Страница 53 из 66
— Делайте, как знаете… Места всем хватит.
Расспросы о том, что с ним и его товарищем случилось, отложили на потом. А пока пошли осматриваться дальше и выбирать место для ночлега. Остановились на спальном помещении, самом меньшем. Матрасы и остальные постельные принадлежности брать не стали. Затхлый запах свидетельствовал об их долгом лежании в не проветриваемом помещении. Проверили, насколько хорошо заблокирована дверь, ведущая наверх. Но, судя по тому, что следов от попыток взлома не нашли, значит никто из тех, что стреляли в МЧСовцев, за ними не последовали. Или они заблокировали и предыдущие двери.
Николай сходил ещё раз посмотреть, как там раненый. Но тот спал. Они тоже не стали затягивать с этим делом и заснули почти сразу. Только Олег, долго ворочался. Не мог забыть вида убитого, трупный запах и чёрную ногу раненого. Но и он, наконец поборол бессонницу и уснул.
Проснувшись утром, впрочем на часах было час дня, но под землёй они жили не по дневному времени, первым делом обсудили создавшуюся ситуацию.
— Надеюсь, все понимают, что мы не можем здесь оставить раненого, хоть и безнадёжного? — спросил Николай, обводя взглядом товарищей.
— А что, у тебя есть сомнения? — возмутился таким вопросом Олег, засопев и надувшись от возмущения.
— Не кипятись… Я должен был спросить и получить ответ. Так, как здесь нет ни начальников ни подчинённых и каждый волен поступать, как считает нужным.
— Чем мы можем ему сейчас помочь, в смысле, хотя бы облегчить его состояние? Есть у нас подходящие медикаменты? — задал конкретный вопрос Борис.
— Нужны обезболивающие и антибиотики. Из первых у нас только таблетки, но в его состоянии от них толку мало, нужны уколы. Я посмотрю, может в убежище есть какие-нибудь. Даже хоть и просроченные. Ладно, пошли к нему.
Он уже не спал. Николай сменил повязки на ранах. Если рука не вызывала тревогу, то с ногой всё было наоборот. Чернота расползалась выше. Сам раненый тоже выглядел хуже, чем вчера. Лоб был весь в испарине, да и сам он был горячий. Во время перевязки тоже бросил взгляд на ногу и отвернулся. На глазах выступили слёзы.
Борис с Олегом снова принялись готовить еду на примусе. Но завтракали без особого аппетита, на всех давила атмосфера неопределённости. Они понимали, что не смогут уйти, оставив раненого. Выпив таблеток, Олег почувствовал себя немного лучше.
— Олег, как отсюда можно быстрее и проще выбраться? — спросил Николай, перебирая аптечку, найденную здесь в шкафу.
— Когда хотите уйти?
— Никуда мы не хотим уходить. Есть два варианта. Первый, мы на носилках поднимаем тебя наверх и едем в ближайшую больницу.
— Нет, так не пойдёт. Вдруг попадёмся на глаза оккупантов, а они заинтересуются раненым в форме, а это крайне нежелательно.
— С этим не проблема. Переоденем, а ранение объясним нападением бандитов.
— Нет, мне уже всё равно, а рисковать вами я не хочу.
— По второму варианту, кто-нибудь один, а лучше двое, приводят врача сюда.
— Думаете его легко найти?
— На каждом углу есть медицинские центры. Не думаю, что они устроили забастовку в знак протеста против оккупации, — вставил реплику Борис.
— А если не согласится идти добровольно, пойдёт под конвоем, — добавил Олег.
— Как видишь, вариант вполне реализуемый. Тут, ты даже помешать не в силах, — подытожил Николай.
— Тогда вам придётся держать его здесь, пока я помру или «бритвой по горлу и в колодец», — закончил он, усмехнувшись.
— С чего такие строгости?
— Придёт время помирать, рассажу.
Борис решился сменить грустную тему и спросил его:
— Олег, что всё-таки случилось? Третья мировая война?
Тот ответил не сразу, собираясь с мыслями.
— Я могу только говорить только то, что знал за тот период, пока не оказался здесь. С напарником…, — тут он замолчал, а потом продолжил. — С тем, который умер уже здесь, были на дежурстве. О том, что на Чукотке тактическим ядерным зарядом уничтожили всю Российскую верхушку, мы узнали только через полчаса. Видимо крылатыми ракетами, стартовавшими с подлодки и с близкого расстояния, уничтожили тамошний комплекс ПВО, а потом и главную цель. Соответственно, раз ракеты не выходили в космос, то орбитальная группировка и наши РЛС раннего обнаружения не смогли засечь старт. Но когда зафиксировали вспышку, то время ушло на анализ того, что же там произошло. Да и команда на ответный удар не поступила. Ни от Главнокомандующего, ни от министра обороны.
— А разве не предусмотрен резервный вариант?
— Я не посвящён в то, кем или чем даётся приказ на ответное применение ядерных сил. Но, полагаю, такой вариант существует…
— И что, наши долбанули по Америке? — воскликнул Олег.
— Откуда было знать, кто выпустил ракеты? Разве только мы и пиндосы имеем подлодки с ядерным оружием? — ответил за него Николай.
— Да и не обязательно её иметь, чтобы выпустить ракеты, — высказался Борис.
— И как ты собираешься тогда их доставить ближе к цели? — не унимался Олег.
— Да хотя бы на рыболовном или торговом судне. Пока судно не зашло в порт, никто не знает, чего там у него за груз. Даже может зайти в территориальные воды, сославшись на поломку чего-нибудь. В посланной радиограмме можно написать что угодно.
— Не поверю, что огромную ракету можно спрятать на торговом, а тем более, на рыболовном судне.
— Не надо никакой огромной ракеты. Для того, чтобы уничтожить комплекс ПВО и здание Администрации, достаточно тактической ракеты ближнего радиуса действия и ядерного заряда в пару килотонн. А такую ракету легко разместить даже в морском контейнере. Или даже гаубицу.
Олег начал было высмеивать Бориса, но вмешался эмчеэсовец.
— Тёзка, ты не прав. Такой боезаряд вполне помещается в стандартный контейнерах и фурах… Это я точно знаю. Так, что в его словах, возможно и кроется истина. А заиметь такой боеприпас теоретически может и не ядерная страна. А доставить к цели мог любой теплоход. И не обязательно должен ходить под флагом именно той страны. Вполне возможно, что приписан он к Камбодже, а то и вообще, Монголии…, — длинная фраза тяжело далась Олегу и он замолчал. Потом собрался с силами и продолжил. — Могли и Штаты. Не будут же они взрывать мощную бомбу у себя под боком. Иначе радиоактивные осадки выпадут на Аляске…
Потом продолжил:
— Так вот. Про ответный удар не скажу, не знаю. В открытой информации было много противоречивого. А другой не имелось. Генштаб только и успел объявить, что в связи с невозможностью президента или премьера исполнять обязанности Главнокомандующего, эти функции возлагает на себя…
— Так, допустим, первый удар нанесла неизвестная страна. А по плотинам, Москве, ракетным базам на территории страны должно было стать известно? Ведь им лететь издалека.
— Да, тут они и не скрывали, что это их, натовские ракеты. Но в ответ на нанесение Россией авиаракетных ударов по территории стран Северо-Атлантического договора.
— Значит, наши им всё-таки всыпали! — обрадовался Олег.
— Извини, тёзка. Чего не знаю, того не знаю… Может и ударили по ним, а может они сами что-нибудь подорвали для наглядности. Всем известен пример того, что обе мировые войны начались с провокаций. А началась ли Третья мировая или всё ограничилось Европой — не знаю…
— Кто и почему напал на вас?
Олег не спешил отвечать. Пауза продолжалась минуты две. Борис не стал повторять вопрос, понимая, что ему совсем не хочется вспоминать те события, которые привели его в итоге под землю, где придётся остаться навсегда, как и его товарищу. Это можно было догадаться по его лицу, на котором отражались трагические воспоминания. Наконец, выпив несколько глотков воды, он начал говорить.
— О том, что разрушена плотина Яузского водохранилища, мы узнали до того, как стало известно о событиях на Чукотке…
— Разве на Яузе есть водохранилище? — перебил его Борис.
— Это не наша Яуза, а та, что в Смоленской области, выше города Гагарина. Так, вот. Нам передали, что был звонок от местного жителя о прорыве плотины. О том, что её разрушили крылатые ракеты, ничего не сообщалось. Начали перепроверять…