Страница 27 из 65
«Вот тут я не понял, для охраны специалистов или объектов газоснабжения направляют военных? Как говорят в Одессе, это две большие разницы».
Далее перечислялись всякие нападения на американцев, пограничные конфликты, демонстрации у посольств и забастовки.
Вернулся обратно. Да, жаль, что больше нет первого слайдера. Сам виноват, надо следить за зарядкой. Хотя, как он сказал, там радиомаяк, всё равно бы нашли.
Когда собралась семья в полном составе, стали решать, что делать и когда выезжать в деревню. То, что других вариантов нет, все согласились. Дело только в сроках. Приняли решение выезжать в воскресенье рано утром. Завтрашний день посвятить сборам и консервации квартиры, на время нашего отсутствия. Шансов, что сюда вернёмся, у меня нет, но домашних лучше не расстраивать.
Предварительно вытащили из отключенного холодильника все скоропортящиеся продукты. Выносить пришлось на улицу в бункер. Не хотелось бросать в мусоропровод, чтобы в нём всё сгнило, есть подозрение, что мусор перестали вывозить.
Суббота, 13 августа
Целый день занимались подготовкой к отъезду. Тяжелей всего пришлось жене, решить, что забрать с собой, а что бросить. Машины не резиновые, а прицепа нет. На Ниве и Дефендере на крыше есть багажники, но и городить Эверест не следует.
Для начала определились, взять то, чего нет в деревне. Этим оказалась одежда, в первую очередь зимняя и обувь. Вот это и стали откладывать. Но женщины чересчур увлеклись и половину горы составили платья, маечки, туфли на высоких каблуках и босоножки. Пришлось разъяснить, что это точно там не пригодится. Разрешил взять по паре подобных вещичек, чтобы не сильно переживали. Зимнюю обувь отобрали всю. Из одежды выбрали в основном из натурального сырья. Не удержались и добавили по два комплекта постельного белья, самого нового. Потом настал черёд личного белья. Решили забрать все, благо по объёму вышла одна коробка. Само — собой, перед укладкой в коробки, всё упаковывалось в полиэтиленовые мешки и заматывалось скотчем. Одну коробку отвёл под всякую косметику-парфюмерию, безделушки, игрушки и подобную мелочь.
Продуктов оказалось не много, благо, всё закупленное уже отвёз. Батоны сырокопчёной колбасы и охотничьи колбаски разделили поровну и уложили в рюкзаки. Ещё раз проверили, что не оставили никаких документов, денег, ювелирных украшений и всего, более-менее ценного. В гостиной стояла стенка, которую собирались в скором времени поменять на современную мебель. Снял все дверцы и полки, прикрутил их саморезами изнутри к пластиковым рамам, «заколотил» таким образом, все окна.
На всякий случай, решил обеспечить сохранность некоторых вещей. Поставил столы и стулья посреди самой большой комнаты, сложил на них всю оставляемую аппаратуру, постельное бельё, одежду, укрыл полиэтиленом и тоже обвязал скотчем, дабы избежать последствий от протечек сверху при размораживании труб.
Воскресенье, 14 августа
Закончил все приготовления, легли спать пораньше.
Поднялись в три часа. Позавтракали основательно, сварили оставшиеся яйца, наготовили бутербродов, разлили воду в маленькие бутылки, чтобы пить по дороге. Баллоны с водой тоже решил оставить. Вдруг доведётся вернуться. Закрыл все краны в стояке. Потом я слил воду из сифонов в мойке и раковине, выгнал вантузом из ванны и унитаза. Затем залил туда антифриз, а сверху налил растительного масла. Домашние с интересом наблюдали за этими манипуляциями.
— Тосол, понятно, а масло, зачем в унитаз и остальные места вылил? поинтересовалась жена.
— Масло не даст ему испариться, и гидрозатвор не пересохнет. А то вони с канализации будет, мама не горюй!
Пошёл к электрощиту. Выключил все автоматы. Наконец, все сборы закончили. Взяв рюкзаки, ружьё, пошёл с женой на стоянку, наказав сыну спускаться с рюкзаком и Вепрем, как только увидит в окно, что мы подъехали. Стоянка рядом, три минуты ходу. Завели и поехали к подъезду, хорошо, что многие разъехались, иначе негде было встать. Подождали, когда спустится сын. Велели ему сидеть в Дефендере с пристёгнутым к Вепрю магазином и охранять две машины. Особо любопытных и назойливых, если таковые найдутся, отогнать выстрелом вверх. А если не поможет, то по ногам.
Затем началось самое трудное. Подниматься без лифта на четырнадцатый этаж, потом спускаться с грузом и снова вверх. Перед последним спуском, обошли всю квартиру, убедились, что ничего не забыли, погасили свечи. Закрыл дверь и, вставив заранее подпиленные ключи, обломил их в личинках замков.
— Ты зачем это сделал? Как же мы снова попадём в квартиру?
— Как-нибудь попадём, а вот остальным, делать здесь нечего.
Спустились с последней поклажей и принялись за укладку. Одежду, обувь, противогазы, ОЗК один баллон с водой, в общем, не самое ценное — закрепили на крыше и укрыли чёрной плёнкой. У дома подобным занимались ещё несколько человек, и с тревогой оглядывались по сторонам. Ещё бы, когда видели, что я так и хожу, не снимая с плеча помпу, висящую стволом вниз, а они без всего. Когда закончили, уже рассвело. Стали распределяться по машинам. Жена за руль Нивы, сын с Вепрем рядом. Я на Дефендер, дочь с пневматическим пистолетом тоже рядом.
На задних сидениях уложены вещи. Договорись, что я еду впереди. В случае, если будем вынуждены бросить машины и убегать пешком, то решено взять из авто только тревожный рюкзак и оружие. Всем раздал рации, велел надеть гарнитуры. Договорились о позывных, каналах связи, основном и запасном. Чтобы в случае чего, стреляли на поражение без раздумий, после того, как скомандую.
Разместились по местам. Установил и подключил к прикуривателю навигатор, радиостанцию. Посмотрел ещё раз на подъезд. Не знаю, удастся ли вернуться сюда или нет. Но то, каким он будет выглядеть в будущем, через 11 месяцев, я помню.
Глава 10
Заманчиво было бы проделать путь до Горьковского шоссе по МКАДу, порядочно можно сэкономить времени и горючего. Подъехали и остановились перед развязкой, так, чтобы видеть оба направления. И увиденное там, совсем не обрадовало.
Кольцо стояло в глухой пробке в обе стороны. Некоторым счастливчикам удавалось протиснуться и съехать с него. В двух местах, поднимался чёрный дым, вероятно, горели машины. Половину ширины дороги занимали фуры. Они, то и не позволяли съехать по большинству съездов-заездов, которых в этом месте было целых двенадцать. Автомобили, судя по всему, стояли давно. Множество людей вышли из них. Одни стояли рядом, другие прохаживались вдоль, чтобы посмотреть, «что там за подъемом, тронулись или также стоят»?
Что же, «мы пойдём другим путём». Развернулись и поехали по Пятницкому шоссе.
Широкая дорога быстро превратилась в узкую, по одной полосе, в каждую сторону. Не мы одни такие умные оказались, кто решил с утра пораньше свалить из города. До поворота на Малое Московское кольцо, а по-простому: на Малую бетонку, всего тридцать километров. Ехали не спеша. Не потому, что не торопились, а потому, что так ехал весь поток, обгонять не получалось. На редких заправках обречённо ждали топливо те, кто не следил за уровнем в бензобаке.
Перед мостом через Большое железнодорожное кольцо, на обочине стояли Жигули четвёртой модели. На багажнике были привязаны тюки и коробки. Недалеко горел костерок, обогревая двух женщин с детьми, а пожилой мужчина стоял у машины с канистрой и с безнадёгой смотрел на проезжающие автомобили.
— Внимание! Останавливаемся у Жигулей, — произнёс в рацию и включил правый поворотник. Остановился метров через десять, после машины.
— С машин не выходить.
Вышел, не забыв повесить помпу на плечо. Мужчина, на вид уже пенсионер, с тревогой уставился взглядом на ружьё. Подошёл к нему и поздоровался:
— Здравствуйте. Как я понял, бензин закончился?
— Да, ещё ночью.
— И, что, никто не остановился?
— Пару раз остановились. Но у одного был бензин не для нашей машины, заправлять не стал, боялся угробить двигатель. А второй за канистру просил обручальные кольца и серёжки жены и дочери.