом он, сдав назад, решил объехать слева, но напоролся колесом на не видимый в высокой траве кол. «Кореец», в свою очередь, свернул вправо и тоже напоролся. Матерясь, из обеих машин вылезли водители и присев, стали разглядывать повреждения. К ним присоединились с других машин. Оружия ни у кого не видать. Впрочем, пистолеты могут и в карманах курток держать. Прошлись немного вперёд, смотря под ноги. Выдернули несколько кольев. Оттащили два бревна. По жестам можно было догадаться, что собираются объезжать справа.
Вернулись к паркетнику. Что-то стали объяснять сидящим внутри. Значит их главарь в ней. По плану, Серёга начнёт стрельбу с выстрела в главаря. Для этого, ему нужно его вычислить. Теперь нужно ждать момента, когда он выйдет из машины. Или он собирается сидеть в ней, даже когда будут менять колесо? Я с селянином, которого зовут Василий, был справа от дороги. Виктор с тестем — слева. До ближайшего авто было тридцать метров, до дальнего — восемьдесят. Дальше отпускать их нельзя, эффективность ружья сведётся к минимуму. Иначе вся тяжесть боя ляжет на Серёгин карабин, а с его боезапасом долго не продержаться. С Нивы и Форда начали понемногу выходить пассажиры. У двоих автоматы с деревянными прикладами. Магазины пристёгнуты.
— Третий — Второму.
— Третий на связи.
— Когда начнётся, валим этих, с автоматами. Мой — в кепке, твой — без неё.
— Понял, Второй.
Тем временем, народу снаружи прибавилось. С УАЗа вышли все бабы и двое мужиков. Автомат только у одного.
— Четвёртый — Пятому, этого, в чёрной куртке, беру на себя.
— Понял, Пятый.
Водители начали устанавливать домкраты. Наконец, из «Санта Фе» вылезли все пассажиры. У всех были АКСы. Кто из них главный, не понять. Но эти явно не с «малолетки». Тут прозвучал выстрел и одного из троицы отбросило. Тут же мы выстрелили по своим целям. «Мой» упал, но потом вскочил. От второго выстрела уже не поднялся. Цель соседа успела отреагировать и спрятаться за Форда, пальнув очередью куда-то вверх. Но Сергей попал ему в спину, и он уткнулся в землю. Двое из троицы, где был главарь залегли и стали поливать очередями позиции Сергея. Кто-то подобрал автомат у убитых и стал стрелять в нашу сторону, ведя огонь из-за машин. Пётр Степанович добил свою цель. И они с Виктором стали стрелять по тем, кто залёг без автоматов, не давая им приблизиться к машинам, где возможно лежит оружие. С их стороны раздались несколько выстрелов из пистолета.
Совершенно упустили из виду водителей. А зря. Из УАЗа они вытащили автоматы и стали поливать наши укрытия огнём. Мы едва успевали перебегать от одного к другому. Сверху сыпались листья и хвоя, падали срезанные пулями ветки. Во время одного такой перебежки, пуля, срикошетив, попала в бедро Василия. Он дополз до укрытия и спрятался за стенкой. В горячке я этого не заметил. Только спустя минуту, обратил внимание, на упавший темп стрельбы слева.
— Третий — Второму.
— Я Третий, слушаю, — сказано было изменившимся и тихим голосом.
— Что с тобой?
— В ногу, заразы, попали.
— Четвёртый, Пятый. Я к третьему. Отвлеките.
— Поняли, Второй.
Как только они открыли беглый огонь по автоматчику, я бросился к Василию. Он лежал на боку, вся правая штанина пропиталась кровью. Из разгрузки вытащил индивидуальный пакет и жгут. Разрезал вдоль штанину и осмотрел ногу. Цвет и напор крови говорят о том, что артерия явно не задета. Выходного отверстия нет. Кость, тоже цела. Пока забинтовывал ногу, автоматная стрельба усилилась, и раздались женские крики.
— Второй, Третий! Они пошли на прорыв в вашу сторону!
Выглянув из-за брёвен, я увидел, что на нас бегут бабы и визжат во весь голос. Прячась за ними и пуляя очередями веером по кустам, бегут двое. Один прихрамывает. Одна женщина упала, видимо словила картечь. Василий высунул ружьё справа укрытия, я переместился влево, успев полностью снарядить помпу. Одного бежавшего подстрелил Сергей. Это было видно по тому, как тот растянулся вперёд, словно получил пинок в зад. Я начал посылать заряд за зарядом во второго автоматчика. Василий в это время попал по второй женщине, и теперь она пыталась доползти до леса. Где-то с моего третьего выстрела упал второй с автоматом. Я успел перебежать к другому укрытию. Но упавший снова открыл огонь. Правда, стрелял он по старой позиции. Я хорошенько прицелился и выстрелил в него один за другим всеми оставшимися патронами. Ответного огня не последовало. Прислушался. Стрельба велась только из одного автомата и пистолета.
— Первый — Второму. Как у тебя?
— Двое попрятались в траве за брёвнами, да ещё переползают. Плохо видать, не могу достать.
— Говори, что нам нужно сделать.
— Надо заставить их вскочить.
От нас до бандитов сто метров. Приблизиться ближе? Нет, выходить из-за укрытия не хочу. Но чувствительно «ужалить» дробью и картечью сможем.
— Четвёртый, Пятый — Второму.
— Слушаем.
— Вам видно, где прячутся те двое стрелков?
— Не уверены. «Буханка» мешает.
— Сможете незаметно и осторожно перебраться к нам?
— Вполне.
— Давайте, если что, прикрою.
Через минуту услышал:
— Второй, мы пошли!
Перебежка через дорогу прошла без происшествий. Собравшись вместе, решали, как их заставить подставиться Сергею. Решили одновременно открыть огонь со всех стволов. От такого дождя картечи и дроби не скрыться. Если не убьёт, то ранит обязательно. Значит, попытаются поскорее уйти из-под огня.