Страница 51 из 66
Николай взял фомку и стал простукивать её бетон у концов балок. Сначала снизу, потом, взобравшись на кучу вынутой земли и кирпичей, сверху. Проделал это несколько раз, пытаясь уловить разницу в звуке. Наконец определился и взяв в руки инструмент, приступил к расковыриванию вокруг верхнего конца ближней к краю балки. Вместо бетона, там оказался не очень твёрдый материал, возможно гипс с песком.
Борис, затаив дыхание, следил за работой. Он не участвовал в работе только по той причине, что на куче грунта место было только для одного. Но и стоять без дела, тоже не пришлось. На нём лежала забота о том, чтобы Николаю было достаточно света. Наконец, тот закончил вытаскивать отбитые куски раствора и попытался засунуть руку за торец балки. Для это ему даже пришлось встать на цыпочки, но всё равно, дотянуться до нужного места не удалось. Тогда он слез с кучи и они вдвоём стали накидывать на неё всякий хлам, который находили.
Когда высота подросла на полметра, Николай снова взобрался на неё и просунул руку.
— Есть! — крикнул он радостным голосом. И вынул руку, в которой держал за верёвку какой-то свёрток.
На конце верёвки был железный крюк, которым он держался за край балки, чтобы свёрток не соскользнул вниз. Между балкой и бетонной поверхностью была пространство, которым и воспользовались для устройства тайника. Николай передал свёрток Борису и стал слазить с кучи мусора. Клад оказался маленьким и очень тяжёлым, килограмма два, не меньше. Был он сантиметров двадцать в длину и семь-восемь в ширину. Подобрали кусок валявшейся фанеры и стали на ней разворачивать находку. Под шёлковой тканью было несколько слоёв промасленной бумаги. Дальше оказались две «колбаски» из ткани. Когда развязали ремешки, то из них посыпались мелкие жёлтые монеты. Вздох разочарования вырвался одновременно у обоих.
— Я-то ожидал, что действительно найдём сокровища Фаберже, а тут заурядный клад с монетами, — разочаровано сказал Борис.
— Признаться, и я ожидал большего. Но при всём при этом, перед нами лежит его золото.
— Да тут какая-то мелочь. Сам посмотри, монеты по десять рублей… Это что, и есть те самые царские червонцы?
— Да, это они.
— А почему они такие маленькие, как наш рубль? А вот ещё… Смотри «5 рублей» написано. Разве были такие?
— Были, раз ты в руках держишь.
— Ты смотри что я ещё нашёл! «15 рублей», а вот «7 рублей 50 копеек»… Это что, насмешка такая? Никогда про такой номинал не слышал…
— Сам первый раз вижу такие. Значит чеканились и такие, но может меньшим тиражом. Может поэтому про них мало кому известно было.
— Ты обратил внимание, года-то разные. А это что за чудо!? — и он протянул монету Николаю.
Да, было чему удивиться. Эта монета была больше и тяжелее остальных. Удивило главным образом то, что она была сразу двух номиналов: «100 франков» и «37 рублей 50 копеек». На обороте всё тот же портрет Николая II, как и на остальных монетах. Может фальшивые? Но фальшивки делают взамен настоящих. Значит такие монеты были на самом деле.
— А это что за гадство? Кто-то испортил несколько монет, вот с…и! — и Борис одну монету кладёт в ему в руку.
На нижней половине головы Николая был выдавлен восьмиугольный штамп с надписью: «Низложение дома Романовых. Мартъ 1917». Вот, оказывается как Временное правительство нашло выход. И царя сняли и деньги отменять не пришлось.
— Значит, клад точно принадлежал Фаберже. После Февральской революции, как я говорил, некоторые состоятельные господа понесли ему на сохранение свои сбережения. И они, и он сам понимали, что впереди ничего хорошего ждать не приходиться. Стали переводить свои наличные и снятые со банковских счетов деньги золото и драгоценности. А государство с началом войны прекратило обмен ассигнаций на золотые монеты. Поэтому только у частников и можно было их купить. Вот почему разные номиналы и года, а также…
Тут заговорила рация. Тревожным и торопливым голосом Олег сообщил, что слышит выстрелы в той стороне, откуда они пришли. Ответив, что уже возвращаются, быстро сгребли находку и похватав вещи, поспешили вниз, даже не став тушить огарки свечей, скоро сами погаснут, да и загореться там нечему.
Олег уже стоял с надетым рюкзаком и перетаптывался с места на место, тревожно вглядываясь в темноту тоннеля. Отчётливо были слышны одиночные выстрелы. Судя по звукам, стреляли из ружей.
— Гасите фонари! — распорядился Борис и включив ПНВ, стал запихивать в большой рюкзак то, что брали с собой. Забрасывали рюкзаки за спину уже на ходу.
— Мы что, на выручку не пойдём? — споткнувшись обо что-то спросил Олег.
— Знать бы кого выручать, — ответил Борис.
— А если понаблюдать со стороны?
— Там и спрятаться негде. Шальную пулю словить проще простого. Да и что там можно понять в темноте и на расстоянии.
Дальше шли молча, не забывая внимательно осматривать тоннель. Выстрелы стали слышны реже и слабее. Дверь, которую они увидели, они бы не пропустили при всём желании. Её не маскировали. И замка на ней не было, а только обычные «задрайки». Ожидая обнаружить за нею банальную кладовку, они поразились контрасту. За дверью оказался шлюз. Вторая дверь была со штурвалом, но тоже без замка. Под потолком висела камера наблюдения и два датчика. Вернувшись в тоннель, Николай внимательно осмотрел пространство вокруг двери. Но ни датчиков ни камеры не обнаружил. Обескураженный, он почесал затылок. Что-то не так. Ещё раз, более внимательно осмотрел стену. Но снова безрезультатно. Отвернувшись от неё, чтобы обдумать, как так может быть, он увидел то, что искал. Но только на противоположной стене. Камера и датчики были расположены в технологических отверстиях тюбингов. Теперь всё сходится.
Он позвал друзей и показал им обнаруженную аппаратуру.
— А она в рабочем состоянии? Чего-то я не вижу горящих светодиодов, — произнёс Олег, осматривая стену.
— Может тебе ещё табличку повесить, как в магазинах, о том, что в тоннеле ведётся видео наблюдение?
— Тогда, если всё здесь рабочее, скоро должны появиться ребята из ФСО или ФАПСИ?
— Может и такое случиться. Предлагаю отойти в сторонку и подождать минут пять. Тем более, стрельбы больше не слыхать, но фонари не включать. Олег, на тебе наблюдение за тоннелем, вдруг кто-то появиться, да ещё без света, — распорядился Николай.
Отошли метров на десять от двери в ту сторону, чтобы и не оказаться под обзором камеры. А чтобы их увидеть, нужно было бы распахнуть дверь полностью или выглянуть из-за двери. Рюкзаки не снимали, только достали по шоколадному батончику и воду. Перекус, хоть и в таком виде, не помешает. Оружие, правда сняли с предохранителя и у гранат немного отогнули усики.
От батончика, как ни странно, аппетит разыгрался ещё сильнее. Захотелось что-нибудь мясного и горячего. Отмеренное время вышло, но так никто и не появился.
— Если гора не идёт к Магомету, то…, — в общем, всем подъём! — скомандовал Николай.
Первым делом заблокировали за собой дверь, чтобы никто больше не смог зайти снаружи. За второй дверью оказался лифт! Вернее, двери лифта. Обычного, как в панельных домах. Но только выполненные из крашенного металла. Вместо кнопки была личинка замка. Борис привычно достал инструмент и стал колдовать. Но очень быстро бросил это дело, признав, что ему это не по зубам.
— Здесь нужно иметь профессиональную отмычку, а не гвоздики, как у меня.
— А может просто отжать двери? — спросил Олег, доставая фомку.
— А толку, если он обесточен.
— А если нет?
— Погоди ломать, — остановил его Борис. — Я когда-то видел, как проводят крючком выше двери и половинки расходятся.
Найдя у себя подходящий материал, он сделал крюк, просунул его в щель и стал протаскивать его туда-сюда. Наконец, он за что-то зацепился. Дёрнув сильнее и двери разошлись. Вырвавшийся было радостный крик тут же стих. Кабины не было. Борис просунул голову внутрь шахты и посветил вверх и присвистнул от удивления. Олег с Николаем раздвинули двери пошире и тоже задрали головы. Далеко вверху, куда едва добил свет от налобника, находилась кабина лифта. Прикинули расстояние. Получилось метров пятьдесят, не меньше.