Страница 6 из 78
За кружкой горячей воды для бритья пришлось сходить на кухню. Там всегда грелось ведро воды. И посуду помыть и побриться. Электробритвой никто не пользовался, так, как ни у нас, ни у геологов генератора не было.
На завтрак была гречка с тушёнкой. Да, в ней действительно было мясо, а не хрящи и жилы. Уплетал за обе щёки, так как еда, приготовленная на дровах и поглощаемая на свежем воздухе летним утром, очень раздразнила аппетит. За столом ребята чего-то там обсуждали, но я не прислушивался особо, так, как снова погрузился в свои мысли.
По транзистору, стоящему в столовой, передавали о ходе работ по ликвидации аварии на Чернобыльской АЭС. Вот, если бы я оказался здесь в апреле, то постарался бы предупредить об этом. Что ещё такого произошло в восемьдесят шестом году? Землетрясение в Армении? Нет, это позже. Где-то в конце восемьдесят восьмого. 'Нахимов' столкнулся, кажется... Точно, в ночь на первое сентября. Вот о нём я успею предупредить. Только, кто меня будет слушать? Надо будет что-нибудь такое придумать, чтобы поверили. Например, за час до отхода позвонить и сказать, что на теплоходе заложена бомба. Пока будут искать, грузовое судно придёт в порт и они не столкнуться.
Тут меня привлёк шум, разгоревшийся по поводу спора, насчёт даты какого-то изобретения.
- Жаль, нет интернета, без него сейчас плохо, - вырвалось у меня.
- Ишь, размечтался о болгарских. Я тоже мечтаю о 'Стюардессе', а Вадик о 'Ту-134'. Кури вон 'Астру', как все, - со смехом сказал повар.
- Со стюардессой нужно в самолёте знакомиться, а не здесь о ней мечтать. Летай чаще и познакомишься. А вместо Ту, можно и на Боинге летать. И при чём здесь курево? - недоуменно спросил я.
- Ты же сам сказал, что нет 'Интера', нет... Это мы и так знаем. Привозили месяц назад ' Опал', так всего по блоку досталось.
- Какого интера? Я про интер..., тут я осёкся, поняв, о чём идёт речь.
За столом все стихли, с интересом прислушиваясь к нашему разговору.
- Валер, ты всё-таки, ещё не выздоровел. Куда тебе ехать на выброс... Давай я съезжу вместо тебя, - сказал Сергей.
- Да нормально всё! Тем более, я уже больше пятнадцати лет не курю!
Тут я опять поймал на себе удивлённые взгляды. Ребята стали переглядываться и перешёптываться. Я понял, что снова сморозил, на их взгляд, очередную глупость.
- Сколько, говоришь, лет? Ты ночью с топчана не падал, головой не ударялся?
- Я хотел сказать, часов. А 'Астру' не люблю.
- Это понятно, она такая подмоченная никому не по вкусу.
Я не стал больше здесь задерживаться и ушёл в палатку, пока ещё чего-то не ляпнул. Вспомнил, что тогда я ещё курил. Но после перемещения сюда, курить не захотелось ни разу. А то, что сигареты намокли, виноват тот самый геодезист. Когда его везли на участок в кузове грузовика, то начался дождь. Он потянул на себя брезент, которым были накрыты продукты. Банкам то ничего не стало, а сигареты промокли. Их хотя и просушили потом, но вкус изменился. Их брали только тогда, когда других не было.
Так, пора собираться, скоро подъедет начальник геологов. Точка, куда мы собрались ехать, на высоте тысяча триста метров, значит, нам нужно подняться ещё на восемьсот. Но подъём будет затяжной, километров двадцать. Вернёмся к вечеру. Схожу, возьму поесть с собой, а то, после лазанья по сопкам до ужина не дотяну. В продуктовой палатке взял по банке тушёнки, сгущёнки и завтрака туриста. На кухне отрезал полбуханки хлеба. Ему, правда, уже больше двух суток, но и так сойдёт.
Котелок, заварка и кружки всегда лежат в любой геологической машине. Что ещё с собой взять? 'Энцефалитку' надеть или штормовку? Нет, в энцефалитке очень жарко. Клещей сейчас мало, а особо по зарослям ходить не придётся. Куда положить банки? Авоськи нет, да и не серьёзно с ней в тайге. Ладно, возьму рюкзак. Он у меня не Абалаковский, гораздо меньше. Побросал банки, особо не укладывая, так, как не на спине тащить.
Только прилёг, как услышал звук грузовой машины. У геологов был ЗИЛ 157, вот он едет, громыхая бортами. За рулём был сам начальник отряда. Блин, как же его зовут? И спросить ни у кого нельзя. Подошёл к машине. Тот не стал выходить, только махнул рукой, чтобы садился.
Дорога была разная. Это не в средней полосе, где колея по полметра. А здесь всё-таки горы, называемые сопками. Соответственно, слой грунта небольшой, под ним камень. Несколько раз приходилось переезжать одну и ту же речку. Но для такой машины это семечки. Да и любая легковая здесь проедет спокойно. Это после тайфуна здесь будет такой поток, что снесёт.
Двигатель натужно гудел, но тянул. Подъём был затяжной. Дорога особо не петляла, а так, слегка отклонялась то в одну, то в другую сторону. Ехали молча, я с интересом осматривал окрестности. В прошлой действительности тоже так ехали, но тогда всю дорогу болтали, и я не смотрел по сторонам. А сейчас даже не знаю, о чём говорить. Вернее, знаю, но не могу. А пока полюбуюсь на окрестности. В те годы можно было относительно безбоязненно ходить по тайге, хотя уже и было известно выражение, что самый страшный зверь в тайге, это человек. И встречи с ним следует избегать.
Два, нет, три года назад, естественно, в той реальности, узнал, что не далеко есть несколько пещер. Это, когда мы стояли здесь первый год. На работе была пауза в несколько дней. А к Сергею приехал брат из Владика. Отдохнуть, собрать грибов. Вот он и уговорил меня сходить к пещерам.
Нужно было перевалить через этот хребет, только по соседней долине Дороги в ней не было, только тропа. Мы перешли через гряду слева и пошли вверх. Когда перевалили через хребет, стало смеркаться. А мы всё не могли найти подходящее место, где остановиться на ночёвку. Когда нашли, уже почти стемнело. Еле успели поставить палатку и собрать дров. Фонарики у нас были, но батареек только по одному комплекту, поэтому их берегли для пещер.
Наутро, пошли дальше вниз. Метров через пятьсот, увидели не далеко от тропы навес из полиэтилена. Возле него двоих человек. На сучках кедра висели ружья. Мы прошли мимо их, не сводя глаз, друг от друга. И благодарили судьбу, что стали на ночёвку выше их. Если бы мы прошли ещё немного, то они бы увидели нас, а мы бы их. И тогда нам нужно было бы или уйти в соседний распадок, или пройти ещё на несколько километров ниже, что в наступившей темноте было бы сложно. Тропа постоянно переходила с одного берега ручья на другой. Приходилось перепрыгивать по мокрым, замшелым камням. При очередном таком форсировании, я поскользнулся, и чтобы не упасть, схватился за деревце. Но оно оказалось сгнившим, и я вместе с ним упал в воду, намочив кварцевые часы. Они, естественно, остановились. Потом пришлось назавтра, после просушки, устанавливать время по компасу. И довольно точно, разница была всего в четыре минуты.
Но всё равно, ночевать было бы страшно, зная, что за спиной неизвестные с ружьями, а у меня тогда ещё пистолета не было. Да и не помог бы он, в темноте. Скорее всего, палатку бы не ставили и костёр бы не стали жечь, чтобы не выдать себя.
5
Пещер мы в тот раз, так и не нашли. В них я побывал уже потом, через полтора года, зимой, когда прилетал в командировку. Оказывается, нам нужно было обогнуть сопку с другой стороны.
Наконец, мы на месте. Оставили машину и пешком пошли выбирать место для бивака.
- Слышь, давай выберем другое место. А то ребята жаловались, что в прошлый раз через них ходили муравьи, и до воды было неудобно спускаться.
Геолог уставился на меня, и спросил:
- В какой прошлый раз?
Вот же зараза, опять не уследил за словами.
- Да, ладно, не обращай внимание. Это я чего-то перепутал.
Но всё-таки, пошли влево от дороги, а не вправо, как было в том времени. Когда уже хотели возвращаться обратно, так и не найдя подходящего места, увидели просвет между деревьев. В итоге вышли на поляну, на которой стоял какой-то сарай. Страшно этому удивились. Понаблюдали минут пять из-за деревьев, но никого не обнаружили. Тогда по одному вышли на поляну, и подошли к постройке.