Страница 17 из 66
Стали совещаться. Заманчиво, конечно было бы, проверить всё, но цель у них была выбраться наверх. Этот фактор перевешивал все остальные, даже и интересные в плане исследования московских подземелий. Следовало учитывать реалии военного времени. Тем более что и в мирные годы, такое любопытство иногда приводило к трагическим последствиям. Выбрали ход, начинавшийся на потолке. Николай повернул штурвал и, упёршись плечом, толкнул люк вверх. Затем высунулся в него по пояс и осмотрелся. Потом вылез в него полностью и, включив фонарь, позвал остальных. Поднявшись вслед за ним, они задраили люк. Тоннель, в котором они оказались, уходил вправо, относительно нижнего тоннеля. Больше никаких дверей в нём не было. Не задерживаясь, они пошли по нему. Несколько раз тоннель поворачивал вправо-влево. Прошли через ещё двое дверей. Потом оказались в тупике. Только люк в полу.
Снова повторилось прослушивание и открывание штурвалом четырёх рычагов. Опять погасили фонари. Взявшись за ручку, осторожно открыли люк. Внизу была чёрная пустота. Включили ПНВ. Присмотревшись, увидели слева стены тоннеля со скобами, кучу кабелей. Борис полез первым. Скоб-трап, по которому он спускался, находился в каком-то закутке, между закрытым гермозатвором с приводом и железным шкафом, вероятно, электрическим. Под ногами были рельсы и шпалы. М-да, вернулись в метро. Только, вот на какую линию? Впрочем, прошли они мало, метров четыреста.
Когда спустились остальные, стали гадать, где они оказались и куда идти дальше. Сначала, осмотрелись вокруг. Никого не видно. Тогда снова включили фонари и стали детально обследовать место, в котором они оказались. Рельсы блестели. Значит ветка действующая. Потом Борис увидел в стене открытую решётчатую дверь.
— Мужики, я уже был здесь вчера, — Олег и Николай, стоящие поодаль, обернулись.
— Ты уверен?
— Конечно. Вон палка, с которой я гвоздь вытащил, чтобы замок открыть.
— И что там за перегородкой?
— Затопленный тоннель к Парку Культуры.
— Значит, в соседнем тоннеле стоит наш поезд. А в нём сидят и ждут помощи пассажиры, которые не пошли за нами, — как бы размышляя с самим собой, проговорил Николай.
— Может, пойдём к ним, поможем выйти? — предложил Олег.
— Как мы им поможем выйти, если сами не знаем дороги? — возразил ему Николай.
— Через ту вентшахту, что и остальных.
— Ты уверен, что её не взорвали?
— Мы бы это услышали. Но можно сходить проверить.
— Если честно, то лезть в воду после того, как только совсем недавно обсох, совершенно не хочу. Даже, если шахта не разрушена, там стоит охрана.
— Можно с ними поговорить, чтобы пропустили. Они что, звери, не войдут в положение? Выведем людей, и пусть взрывают, что хотят.
— Олег, не забывай, что для них главное, чтобы никто не знал, что они там есть. А им известно, что мы знаем. И светиться перед ними, нам чревато. Тем более, с оружием, отобранным у них.
— А если нам не попадаться им на глаза?
— Как это?
— Доведём людей, как можно ближе, а там они уже сами.
— Сомневаюсь я, однако. Тем более, они больше суток ничего не ели.
— Так, в чём дело? Пошли, накормим, — сходу предложил Николай.
— Им, в первую очередь нужна вода. Её у нас всего литр. Подерутся из-за неё, — скептически отреагировал Борис.
— Скажем, что по дороге напьются. В санузлах, ты говорил, есть вода?
— Так она не кипячёная!
— Ерунда. Я опасаюсь, как бы они не стали пить ту, которая в тоннеле стоит.
— Хорошо, пошли. Если, там ещё кто остался.
— Да, куда они денутся, — и с этими словами, Николай пошёл первым. Остальные последовали за ним.
Через пять минут, пригнувшись, они выходили из поперечного тоннеля. Первое, что они почувствовали, это запах гари. Воняло тряпками, пластмассой и ещё какой-то химией. Потом они увидели два костра, недалеко от состава, и несколько человек, сидевших вокруг огня. Кто-то из них, первым увидевший свет от фонаря, вскочил и завопил:
— Ура! Спасатели пришли, ура! — и побежал им навстречу, спотыкаясь и падая. Его крик подхватили ещё несколько человек. С вагонов, плача, тоже стали спускаться люди.
Борис подошёл к костру, в котором увидел остатки сидений из вагонов. Им ещё повезло, что поезд состоял не из новых вагонов с металлическими диванами. Он поочерёдно осветил себя и напарников.
— Мы не спасатели, посмотрите и вспомните. Мы тоже с этого поезда.
— Но у вас снаряжение и оружие, — уточнил полный мужчина, стараясь не обращать внимания на галдёж, стоящий вокруг.
— Наверху иногда стреляют, это подобрали по случаю.
— А где те люди, которые с вами ушли? — заинтересовалась одна из тех, что ни в какую не хотела идти со всеми.
— Дома, наверно. Они поднялись наверх, а кто куда пошёл, нам не доложили.
— А вы тогда, почему вернулись, чтобы нас вывести? Почему не спасатели?
— Не смогли дозвониться до них, связи нет. А, вернулись, потому, что так получилось. У нас есть немного еды. Сколько всего людей в поезде?
— Человек пятнадцать…, может двадцать. Двое или трое ушло куда-то. А вода у вас есть?
— Всего одна бутылка.
Николай снял рюкзак, развязал и стал доставать из него банки. Олег и Борис делали тоже. Тут и пригодилась сковорода. В неё вошло содержимое четырёх банок. Остальные, после того, как их открыли, поставили на лист железа, уложенный на костёр. Вот, только ложек и вилок было немного. Еды вышло по банке на человека, плюс галеты. Сгущёнку, ввиду отсутствия воды, решили не давать.
Как только содержимое банок нагрелось, люди набросились на еду. Борису с компанией стало неловко смотреть на то, с какой жадностью люди ели, почти не жуя. Но всему приходит конец. После того, как последний закончил скрести по железу ложкой, Борис попросил всех внимания:
— Вы намерены продолжать ждать спасателей или будете выбираться?
Все заговорили наперебой, не слушая друг друга. Ясно было одно, оставаться не хочет никто.
— Учтите, полчаса придётся идти по грудь в воде. Сохранилась ли возможность подняться наверх, мы не знаем. Но сюда, никто за вами не придёт. Если все готовы, тогда в путь. Батареи в фонарях не вечные.
Несколько человек пошли обратно в вагон забрать свои вещи.
Николай, Борис и Олег отошли в сторону, и стали обсуждать, как им поступить.
— Возможно, есть шанс вместе со всеми подняться наверх, — сказал Борис.
— С этим, как быть? — Николай показал на оружие и шлемы, — нас сразу за яйца схватят. Только, если всё снимем и оставим здесь.
— Боюсь, что кто-нибудь из выводимых пассажиров сболтнёт. Да, и жалко мне расставаться с таким добром. Тем более, когда началась такая заваруха.
— Троим, согласен, есть риск. Одному проще. Олег, ты как, готов выходить с толпой?
— Даже не знаю, как-то и не думал. А вы тогда, как выберетесь?
— Поищем новый путь. Остались не пройденные ходы. Наверх выйдем по любому, — ответил Борис.
— Придётся вернуться в убежище за припасами. Заодно захватим брюки с чулками от ОЗК. Вдруг, где-то опять придётся в воду лезть, — добавил Николай.
— Тогда и я с вами остаюсь.
— Я пойду впереди. Как только увижу, что у венткамеры стоят вояки, отдаю фонарь и останавливаемся. Они дальше пойдут без нас. Пусть сами договариваются.
— Думаешь, им удастся? — спросил Николай.
— Ты бы долго продержался против бабского напора, когда им до спасения метров сто остаётся?
— Стрелять не станут по ним?
— С какого перепугу? Они же ничего не видели и не знают, кроме тоннеля.
— Мы готовы идти, — сказал, подошедший к ним мужик.
— Вот и хорошо. Не будем затягивать, нужно выбраться, пока на улице светло.
— Что с костром будем делать? Надо бы погасить, — сказал один из пассажиров.
— Чем его тушить, воды нет. Прогорит и само всё погаснет, — ответил ему кто-то.
— Никого не осталось в вагонах? Третий раз возвращаться не буду, — предупредил Борис.
Ответом было молчание. Он пошёл первым, в средине Олег. Николай замыкал колонну. До шлюза прошли по сухому тоннелю, а после уже был затопленный. Вода началась метров на сто дальше, чем в прошлый раз. Похоже, уровень упал из-за того, что где-то начали откачку. Значит, больше чем по пояс, в воде не придётся идти. Некоторые замешкались, не решаясь вступать в воду.