Страница 7 из 78
Она была метров шесть-семь в длину и четыре в ширину. С фасада было два окна, посредине дверь. Замка не было, а вместо него вставлена щепка. Справа над крышей виднелась железная труба. У стены была сложена небольшая поленница. Остальные дрова лежали горой возле колоды.
- Что ты на это скажешь? - спросил у меня геолог.
- Может это зимовье?
- Нет, их не так строят. Ты что, ни разу не видел?
- Видел, конечно. А может это лесорубы?
- Не похоже.
- Давай зайдём.
- Пошли. Иначе, место для бивака придётся искать подальше отсюда.
Открыли дверь, но непонятного только прибавилось. Слева, вдоль задней стены стояли коробки. Справа была печь и вокруг разные кастрюли, и бачки, фляги с водой. Подошли к коробкам. Крайняя была не запечатана, а на ней приклеена этикетка рыбных консервов. Удивившись ещё больше, я достал из коробки банку.
- Ты глянь, горбуша!
- Что за чушь! Откуда здесь она может взяться?
- Видимо, они её тут и делают. Вон смотри, похоже, станок для закатки, - и я показал на какой-то агрегат.
С консервами было всего три ящика, в остальных коробках оказались пустые банки, крышки и бумажные этикетки.
- Да, по всей видимости, здесь эти консервы и делают. Но откуда здесь горбуша? Я этого никак не могу понять!
- Я слышал, что она заходит нереститься в реки. А какая-то артель наверно делает из них консервы. Типа тех, что возле нас грибы солят.
- Да здесь до моря больше сотни километров! Рыба никогда сюда не дойдёт. Это раз. В пресной воде с нею происходит метаморфоза и она ни для чего больше не годиться. Поэтому, её если и ловят, то только на икру, да и то, ближе к устью. Это два. И переработку размещают как можно ближе к месту вылова, а не на почти полутора километровом перевале Сихотэ-Алиня! Это три.
- Ты что, не веришь своим глазам?
- Я отказываюсь им верить, потому, что этого не может быть!
Ладно, что делать будем? Где палатку ставить?
- Давай, ты вправо, а я влево. Встречаемся здесь минут через ... - он посмотрел часы и продолжил. - Минут сорок-сорок пять.
Я пошёл вдоль седловины. Метров через сто было тоже неплохое место, но слишком близко от сарая. Поэтому я решил перейти дорогу и посмотреть в другой стороне. Подходящее место нашёл довольно скоро. Похоже, это на нём тогда стояли геологи. А так, как время ещё было, решил на обратном пути пройти чуть ниже, набрать грибов на ужин.
Но первое, что я увидел, был не гриб, а женьшень. Зонтик из ярко-красных ягод заметил сразу, настолько они выделялись на окружающем фоне. И пятилистники не давали усомниться в том, что это он. Ребята иногда находили его и приносили в лагерь. Я даже пробовал его есть сырым. На вкус напоминает обыкновенную морковку. Только цвет бледнее.
А вот самому встретить, ещё не доводилось. Судя по всему, ему лет десять, не меньше. А в год он прибавляет в весе на один грамм, или чуть больше. И ещё, его просто так не выкапывают. Тут надо соблюсти разные условности. Осмотрелся. Увидел подходящее дерево и срезал большой кусок коры. Потом выкопал мох. Уложил слоем в корытце из коры. Теперь стал на колени и расчистил круг диаметром с метр вокруг растения. Его нужно выкапывать, чтобы не оторвался ни один из множества отростков. А чем женьшень старше, тем они длиннее.
Только было собрался начать срезать дёрн, как остановил руку. Самое главное забыл! Надо произнести вслух какое-то заклинание. Несколько раз его слышал, но почти ничего не запомнил. А иначе корень не отдаст всю свою силы, или что-то вроде того.
Начал вспоминать, проговаривая слова, но вспомнил два или три. Не забивал в своё время голову всякой чушью. А сейчас задумался, может это вовсе и не ерунда. И произносить его нужно скороговоркой.
Погрузившись в свои мысли, я вздрогнул от прозвучавшего выстрела. Не потому, что он был громкий, скорее наоборот, а от того, что нарушил тишину, тут даже деревья не шумели от ветра. Стреляли из ТТ, больше не из чего. Геолог, наверное, балуется по банкам. Хотя... вряд ли бы он стал стрелять, не предупредив меня... Может, отпугнул какого-то зверя? Только, если это медведь или тигр. Бросил взгляд вокруг, чтобы запомнить место, пошёл узнать, в чём дело.
Метров за десять до поляны с сараем, остановился, так, как услышал громкий разговор двух спорящих людей. Удивлённый, остановился. Кто такие? Артельщики, чьё производство находится в сарае? Лесник или егерь? Правда, не знаю в чём отличие. Это по ним стрелял геолог? А вдруг попал?
Одни вопросы и ни одного ответа, даже голова распухла. Осторожно, от дерева к дереву, но дошёл до края поляны. Едва сдержался, не выскочив на неё. Да и было от чего. Толик, а именно так звали геолога, только сейчас вспомнил, лежал на спине, а на груди расползалось красное пятно. Напротив него, стоял милиционер, судя по погонам, лейтенант. В правой руке он держал пистолет. На плече, стволом вниз, висел АКМС. На ремне была кобура, похоже с Макаровым. Рядом с ним стоял второй, но уже в гражданской одежде, если таковой считать штормовку. У него тоже было оружие, но уже карабин с оптическим прицелом. А вот, какой именно, не скажу. Не разбираюсь в них нисколько. Даже в руках не держал ни разу.
И вот эти двое спорили. Тот, который с карабином, назову его егерем, доказывал второму:
- Зря стал стрелять, не узнав, есть ли здесь ещё кто-нибудь. Или вдруг сюда ещё кто-то должен подъехать?
Лейтенант оправдывался:
- А вдруг он бы убежал или сам начал стрелять?
- С чего бы он стал стрелять в человека в форме?
- Может это вовсе не геолог, откуда мне знать. Приехал сюда, всё разнюхал. А потом заявит... Тогда поздно будет... Когда я потребовал сдать пистолет и предъявить разрешение на ношение оружия, то он ответил, что оставил в лагере. А потом, когда увидел тебя, захотел забрать ствол обратно.
- Да геолог он. Я их машину узнал. Они внизу стоят , на берегу у дороги. А другие в стороне.
- Да какая разница, кто он. Нам не легче, от того, что стукнут про нас геологи или лесорубы. Если они стоят так далеко, почему тогда сюда припёрлись?
- Вот бы сначала узнал, а потом бы стрелял, - в сердцах, сплёвывая, ответил егерь и отошёл в сторону.
Милиционер, в свою очередь, присел и стал рыться в карманах убитого, вываливая на траву всё, что там было. Видимо, не найдя ничего интересного, выпрямился и подошёл к егерю.
- Куда теперь его?
- Сам думай! Когда стрелял, меня не спрашивал. Я снова на нары не собираюсь.
- Ты хочешь сказать, ни кого на тот свет не отправил? Да побольше, чем я! А нары нам светят по любому.
- Не сравнивай! Всегда за дело, а не запросто так!
- Так, вот и я за дело. За наше дело. Ты, что ли отвечал бы перед Седым за то, что нас бы накрыли? Кто в ответе за то, чтобы вас здесь никто не тревожил?
Тот молчал, отвернувшись в сторону. Затем повернулся и сказал:
- Грузим в машину. Отгоняем её к обрыву. Затаскиваем в кабину и сталкиваем. На всякий случай, если сама не взорвётся, смачиваем тряпку в масле, поджигаем, и в машину. Тогда бензин наверняка вспыхнет.
- А если их будут искать? И приедут сюда?
- Сворачиваться надо. В другое место переберёмся. Хорошо, что почти весь товар вывезли. Оставшийся, грузим тебе. И машинку. Остальное... Что сжигаем, а что прячем в стороне, потом заберём.
- Сарай. Что с ним делать будем? Жечь?
- Ни в коем случае! Сразу смекнут. Навалим мусора всякого, печь разломаем, пусть думают, что давно пустует.
- Хорошо. Пойдём жмура грузить.
- Пистолет мне не хочешь отдать?
- А то у тебя нету!
- Такого нет...
- Пистолет я ему в кобуру положу. Иначе сразу заподозрят неладное, если при нём ствола не будет.
- Ты думаешь, у него он легальный?
- Не сомневаюсь. Стал бы он его вот так открыто носить.